Чтение онлайн

На зачистку и возведение охранного периметра ушло несколько дней, и вавилонянам, загруженным работой до отказа, некогда было горевать. Проблемы росли как снежный ком — ограниченный запас пищи, отсутствие водоснабжения, острая нужда в полевом госпитале и медикаментах… Ко всему прочему мутанты с поверхности то и дело проверяли на прочность спешно возведенные защитные барьеры.

Тяжко пришлось каждому из уцелевших, но скулили и жаловались лишь единицы. Моряки работали не покладая рук, сплоченные одним на всех чувством — жаждой мщения. По предъявлении ультиматума забот поубавилось, оставалось только ждать и готовиться. Готовиться к неизбежной кровопролитной войне. Ждать истечения отпущенного метрожителям срока.

От тяжких раздумий капитана отвлек голос дозорного, который подошел к костру, выискивая взглядом начальство.

— Похоже, парламентер прибыл…

Старик не дослушал. Вскочил, поправив фуражку, и энергично зашагал к краю платформы. У блокпоста уже началось нездоровое шевеление. Кроме наряда дозорных возле огневых расчетов толклись зеваки, заглядывая за бруствер.

— Почему посторонние у периметра?! — рявкнул капитан. — Кому тут работы подкинуть?!

В течение нескольких секунд толпа рассосалась, оставив своего лидера наедине с начальником смены.

— Где он? — сухо спросил старик и, не дожидаясь рапорта, проследовал к смотровому оконцу.

За долгую жизнь этот седобородый моряк повидал всякое и давно перестал чему-либо удивляться, но внешность визитера, дожидавшегося за блокпостом, произвела на него поистине неизгладимое впечатление.

— Как звать тебя, мутант?

Капитан поднялся выше, чтобы пришлый мог его разглядеть.

— Дым.

Голос незнакомца, низкий и грубый, заставил старика поежиться.

— Зачем пришел?

— Вы хотите знать про бомбу?

Повисла напряженная тишина. Разом стихли перешептывания невольных свидетелей разговора. В абсолютном безмолвии прошелестела под сводами станции одинокая летучая мышь. Кто-то из дозорных нервно сглотнул, тут же опасливо покосившись на лидера.

Мутант шагнул вперед, демонстрируя пустые руки. Посмотрел на капитана немигающим взглядом и с вызовом произнес:

— Это я взорвал остров.

Свет — режуще яркий, назойливый — жег глаза сквозь закрытые веки, слепил, сбивал с толку. Давно забытое ощущение хоть и доставляло дискомфорт, но рождало в голове приятные воспоминания. Когда-то лежать под открытым солнцем, нежиться в его ласковом тепле было безопасно. А синее безоблачное небо вызывало восторг вместо паники. Когда-то… но не теперь.

Рука сама собой потянулась ко лбу, нашаривая светофильтры. Однако ни их, ни маски противогаза на голове не оказалось. Скверно. Очень скверно!

С трудом разлепив веки, сталкер сощурился. Свет, на поверку — искусственный, струился из лупоглазой лампы, нависшей над операционным столом. Отчаянно пытаясь восстановить в памяти цепь событий, наемник не сразу заметил руку со шприцем, зависшую у предплечья.

— Эй, потише, потише! — заголосили рядом, когда Таран перехватил кисть с инъектором. — Это всего лишь противостолбнячное!

В зоне видимости, заслонив свет, появился незнакомец в белом халате. Осунувшееся от недосыпа лицо, уши торчком, пытливый, с хитрым прищуром, взгляд…

— Руки бы оторвать тому коновалу, который тебе плечо штопал! — начал врач без прелюдий. — Рану я почистил, но заживет не скоро. С ребром тоже поаккуратней будь. Перелом — не насморк, пара-тройка веселых месяцев обеспечена. Кто это тебя так, а, коммандос недоделанный?

— И я рад тебя видеть, Кантемиров…

Владлен ободряюще подмигнул. Повернувшись к входу в палату, призывно помахал рукой:

— Заходи! Он уже оклемался.

В помещение, задев головой притолоку, неловко шагнул двухметровый гигант с необъятной грудной клеткой и руками-шпалами. Широко улыбнувшись, визитер направился к Тарану, по пути подцепив пальцами стул, в могучей клешне гостя казавшийся предметом детской мебели. С сомнением покосившись на хлипкие деревянные ножки, отставил его в сторону и присел на край прикрученного к полу металлического стола.

— Пахом? Ты-то что здесь забыл? — наемник поморщился, ощутив укол боли в районе сломанного ребра.

— Еще спрашивает, наглая морда! — Оружейник деланно всплеснул руками, чуть не своротив при этом стоявшую рядом капельницу, и оглянулся на врача в поисках поддержки. — Я ж его, ирода, от «Маяка» на собственном горбу волок! Считай, от самой гермы!

— Не надорвался? — буркнул Таран, ощупывая тугой бандаж на ребрах. — Мог бы и у местных оставить.

Пахом, оскорбленный в лучших чувствах, воззрился на старого знакомого с укоризной, но, так и не дождавшись извинений, безнадежно отмахнулся.

— Черта с два! Приморцы комендантский час объявили. Всех чужаков с Альянса — под зад ногой! Так-то. Тебя, кстати, тоже не хотели на станцию пускать. Хорошо, у меня дела на «Маяке» были! Гляжу, кипеш возле гермы поднялся. Глянул, а там ты, болезный, возле эскалаторов разлегся! Пришлось сюда, к этим эскалопам тащить.

— Эскулапам, — поправил Владлен.

— А по мне так один хрен, мясники. Кстати, литр с тебя, за беспокойство, — оружейник довольно ухмыльнулся, поглядывая на сталкера.

— Сочтемся, Пахом. За мной не заржавеет, ты же знаешь.

Таран благодарно кивнул и прикрыл глаза, пережидая накатившую слабость. Кое-что оставалось непонятным. Кто же помог ему добраться до метро? Или неизвестный благодетель всего лишь привиделся в бреду, а к гермодвери он добрался сам?

— Ну-ка, в сторону, — скомандовал Кантемиров, бесцеремонно сгоняя оружейника с места. — Еще успеете потрепаться. Сейчас глюкозу прокапаем, будешь как огурчик!

Стальная игла, повинуясь отточенным движениям врача, вошла в вену.