Вне игры
Шрифт:
– Верно.
«Верных ответов: 1 / 3». Хоть что-то, но, если так пойдет и дальше, это вряд ли мне поможет.
«Самый большой спутник в Солнечной системе?» – фигня вопрос, конечно, Ганимед!
– Верно.
«Верных ответов: 2 / 4». Следующий вопрос тоже оказался простым: «Квантовая теория струн возникла в начале 1970-х годов в результате осмысления формул этого человека. Его имя?» Габриеле Венециано, итальянский физик-теоретик, основатель теории струн.
– Верно.
Статистика улучшилась: «Верных ответов: 3 / 5», а на экране высветился вопрос, от которого я впал в ступор: «Кто автор классического романа о преступлении и наказании?»
С классической литературой у меня не сложилось – в голове была каша, я выбрал Джорджа Мартина, но оказалось, что его так и не дописанная сага «Песнь льда и огня» – неверный ответ.
– Достоевский же, болван! – донесся сзади голос Уэсли.
– Неверно! – объявил раздатчик еды. – Претендент Шеппард, вы дали пятьдесят процентов правильных ответов. Результат неудовлетворительный, вы заработали три штрафных балла! Вам отказано в ужине.
Как и регистратор, этот дроид тут же ушел в режим ожидания, пресекая любые дискуссии и отказывая в апелляции.
Кусая губы и чувствуя, как кровь прилила к лицу, я стоял перед ним, не решаясь обернуться. Спящие, как же я опозорился! Конечно же, Достоевский!
– Ну ты даешь, Шеппард! – Уэсли положил руку мне на плечо. – Как ты не узнал Мартина Эмерика? Это же сейчас самый популярный киноактер! Он взял уже четыре «Оскара»!
Ничего не видя, я развернулся.
– Ты сейчас о чем вообще?
– Первый вопрос. Ты очень польстил министру ресурсов Ломакину, приняв за него Эмерика! Ладно, не кисни! – Уэсли поболтал контейнер с упсом и протянул мне. – Там осталось на донышке. Ну и клетчатку можешь съесть, чтобы в животе не урчало. А то не уснешь. Поверь, я знаю, о чем говорю…
Питательный контейнер из-под упса, которым, к моему изумлению, поделился Большой По, помог заглушить голод. Неожиданная щедрость бывшего врага пришлась очень кстати, учитывая то, как сложно оказалось получить еду. Пожалуй, не буду шиковать и приберегу питательный батончик на черный день.
Понятно, что умные, те, кто успел ознакомиться с новым правилом Центра оценки, прихватили еду с собой, и это тоже вписывалось в концепцию естественного отбора. Кто подготовился, у того больше шансов. А кто занимался ерундой вроде приключений в Преисподней и войны с Чумным мором, тот сам себе злобный Пиноккио.
Уж упсы я мог бы прихватить. Порошок легкий, много места не занимает, вот почему бы не запастись им на неделю?.. Но для этого надо быть умным, из тех, которые правильно отвечают и запросто получают свои пайки. А претендент Шеппард оказался тупым – со всех сторон.
Ругать себя было привычно. Задним умом я всегда понимал, как надо было поступить, что ответить, какой аргумент выставить. Мог даже несколько вариантов найти! Жаль, что этот загадочный задний ум у меня вечно превалировал над основным и включался ровно в тот момент, когда уже ничего сделать нельзя.
В общем, уснуть оказалось непросто. Марафон после Преисподней был практически сразу после комы, а события на базе в Калийском дне окончательно выбили меня из колеи. Казалось, организм исчерпал все ресурсы и уже не мог вырабатывать гормоны для хоть каких-то эмоций, а вспышка стыда и злости после проваленного теста в столовой выжала последние капли сил.
Любой другой на моем месте бы вырубился, но я лежал безвольной тряпичной куклой, распластавшись на узкой кровати, и мозг мой никак не мог успокоиться. Перед глазами плавали лица: Мартина – почему-то при бакенбардах, но без бороды, Достоевского и отчетливо (задним умом!) вспомнившегося министра Ломакина – долговязого старика с высушенным лицом воблы. А в голове крутились мысли обо всем подряд: от пропажи Тиссы и похорон Малика, на которых не будет никого из друзей, до тестирования на гражданство и загадочном безденежье Большого По, неожиданно оказавшегося со мной в одном блоке и в те же дни.
Не отпускали и мысли о том, что будет дальше – сможет ли Хайро решить вопрос с космической яхтой? Что будет, если я не сдам тест? Почему-то такая вероятность после фиаско в столовой казалась мне весьма реальной. Решится ли «Сноусторм» заморозить все мои активы в этом случае? Успокаивала лишь мысль о том, что, благодаря премиальной капсуле, даже если я не получу гражданство, на Дисе это не отразится…
Кажется, на этом я и заснул, представляя в своей капсуле безбородого Джорджа Мартина, идущего на войну с Чумным мором и его ордой белых ходоков. А дальше словно выключили свет, и я провалился во тьму…
…чтобы в ужасе вскочить от сирены и ярких вспышек, больно бьющих по глазам даже сквозь прикрытые веки. Оглушающий шум прекратился лишь на несколько секунд, которых хватило на то, чтобы я услышал механический голос, льющийся сверху:
– Претендент на гражданство Шеппард, для продолжения сна успешно пройдите следующее испытание.
Снова взвыла сирена, и из стены выехал голоэкран. Опять вопросы! Да они издеваются! В таком состоянии я даже не слишком твердо могу ответить, кто такой Алекс Шеппард…
Голова разламывалась, я не мог сфокусировать взгляд на тексте и, естественно, невдумчиво отвечал, пытаясь попасть пальцем хоть по какому-то варианту ответа. На меня обрушились разнородные вопросы по всем сферам жизнедеятельности человека: от простейших вроде «Сколько сантифениксов в десяти фениксах?» до совсем далеких от моих интересов «Самый популярный стример 2074 года». Увидев знакомое имя, я выбрал его… и угадал. Лия Соло, в чьем стриме я засветился на Демонических играх.