Чтение онлайн

В этой квартире все время что-либо происходило, она бурлила, как реактивы в пробирке на уроке химии. Очень часто подъезд наполнялся какими-то неведомыми запахами, явно происходившие из загадочной квартиры. Были также слышны диковинные звуки и шумы. То Ниагарский водопад каким-то образом передал свое мощное рычание на занимаемую фокусником Бердяевым площадь… То гулкая канонада слышалась глубоко за полночь, и вся «Бастилия» не терзалась в сомнениях откуда исходят эти звуки, но и не возмущалась — фокусников, обычно, побаиваются.

Али Джавадович Бердыев играл в паре со своим сыном Махмудом.

В дебюте партии Бердыевы, сделав пару «рыб», резко вырвались вперед. И когда до победы оставалось каких-то пять очков, Махмуд совершил рад ошибок, легко объяснимых его юным возрастом. Этим не замедлил воспользоваться Анатолич, взяв за три круга пятнадцать очков. Квартира № 7 в полуфинале!

Еще один четвертьфинал не состоялся, так как команда шестой квартиры, состоящая из деда Гордея и бабки Мироновны, без борьбы вышли в следующий круг, поскольку им по жребию в соперники досталась квартира № 9, а она в данный момент пустовала.

В полуфинале Гош и дядя Боря, успевший уже опохмелиться, без труда взяли верх над командой Анатолича, а инженер-строитель Николай в паре со своей тещей наголову разбили команду квартиры № 6. Свое поражение дед Гордей и Мироновна восприняли настолько спокойно, что у зрителей сложилось впечатление, что они, скорей всего, и не поняли не только того, что проиграли, но и что вообще играли.

И вот долгожданный финал!

Все старания Гоша перед заключительной частью соревнования сводились не к проработке возможных вариантов течения предстоящей игры и не на изучение особенностей взаимодействия соперников, а целиком на удержание партнера по команде от очень частых попыток чего-нибудь выпить.

— Ну, дядя Боря, ну, потерпи, родной! Сейчас, вот уже, скоро финал. А потом хоть море выпей.

— Игорек, не волнуйся, я вмазанный еще лучше соображаю. — Да… Соображаешь, где бы еще достать выпивона.

Обычно Николай и Надежда Петровна очень аккуратно подбирали слова во время своего нечастого общения, помня о том, что одно неудачное слово может, словно искра, вызвать пожар.

Сейчас же, на волне положительных эмоций от предыдущих побед, они живо обсуждали предстоящий финал.

— Я сяду под Бориса. Он уже совсем пьяный, буду его катать. А вы, Надежда Петровна, игру на себя берите и заканчивайте.

— Вот эти слова, сынок, мне нравятся. Почаще бы так с мамой разговаривал.

— Но только по пятеркам не играйте, рискованно очень.

— Вот взял и все испортил! Да, я что, дура что ли старая, — Николай еле сдержался, чтобы не сказать «Да», — не вижу как игра разворачивается и как нужно ставить?!

Слово за слово и к финалу против Гоша и его команды (хотя глядя на дядю Борю это слово можно было употребить лишь условно) это был уже сильно ослабленный внутренними распрями коллектив. Однако и Гошу пришлось нелегко, он играл практически против троих — дядя Боря умудрился-таки как-то нажраться и часто ставил камни невпопад.

Как и любой турнир, этот тоже не обошелся без скандала: рассерженный поражением Бердыев, одев чалму и черный плащ, вошел в беседку во время финала, сделал пассы руками, произнес шепотом заклинания и все доминошки на столе стали одинаковыми — дуплями «шесть-шесть». Зная слабые струны души фокусника, участники турнира вместо того, чтобы высказать законное возмущение действиями распоясавшегося мага, наградили последнего аплодисментами. Тот, довольный произведенным эффектом, откланявшись, удалился, не забыв вернуть костяшкам первоначальное значение.

И вот финал подошел к своему апогею. Счет 70 на 70! Соперникам необходимо набрать всего одно очко! Каждый ход обдумывается Гошем и Николаем очень долго. Надежда Петровна, всегда уверенная в своих действиях, и дядя Боря, желая скорейшего завершения турнира, ставили кости, не задумываясь. В итоге интуиция и расчет оказались на стороне Гоша и его бессознательного напарника. Победа!

Игорь и поддерживаемый им партнер совершили с кубком в руках круг почета по двору под жидкие аплодисменты остальных участников.

Доведя дядю Борю до родного порога, Гош пошел домой, поставил кубок на холодильник и лег спать победителем.

Вечером после работы, зайдя в подъезд, Гош увидел слева от лестницы странный предмет. Картонный ящик средних размеров был обтянут сеткой с мелкой ячеей? и в него были воткнуты множество кусков проволоки различной длины и диаметра. Гош не придал увиденному особого значения, решив, что это, видимо, пацаны играют в какую-нибудь игру. Поднявшись на второй этаж, он обнаружил еще один подобный экземпляр, что его уже, естественно, озадачило. На третьем тоже была такая же коробка! Тут уже явно не игры! Гош присел, чтобы приподнять ящик и посмотреть, что там под ним, но тут же отдернул руку — внутри что-то тикало! «Бомба, что ли?!» А какие еще могут возникнут мысли при виде такого?!

Гош на цыпочках отошел от странного предмета и позвонил своим соседям в квартиру № 7, где проживал Утятников Георгий Анатольевич и его жена Варвара. Работал Георгий Анатольевич токарем и был завзятым пессимистом и не от профессии или жизненных коллизий, а так, от скуки. Порой, он доходил до таких мрачных умозаключений, что боялся даже дышать, поскольку решил, что кислород ускоряет старение организма и, следовательно, сокращает жизнь. Если он видел на улице человека с перебинтованным пальцем, тут же говорил: «Этот — не жилец». На автобусной остановке, прождав более минуты, заводил разговор о забастовке транспортников. Когда люди указывали ему на проезжающие в противоположном направлении автобусы, он с легкостью парировал: «Ну и что? Наша сторона бастует, а та — нет».

Телевизор в жизни Анатолича — это отдельная тема. Выступления любого политика по любому вопросу, было для него хорошо законспирированный сигнал к революции или недвусмысленный намек на войну. Положительные сообщения — «Что-то скрывают!», отрицательные — «Ну, что я говорил?!» Прогноз погоды — «Завтра конец света».

При всем при этом Анатолич был всегда спокоен. Его небольшая лысина на макушке не покрывалась потом от ужасов, которые он предсказывал. И не дрожали толстые, как сардельки, пальцы во время его мрачных выводов. Он был взвешенным пессимистом. Жена Варвара давно уже смирилась со странным характером своего супруга и не роптала, а лишь слегка поглаживала Анатолича по плечу во время его гиблых прозрений и тихо шептала на ухо: «Обойдется».