Чтение онлайн

— Господи, что за шум? — воскликнул Роб.

— Он хочет есть и пить, — отрезала Джесс. — Ну-ка, помоги.

Она подкатила коляску к крыльцу и нагнулась за ключом. Роб внес коляску в дом. Джесс отнесла ревущего малыша в кухню и попробовала напоить из специальной бутылочки, но Сок решительно оттолкнул ее и набрал в легкие воздуха для очередной рулады.

— Замолчи, ради Бога, — пробормотала Джесс.

Она нашла на самом дне сумки бутылочку и приготовила витаминный напиток. Роб в это время неуклюже качал Сока на руках. Общими усилиями они засунули соску ему в рот, и вой как по команде прекратился. Еще немного, и Сок начал засыпать — прямо с бутылочкой. Передав ребенка Робу, Джесс очистила банан, чтобы, как только Сок утолит жажду, сунуть ему в рот.

Им одновременно пришло в голову, что они ведут себя как члены дружной семьи. Они обменялись понимающими взглядами. Джесс рассмеялась. После секундной заминки Роб последовал ее примеру. Поскольку Сок чудесным образом вернул себе человеческий облик, Джесс поставила его на ножки, и он потопал прочь, глубже запихивая в рот кусочек банана.

Роб взял лицо Джесс в ладони и впился жадным поцелуем в рот, кусая и царапая нежную слизистую оболочку. Джесс прильнула к нему; раздражение прошло, уступив место желанию.

Отстранившись, чтобы лучше видеть его лицо, она прошептала:

— Где ты пропадал?

Тем временем Сок обнаружил шкаф, где хранились кастрюли и сковородки. Он вытащил все, что мог, на пол и, повернув к ним ликующую, перепачканную бананом мордашку, проговорил: «Ай-я-яй!»— после чего вернулся к кастрюлям.

— Я не знал, — ответил Роб, — то ли идти, то ли нет.

— Я беспокоилась… вдруг с тобой что-нибудь случилось?

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Это пройденный этап. Не сразу, но я с этим справился. Решил дожидаться тебя — сколько бы ни пришлось торчать у забора.

— Не уходи больше.

— Я не ухожу.

Он начал целовать все ее лицо. Но тут Сок затянул новую песню.

— Что паршивцу нужно на этот раз? — простонал Роб.

— Он же ребенок. Они все такие.

— А где твоя сестра?

— Ей пришлось отлучиться на пару дней в Лондон. Я взяла отгулы, чтобы присмотреть за ним.

— Гм. Хорошие новости пополам с плохими. Почему она не взяла паршивца с собой?

— Потому что не взяла. И хватит называть его паршивцем.

Они неохотно разомкнули объятия. Роб присел и посмотрел Соку в лицо. Тот на мгновение затих и округлил глаза.

— Так-то лучше, — серьезно констатировал Роб.

— Дядя, — ответил Сок.

— Ясное дело.

— Посмотри за ним, пока я приготовлю чай, ладно? — попросила Джесс, направляясь в кухню.

Освободившись, она нашла Роба полулежащим на диване перед телевизором. Сок сидел на нем верхом. «Между ними больше общего, чем между Робом и мной, — подумала Джесс. — Их можно принять за братьев. Они могли бы быть моими детьми. Вместо Дэнни. Дэнни больше нет».

Роб увидел выражение ее лица и, сунув Сока под мышку, подошел к ней.

— Все в порядке.

— Разве?

— Не совсем. Но так уж сложилось. Главное — мы вместе.

Соблазн был велик. Превозмогая усталость, Джесс пыталась разобраться в собственных чувствах. Роб выключил свет — словно для того, чтобы ее ничто не отвлекало. В этом тоже было утешение. И ведь не станешь отрицать — он действительно погасил в ней тлеющий очаг боли.

— Что теперь с ним делать? — осведомился Роб.

«Ну прямо-таки образцово-показательная семья, — вновь подумала Джесс. — Мама, папа и маленький сынишка». У нее задрожали губы, однако, вместо того чтобы расплакаться, она слабо улыбнулась.

— Накормить, искупать и уложить спать.

— А потом мы сможем сделать то же самое?

— Да.

— Пошли, плакса-клякса.

Джесс молча наблюдала за тем, как он ложечкой запихивал в треугольный рот мальчика морковное пюре.

— Ты любишь детей?

— Не знаю, не сталкивался.

У Роба не было ни братьев, ни сестер. Джесс попыталась представить его ребенком — и не смогла. Казалось, он родился взрослым — замкнутым, осторожным.

Одной рукой Роб обвил ее талию, а другой продолжал кормить Сока. Джесс погладила его по волосам. Какое блаженство!

Бетт стояла у окна отцовского бунгало на окраине Сиднея и смотрела в сад. Повернувшись налево, можно было увидеть мыс и часть гавани, заросли из густой незнакомой растительности, заборы и черепичные крыши соседних коттеджей. До окрашенной в голубой цвет торцовой стены соседнего дома было не более двух метров; перед ней был низенький палисад. Теснота стала для девушки главной приметой здешних мест. Сельские бунгало в оправе из маленьких садиков на любой вкус тянулись на несколько миль вверх и вниз по окружающим гавань холмам.

Бетт ожидала увидеть больший простор, где можно было бы двигаться и дышать. Ее внимание привлекло блестящее жало ящерицы на бетонном полу внутреннего дворика — так называемого патио. В это время из-за угла дома появилась Мишель.

— Привет, дорогая.

Мишель работала в районной больнице, в отделении травматологии и скорой помощи, и еще не успела снять белый халат. У нее были светлые, песочного цвета волосы, заплетенные в аккуратную косу, и россыпь золотистых веснушек. Она до боли напоминала Бетт отца. Словно приняв решение во второй раз завести семью, Йен ориентировался на отдаленную копию себя, а не бывшей жены. Мишель была полной противоположностью Джесс.

— Привет, — вежливо отозвалась Бетт. — Трудная была смена?

— Не особенно. Но я все равно жутко вымоталась.

Мишель сбросила белые туфли на каучуковой подошве и со вздохом облегчения опустилась на диван с желтой обивкой из твида. Бетт налила ей чашку кофе.

— Ты ангел. Огромное спасибо.

Они старались изо всех сил, но так и не смогли по-настоящему сблизиться. Бетт чувствовала себя непрошеной гостьей в этих квадратных, идеально убранных комнатах, даже в отведенной ей комнате для гостей через коридор от супружеской спальни. Она тосковала по Сэму. Каждый раз, когда звонил телефон, она, вопреки всякой логике, взывала к небесам, чтобы это оказался он. Но звонили почти всегда подруги Мишель — приглашали на партию в теннис или всем семейством на пикник.