Чтение онлайн

— Нет! — Сильварреста затряс головой.

— Ты не можешь отдать или не хочешь? — спросил Радж Ахтен.

Лорд Сильварреста широко развел руками, не в силах произнести ни слова.

— Ты должен повиноваться!

— Я не могу, — вскричал отец Иом. — Лучше возьми мою жизнь!

— Зачем? Какую ценность представляет для меня твоя смерть? Ум — вот, что мне нужно.

— Я не могу! — повторил Сильварреста. Отдать дар врагу само по себе плохо, но Радж Ахтен получил бы больше, нежели ум побежденного. Поскольку Сильварреста уже был одарен, подчиниться для него означало стать вектором Радж Ахтена.

Человек мог отдать дар единожды в жизни и, когда это происходило, между Посвященным и его лордом устанавливалась магическая связь, прерывала которую только смерть. Если умирал лорд, дар возвращался дарителю. Если умирал Посвященный, лорд терял то, что получил от этого вассала.

Но Сильварреста являлся Властителем Рун. Согласившись отдать свой ум, он, тем самым, передал бы Рад ж Ахтену умы всех своих живых Посвященных, равно как и другие дары ума, какие мог получить когда-либо в будущем. В качестве вектора Сильварреста должен был превратиться в посредника, бессознательно поддерживающего связь между Волчьим Лордом и собственными Посвященными. Стать своего рода живым каналом, который можно было использовать, чтобы пропускать к Радж Ахтену чужие дары. Возможно, дары сотен людей.

— Можешь, — заверил его Радж Ахтен. — Еще как можешь: все, что тебе нужно — это соответствующий стимул. Как насчет твоих людей? Они ведь не безразличны тебе, разве не так? Твоя жертва могла бы спасти их. Сам посуди, если мне придется убить тебя, я не оставлю в живых и твоих Посвященных. Мужчин и женщин, которые уже не смогут предложить даров, но которые, вполне вероятно, захотят отомстить мне.

— Я не могу, — простонал Сильварреста.

— Даже ради того, чтобы купить жизни сотни вассалов? Тысячи?

В зале воцарилась отвратительная, гнетущая тишина. Получить дар можно было только с согласия дарителя. Некоторые лорды добивались этого, играя на струнах любви, иные покупали дары за деньги. Радж Ахтен использовал гнусный шантаж.

— Ладно, а как насчет твоей прекрасной жены — моей кузины? Неужто ты не пойдешь на уступку даже ради нее? Ты ведь не захочешь, чтобы с такой красавицей обошлись… без должного почтения.

— Не делай этого! — вскричала Венетта. — Ему меня не сломить!

— Ты мог бы спасти ее жизнь. Уступи, и я не только оставлю ее в живых, но и сохраню за ней трон, который она так любит. Она получит регентство и будет править Гередоном от моего имени.

Сильварреста обернулся к жене и нерешительно кивнул. Губы его дрожали.

— Нет! — воскликнула королева. В одно мгновение она развернулась и побежала. Иом показалось, что мать ударится о стену, но та устремилась не к стене, а к высоким окнам позади Хроно.

Неожиданно — за его движением невозможно было уследить взглядом — Радж Ахтен оказался рядом с ней и схватил се за руку. Венетта попыталась вырваться.

— Отпусти! — крикнула она и, неожиданно, вцепилась ногтями в запястье Волчьего Лорда. Брызнула кровь. С уст королевы снова сорвался крик, — на сей раз крик торжества.

— Смотри, мой милый, — воскликнула Венетта, обращаясь к мужу. — Сейчас он умрет!

Иом мигом вспомнила о прозрачном лаке и поняла: поведение матери было игрой, рассчитанной на то, чтобы Радж Ахтен оказался рядом, и она могла вонзить отравленные ногти в его плоть.

Королева отступила назад, высоко подняв руку с окровавленными ногтями. Последнее, что должен был увидеть Радж Ахтен, перед тем, как его постигнет смерть.

Волчий Лорд тоже поднял правую руку. Кровь его почернела, запястье распухло прямо на глазах. Но он держал руку как будто с вызовом и, спустя несколько показавшихся бесконечными мгновений, Венетта побледнела от страха.

Иом взглянула на руку Радж Ахтена. Кровавые порезы затянулись в считанные секунды, опухоль спала и потемневшее было запястье уже возвращало себе природный цвет.

Сколькими же дарами жизнестойкости обладал Волчий Лорд? Сколькими дарами метаболизма? Принцесса никогда не видела такой исцеляющей силы и слышала о ней лишь в легендах.

На губах Радж Ахтена появилась устрашающая, хищная улыбка.

— Ага, выходит, я не могу доверять тебе, дорогая кузина, — прошептал он. — Жаль. Я человек добросердечный. Надеялся, что родственницу можно и пощадить.

Он ударил ее тыльной стороной кулака. Не изо всех сил, но то был удар Властителя Рун. Лицо Венетты вмялось, брызнула кровь, шейные позвонки треснули. Она отлетела на дюжину футов, врезалась в окно, со звоном разбившееся вдребезги и вывалилась наружу, потянув за собой длинную штору. С полсекунды казалось, будто королева неподвижно зависла в ночном воздухе. Затем уже мертвое тело рухнуло вниз с высоты пяти этажей и шлепнулось на каменные плиты внутреннего двора. Иом остолбенела. У Сильварреста вырвался крик ужаса. Радж Ахтен с досадой смотрел на разбитое цветное стекло и колыхавшиеся на ветру красные шторы.

— Мои соболезнования, Сильварреста, — сказал он. — Сам видишь, у меня не было выбора. Всегда находятся люди, считающие, что убить или умереть легче, чем жить в услужении. И они правы. Смерть не требует никаких усилий.

Иом чувствовала себя так, словно кто-то разорвал ее сердце. Отец девушки по-прежнему стоял на коленях. Его била дрожь.

— Так вот, — продолжил Радж Ахтен. — Мы собирались заключить сделку. Мне нужен твой ум. По правде сказать, для меня еще несколько даров ума не столь уж великое приобретение. Ты можешь приобрести куда больше. Отдай мне свой ум, и твоя дочь получит регентство.

Будет править королевством вместо тебя. Ну что, договорились?

Сильварреста кивнул, сотрясаясь от рыданий.

— Пусть приносят форсибли, — простонал он. — Я хочу уподобиться младенцу, и забыть этот день.

Отец был готов на все, лишь бы спасти жизнь дочери.

Устрашенная Иом непроизвольно опустилась на колени. Мысли путались, она не знала, что делать. «Помни, кто ты», — сказала ей мать. Но что это значило?

— Я принцесса, — думала девушка. — Я должна служить своему народу. Но как? Попытаться напасть на Радж Ахтена? Броситься в окно, следом за матерью? Что это даст?