Чтение онлайн

Кто она? Что делает здесь, в покоях графини Марлийской?

Он подошел к ней и остановился, скрывая свое смущение учтивым поклоном. Кровь стучала у него в ушах, мысли путались. Единственное, что он смог, — это поднять глаза и, встретившись с ней взглядами, произнести:

— Миледи…

Она неуверенно улыбнулась.

— Я подозревала, что мой экипаж у гробницы Святого Торина вытащил из грязи не простой охотник по имени Алан, — мягко сказала леди, блеснув глазами голубыми и бездонными, как озера Ренндаля.

— Ваше лицо — единственное приятное воспоминание того ужасного дня, миледи, — прошептал Морган, удивленно качая головой и забывая об осторожности. — Я лишь однажды видел вас потом, хотя вы меня видеть не могли. Но в моих снах…

Его голос прервался — он понял, что не вправе говорить подобное, а леди опустила глаза, теребя рукава платья.

— Простите, милорд, но я не знаю, как вас зовут. Я…

Келсон, дочитав депешу, бросил взгляд на беседующих и быстро подошел к ним.

— Миледи, надеюсь, вы простите мою неучтивость. Я забыл представить вам его светлость, герцога Корвинского. Морган, это леди Риченда, жена Брэна Кориса.

Когда Келсон произнес имя предателя, из груди Моргана вырвался глубокий вздох; он с трудом заставил себя скрыть волнение и сохранить хотя бы внешнее спокойствие.

Конечно, она жена Брэна Кориса. Что бы иначе она делала в этой комнате?

Риченда Марлийская! Жена Брэна Кориса! Неужели судьба свела их тогда на Дхасской дороге, чтобы навсегда разлучить здесь, в городских стенах? Риченда Марлийская — Боже, как мог он быть таким недогадливым?

Морган нервно прочистил горло и поклонился, пытаясь скрыть свое огорчение.

— Ах, мы с леди Ричендой некоторым образом уже встречались, государь. Несколько месяцев назад я помогал вытащить из грязи ее карету близ гробницы Святого Торина. Я был, к сожалению, переодет. Она не знала, кто я такой.

— А он — кто я, — прошептала Риченда, не встречаясь с Морганом глазами.

— О! — сказал Келсон. Он переводил взгляд с Моргана на Риченду, стараясь понять, почему его друга так взволновала встреча с графиней, потом слегка улыбнулся.

— Что ж, я рад услышать, что и в одежде простолюдина вы оставались рыцарем, Морган. Миледи, если вы позволите, мы сейчас покинем вас, нас с милордом Алариком ждут дела. И потом, вы, я думаю, хотите побыть сейчас в одиночестве. Если понадобится моя помощь, пожалуйста, не стесняйтесь, зовите меня.

— Вы очень добры, государь, — прошептала Риченда, сделав реверанс и вновь опустив глаза.

— Ну что ж, Морган, идем?

— Как пожелаете, мой принц.

— Простите, государь…

Келсон, обернувшись, увидел, что графиня как-то странно смотрит на него.

— Что-то еще, миледи?

Глубоко вздохнув, Риченда подошла к ним, судорожно сжав пальцами запястья, и, склонив голову, опустилась перед ними на колени. Келсон удивленно посмотрел на Моргана.

— Государь, я молю вас, окажите мне милость.

— Милость, миледи?

Риченда заглянула Келсону в глаза.

— Да, государь. Позвольте мне ехать с вами в Кардосу. Может быть, я смогу поговорить с Брэном и убедить его сложить оружие — если не ради меня, то ради нашего сына.

— С нами в Кардосу? — повторил Келсон, ища взглядом поддержки у красноречивого обычно Моргана. — Миледи, это невозможно. Женщинам дворянской крови не место в армии. Да и как могу я подвергать вас опасностям битвы? Мы идем на войну, миледи!

Риченда опустила глаза, но не встала с колен.

— Я знаю это, государь, и я готова переносить любые трудности. Только так я могу попытаться как-то загладить вину моего мужа. Пожалуйста, не отвергайте моей просьбы, государь.

Келсон вопросительно посмотрел на Моргана, но генерал стоял, опустив глаза. Однако Келсону показалось, что Морган хочет, чтобы он уступил, хотя тот никак этого не выказывал. Келсон вновь посмотрел на коленопреклоненную Риченду и, взяв ее за руки, поднял. Он решил попытаться в последний раз переубедить ее.

— Миледи, вы не знаете, о чем просите. Это будет для вас очень трудно — путешествовать без прислуги, без удобств… Это же армия…

— Я могу ехать под покровительством епископа Кардиеля, государь, — серьезно сказала она. — Может быть, вы не знаете этого, но Кардиель — дядя моей матери. Он не откажется, я знаю.

— И глупо поступит, — ответил Келсон. Он опустил глаза, потом вновь растерянно посмотрел на леди.

— Морган, у вас есть какие-нибудь возражения?

— Те же, что и у вас, — спокойно ответил Морган, не поднимая глаз. — По-видимому, миледи не боится трудностей.

Келсон вздохнул и неохотно кивнул.

— Ну, хорошо, миледи, я разрешаю вам ехать при условии, что епископ Кардиель возьмет на себя ответственность за вас. Мы выходим на рассвете, через несколько часов. Вы успеете собраться?

— Да, государь. Благодарю вас.

Келсон кивнул.

— Морган позаботится о вашем экипаже.

— Как прикажете, государь.

— Тогда — спокойной ночи.

Келсон отвесил учтивый поклон и вышел из комнаты, сминая в кулаке депешу, о которой он уже успел забыть. Морган последовал за ним, но на пороге не удержался и бросил последний взгляд на окутанную лунным светом женщину в белом платье. Лицо Риченды осунулось, однако на нем читались решимость и уверенность. Опустив глаза, она поклонилась Моргану, но так больше и не взглянула на него. Вздохнув, герцог Корвинский закрыл дверь и последовал за королем.

В Кардосе был полдень, горячие солнечные лучи пронизывали прозрачный горный воздух, хотя в горных расщелинах и трещинах все еще лежал снег. Рано утром Венцит, Ридон и родственник Венцита, Лионель, выехали вниз по Кардосскому ущелью, чтобы встретиться с Брэном Корисом и генералами Венцита, помогавшими Брэну в подготовке наступления. Он уже проверил ход строительства оборонительных укреплений и теперь остановился вместе со своей свитой перед огромным ярким шатром, приготовленным для него. Солдаты Венцита в черно-белых мундирах только что закончили работу. Они знали, что королевский шатер должен быть обеспечен всеми возможными удобствами, ибо Венцит не отказывал себе в роскоши даже на боевых позициях.