Чтение онлайн

Я кивнула, соглашаясь. Это было похоже на правду. Но все же, несмотря ни на что я была уверена, я ощутила что-то такое там, на площади...

— Кстати, — вдруг вскинулась я, — Великая мать тоже была там. Я видела ее...

— Этого не может быть, покачал головой мой свекор, — я точно знаю, что старуха прямо сейчас лежит при смерти в Ургороде. Вы были правы, ей осталось недолго. Мои шпионы сегодня утром доложили, что она при смерти.

Мне снова пришлось кивнуть. Но тем не менее я была уверена, там, на площади стояла именно она, Великая мать. А значит ей удалось поймать соглядатаев Третьего советника. Или она просто решила, что ждать больше нельзя и начала новую партию. Я закрыла глаза и снова увидела злую радость на лице моей бабушки. А потом и растерянность. Кажется, она и правда пришла, чтобы удовлетворить свою месть. Увидеть, как мой свекор уничтожит меня, когда окажется, что Богиня ушла навсегда.

Тем временем карета остановилась. Мы вернулись домой. Третий советник помог мне спуститься и самолично провел по лестнице до входа в дом. Дворецкий предупредительно распахнул дверь.

— Господин Первый советник, — встретил он нас, — к вам барон Пирр с сопровождающими... Они ждут вас в кабинете... И мне кажется, — он сверкнул глазами в мою сторону, — это по поводу маленькой герцоги Форент... С ними пришла женщина.

Сердце гулко бухнуло... Делегация немного задержалась, и известие об их приезде пришло нам только вчера. Но в суматохе покушения на короля и его семью, все забыли про эту новость. Даже я...

— Простите, ваша светлость, — слегка склонил голову Третий советник, я вынужден вас покинуть. Дела, — развел он руками.

Я кивнула. Сделала шаг вперед. Сейчас все должно было проясниться. Эта женщина... Я нисколько не сомневалась, что ее привели для того, чтобы она посмотрела на будущую невесту принца. И если выяснится, что вместо двенадцатилетней Анни под одеждами прячется семнадцатилетняя Катрила...

— Господин Первый советник, — позвала я свекра, и когда он оглянулся, добавила, — я присоединюсь к вам сразу как переоденусь. Вы же не думали, что я позволю вам единолично решать вопросы, касающиеся моей дочери?

Осмотр прошел безупречно. Молчаливая абрегорианская женщина, которая оказалась супругой главы делегации, вернулась из покоев моей дочери так ничего и не заподозрив. Потом, когда я обдумывала эту ситуацию я поняла, что свою роль в этом сыграло чересчур закрытое воспитание девочек. Ну, как они могут определить возраст человека, если до замужества прожили в одиночестве и не видели ни одного ровесника? Если бы я поняла это раньше, то не волновалась бы.

Моя дочь должна была уехать в Абрегорию уже завтра, сразу после коронации. Поэтому я попрощалась с ней заранее, ведь потом у меня просто не будет ни одного мгновения свободного времени. Катрила уже знала, что я удочерила ее, хотя в наших отношениях это ничего не изменило. Я и раньше хорошо относилась к ней, и не собиралась ничего менять сейчас, когда формально она стала герцогиней Форент.

Выдав наставления Катриле, я решила съездить к баронессе Шерши. У меня появились кое-какие соображения, и мне нужно было с кем-то обсудить их. А тетушке я доверяла почти так же, как Жерену.

— Куда вы собрались, ваша светлость? — на выходе меня поймал Третий советник. — Завтра коронация, и я бы на вашем месте лучше занялся подготовкой к этому мероприятию.

— Моя роль не слишком сложная, — отмахнулась я, — чтобы стоять молча и терпеливо ждать, когда старейший представитель Высоких родов водрузит на мою голову корону Грилории много ума не надо. К тому же, я уверена, вы не позволите мне выступить перед подданными, а значит подготовка вступительной речи ваша головная боль, а не моя.

— В любом случае, — не стал отрицать Третий советник, — вам надлежит провести этот вечер в своих покоях, готовясь к коронации. Я запрещаю вам покидать мой замок сегодня вечером. — Я нахмурилась. И уже собиралась возразить, но Третий советник внезапно смягчился, — это небезопасно, Абрита. Да, ваше представление прошло отлично, вас благосклонно приняли и аристократы, и народ. Но вы должны знать, это ничего не значит. В любом случае не все будут довольны, что на престол сели вы, а не кто-то другой.

— Мне кажется, вы преувеличиваете, господин Первый советник, — поморщилась я. Вот уж чего я точно не собиралась, так это бояться каждой тени. Я привыкла к свободе передвижения, и не хотела ничего менять, даже став королевой. Если сидеть в замке безвылазно, то в конце-концов попадешь в ту же ловушку, что мой отец, или супруга главы абрегорианской делегации. Ты перестанешь видеть других людей и начнешь совершать ошибки не потому, что глуп, а потому что у тебя не будет ориентиров. Нельзя ограничивать круг общения только приближенными.

— Мне кажется, вы не совсем четко видите ситуацию. Завтра вы станете королевой Грилории, но сегодня вы еще никто. — Третий советник не собирался отступать. Но и я тоже. В конце-концов меня окружает плотное кольцо охраны. А иначе зачем они?

Я обошла недовольного свекра и вышла на парадную лестницу замка Бокрей. Как и во всех замках Высоких родов она была довольно длинной. Не меньше пяти десятков ступеней. Я прошла не больше двух прежде чем услышать странный свист... тихий, но резкий.

Не успела я насторожиться, как что-то большое и темное возникло передо мной, загораживая обзор, а потом рухнуло мне под ноги, громко вскрикнув. И я, совершенно обалдев от происходящего, широко открытыми глазами уставилась на лежащего на лестнице Гирема. В его груди чуть правее сердца торчал нож...

— Ты, ты и ты, поймать мерзавку, — резкая команда Ирайи раздалась практически одновременно. — Это покушение!

Я застыла в ужасе. Покушение? Покушение?! Голос в голове звучал истерично.

— Ваша светлость, вам нужно вернуться в дом, — Иарйя с силой вцепилась в меня и потащила наверх.

Оттуда к нам уже спешили люди. В том числе и бледный, как смерть Третий советник. Я выхватывала происходящее кусками, не вполне понимая, что за чем происходит. Вот меня вталкивают внутрь, а потом я вижу Гирема, лежащего на холодной мраморной лестнице, и у него почти такое же белое лицо. Третий советник что-то кричит мне, но для меня его крики превращаются то нечленораздельный вой, то в визг, как будто бы кто-то двигает туда-сюда рычажок скорости на старом патефоне, ускоряя и замедляя речь. А потом Ирайя прикладывает пальцы к шее Гирема и громко кричит: «Жив! Он жив!» и все кидаются к ним, чтобы осторожно поднять умирающего ночного короля и занести в холл...