Чтение онлайн

В доме была удивительная тишина, не то что в семье полковника Грепфрейта, где Полли жила последние два года. Там, благодаря трем сестрам и их взбалмошной мамаше, вечно было такое чувство, что дамочки собираются на бал или готовятся к длительному путешествию.

Полли поднялась к себе в спальню. Открыла шкаф, куда служанка только что поместила её одежду и с грустью отметила, что платья выглядят изрядно поизносившимися. Но об обновках и мечтать не стоило, Полли понимала, что теперь, видимо, ей придется работать! И она могла бы быть белошвейкой, или давать уроки музыки, или на худой конец преподавать хинди. Но вышивка королевской гладью её утомляла, а давать уроки музыки или хинди было бы просто ужасно, так как терпения в Полли не было. Поэтому, несмотря на скверное денежное положение, даже думать об этом было невыносимо. И она решила ненадолго отложить этот вопрос. Нужно же отдохнуть после поездки.

Тем более мысли её были заняты совсем другим. Встреча с дядей и возвращение в родной дом отвлекли её, но ненадолго, от недавних событий в поезде. И вот теперь, оставшись одна, в тишине, она опять стала думать о странном исчезновении миссис Мэри Смит. Навряд ли полиция даже знает о нем. Возвращаясь воспоминаниями в ночной плимутский поезд, Полли поняла: одной ей в этом не разобраться. О полиции пока можно было и не думать, но не зря же под боком живет этот Рик МакКин. "Надо будет завтра с утра поговорить с ним. Посмотрим, - решила она, - что это за детектив такой".

Утром Полли спустилась и увидела в гостиной дядю и МакКина. МакКин распаковывал почтовую коробку, а дядя с нескрываемой радостью приплясывал на месте. Рядом, держа в руках поднос, стояла кухарка.

– Вроде бы до рождественских подарков далеко, - сказала Полли, видя, как МакКин принялся вытаскивать из большой коробки один сверток за другим.

– Это посылка от брата Рика, - сказал дядя. Он развернул один сверток и там оказалась превосходная баранья нога холодного копчения. Дядя с наслаждением вдохнул её аромат и положил на поднос кухарке. Дальше последовала кровяная колбаса и несколько банок с джемом и томатным соусом.
– Отличнейший, должно быть, он человек! Такая щедрость. И как всегда, он посылает это не только для вас одного. Приятно иметь такого чуткого младшего брата.

МакКин достал со дна коробки толстенный конверт и, хмуро глядя на него, вздохнул.

Дядя, еще раз похвалив брата МакКина, сообщил, что ему пора в клуб, и ушел. А кухарка с груженым подносом отправилась на кухню.

– Почему же вы так мрачны, ваш брат просто чудо, - сказала Полли МакКину, - а вы будто злитесь на него.

– Во-первых, все эти овощи и копчености не из Ирландии, - Рик постучал пальцем по конверту, - а из Беркшира. Думаю, там у брата сидит его старый должник, так что все эти дары от неизвестного сельского труженика, а не от Годриуса. Видите, на конверте стоит один штемпель, а на коробке другой. То есть Годриус переслал конверт с рукописью в Беркшир с просьбой добавить к нему овощей и уже все это переслать ко мне. Годриус даже не подумал, что я это замечу. Хотя у нас в Ирландии имение, но хозяйство брат запустил, как и всю свою жизнь и себя заодно. Вместо всего этого он пишет романчики, которые спросом не пользуются. Кстати за все эти годы он сумел пристроить всего одну книгу, да и то в небольшой социальный журнал "Ту-дэй" напечатавший его бесплатно. Но пишет братец беспрерывно и к тому же заставляет меня содействовать ему, - он стукнул по конверту.
– Для этого то он и посылает дары чужой фермы, точнее заставляет посылать их своего друга, чтобы я ему указал на ошибки и неточности в его вымышленных детективных расследованиях. Но его логика ужасна, убийцы настолько смешны, что прежде чем придушить кого-нибудь, философствуют до умопомрачения, мучая этим читателя. И, вместо того, чтобы сострадать жертвам, я смеюсь или злюсь, - МакКин вконец был расстроен.

– Вы просто боитесь сказать ему правду, ведь так? Поэтому вам тяжело.

– Да, вот именно, он мог бы заняться чем-нибудь более полезным и к тому же тем, что у него лучше получается.

– Может, вы позволите?
– Полли взяла тяжеленный конверт.
– Я бы хотела почитать.

МакКин с радостью кивнул.

– Вы бы избавили меня от тяжкого труда, тем более у меня и без этого полно дел, - и он ушел в свою комнату.

Полли спросила у служанки, не было ли и ей письма, та ответила отрицательно. Полли была разочарована, она-то думала, что подруга будет рада, что Полли в Лондоне и тотчас же ей напишет, но, видимо, даже крепкая старая дружба стирается из-за долгой разлуки и большого расстояния.

Но не успела Полли допить свой утренний чай, как в дверь позвонили и звонкий голос ворвался вместе с её владелицей в столовую. Белокурая, изящная, богато одетая дама предстала перед Полли.

– Сьюзен!
– ахнула Полли, в удивлении глядя на свою подругу детства.

– Полли!
– дама кинулась её обнимать, в восторге щебеча про экзотический загар и все такое же милое личико. Сьюзен отодвинула Полли, чтобы заметить, что у подруги бесподобная фигура, потом опять обняла, потом отодвинула окончательно и заявила, что как только муж уехал в министерство, она тут же, накинув шляпку, помчалась к Полли.

Последний раз Полли и Сьюзен виделись в шестилетнем возрасте, с тех пор лишь переписывались, но письма всегда их были так теплы и сердечны, что встретившись сейчас, они не испытывали никаких стеснений, будто расстались полгода назад, когда Полли получила от подруги последнее письмо. Сьюзен была такая же, как и в письмах, живая, неугомонная, казалось, она занимает собой все пространство. А Полли - простая, но язвительная натура, и в личном общении предстала перед подругой без всякой лжи и чуждого ей жеманства. Поэтому они встретились просто и продолжили будто прерванный разговор.

– Значит, ты замужем за министерским работником, - резюмировала многословие подруги Полли.

Она предложила выпить чаю и Сьюзен с удовольствием согласилась, ответив, что позавтракать-то она как раз и не успела, так как вместо того, чтобы идти завтракать, она принимала шляпницу и выбирала шляпки. Сьюзен сняла с головы огромную круглую шляпу, с которой небрежно спадали по краям перышки и кружевные ленточки.

– Шляпка и правда превосходна, - сказала с улыбкой Полли, - и стоит всех завтраков.

Вкушая рассыпчатый кекс с изюмом и цукатами, Сьюзен продолжала рассказывать о себе:

– Я вышла замуж только что, всего два месяца назад, за герцога Гарри Брукса. Ему тридцать восемь лет и работает он в кабинете министров.

– Я помню, ты упоминала в последнем письме о нем, и притом не очень лестно, - с удивлением припомнила Полли.

– Да, я помню, что сказала о нем, что он ужасно богатый, скучный и все время молчит, - с легкой неловкостью сказала Сьюзен.
– Но оказалось, что он просто серьезный, и у нас разные темы для разговора. Зато, - она сделала паузу, - он часто дает балы, и все ради меня. Поэтому теперь каждый вечер или я кого-нибудь принимаю, или сама куда-нибудь выезжаю!

– Без него?
– удивилась Полли.

– Ну, он так занят, - вздохнула Сьюзен, она посмотрела в тарелку, с которой уже исчез порядочный кусок кекса, - и потом его сестра с мужем все время составляют мне компанию. Но это все так скучно и прозаично, лучше расскажи что-нибудь об этой таинственной и волшебной Индии. В письмах ты почти о ней ничего не упоминала. Хотя наверняка ты там встречала махараджей, факиров, заклинателей змей. Сплошные развлечения!

– Вот уж где было скучно, - в свою очередь вздохнула Полли, - четыре месяца дождей и все время одни и те же лица. Местное светское общество в основном жены офицеров, которые, в свою очередь, говорят лишь о войне или так же маются от безделья, играя в карты или избавляясь от очередной тропической лихорадки. Но кажется, я об этом уже упоминала в письмах.