Чтение онлайн

— Советские военные специалисты не высокого мнения о боевых возможностях автожиров, — скривил губы Сталин. — И вообще, зачем цепляться за технические химеры начала века? Дирижабли, парусные суда, паровые электрогенераторы и электромобили — пережитки прошлой эпохи. Мировой прогресс пошёл иным путём.

— Парагвай удачно занял пустующую нишу, — указал Алексей. — Наши паровички и электромобили очень хороши в труднодоступных районах. Ведь в лесах Сибири пароэлектрические агрегаты отлично себя зарекомендовали.

— Кроме нас, наверное, никто их не покупает?

— Европейские и американские монополисты не дают честно конкурировать, — посетовал Алексей. — А между тем, парагвайская продукция лучшая в своём классе.

— Радиостанции у вас, хотя и дешёвые, но слабенькие, — не согласился Сталин.

— Это если не использовать высотные ретрансляторы, — возразил Алексей и привёл следующий пример удачной радиотехнической модели: — А как вы оцениваете парагвайские радиолы?

— Шикарная техника, но чересчур уж дорогая, — развёл руками пролетарский лидер и уколол: — Как и автоматическая «парагвайка», которую мне ваш посол вчера подарил. На эту скорострелку патронов не напасёшься.

— Если вооружите удобными пистолет–пулемётами танкистов, артиллеристов, то и расхода патронов большого не выйдет, — рекламировал парагвайскую продукцию Алексей. — Хотя кавалеристам, от которых красная армия ещё не отказалась, «парагвайка» подойдёт ещё больше. Всадникам сподручно стрелять с одной руки, но тут уж патронов они жалеть не станут.

— Не по нашим доходам расходы, — отрицательно покачал головой Сталин.

— Так за ШКАСы и пушки казаки вам могут десять тысяч «парагваек» отдать, — соблазнял коммерсант. — А ящики патронов взамен снарядов пойдут.

— Не уж–то, вам самим для боливийской войны новое стрелковое оружие не пригодится, — с прищуром глянул на настырного продавца Сталин.

— Мы расплатимся «парагвайками» только после успешного окончания военной компании, — предложил предоставить ему рассрочку хитрый торгаш.

— А большевики уж было хотели оказать бесплатную военную помощь братскому парагвайскому народу, — рассмеялся Сталин. — Враги–то у нас общие — империалисты. Как думаете, товарищ Ронин, когда противник начнёт войну?

— На Парагвай полезут только через год, — уверенно предсказал Алексей и объяснил: — Боливийской армии нужно время для обучения рекрутированных солдат и освоения новой техники.

— А на Советский Союз? — полушутя спросил союзника Сталин.

— Не раньше, чем лет… через пять, — подняв глаза к потолку, предрёк пророк и уточнил: — Первые удары следует ждать с дальневосточных рубежей.

— Почему не с Запада? — удивился Сталин.

— В Германии и Америке сейчас экономический кризис, англичане же одни на войну не ходят, — усмехнулся Алексей. — Западникам нужно время, чтобы собраться с силами, а вот японцы как раз в силу войдут. По данным разведки, первый удар они нанесут по Китаю. Наши аналитики уверены, что лет пять у них уйдёт на захват и закрепление в Северо–восточных провинциях страны, лишь после этого япошки дальше полезут. Удары по Монголии и дальневосточным рубежам Советского Союза неизбежны.

— Сильная у парагвайцев разведка, — с завистью вздохнул Сталин. — Денег много на шпионов тратите, потому и агентов по всему свету целая армия.

— Ну что вы, всего лишь пара армейских дивизий, — скромно потупив взор, улыбнулся заслуженной похвале владыка Парагвая. — Просто, мы умеем заинтересовать агентов. Кстати, а почему бы органам советской разведки и контрразведки не начать сотрудничество с парагвайскими коллегами?

— Это как? — опешил от неожиданного предложения Сталин.

— Ну во–первых, к нам поступает много ценной информации, которую мы можем, без ущерба для себя, передать союзникам, — стал загибать пальцы деловой партнёр. — Например, парагвайская промышленность не может использовать многие секретные технические разработки противника, так как не обладает требуемым потенциалом. Это касается секретов в области новых кораблей, самолётов, танков и крупнокалиберных орудий. Во–вторых, парагвайцы не могут должным образом использовать попавшую им в руки информацию о численности и расположении войск противника вдоль границ Советского Союза. В-третьих, много политических и экономических сведений, которые не очень интересны парагвайцам, но чрезвычайно важны для Советского Союза. Ведь наши агенты гребут всё ценное, что попадается под руку, а вот сбыть заинтересованным лицам добытый товар не всегда получается. Кроме того, не хочется усиления врагов, а вот Советский Союз нашим конкурентом не является. Можно даже сказать больше, экономическое процветание Парагвая сильно зависит от поставок продукции в Союз.

— И не жалко будет делиться информацией? — не поверил в альтруизм парагвайских казаков Сталин.

— Так мы же не даром, — хитро улыбаясь, подтвердил сомнения вождя хозяйственный атаман. — В обмен мы желаем получить часть секретов, добытых вашими разведчиками, касательно военных и технических новинок наших общих врагов. Смысла вам скрывать от парагвайских союзников чужие тайны нет. Да нам–то и нужно лишь то, что мы можем использовать у себя в стране. Кстати, обмен сведениями поможет выявить подсунутую нам дезинформацию или дополнить недостающие фрагменты общей картины политической и военной обстановки. Объединение сил во многом позволит снизить затраты времени и средств по добыче информации. Агентурная сеть Парагвая раскинута по всему миру и на порядок многочисленнее и сильнее вашей. В каждой стране имеется поддерживаемая парагвайцами криминальная структура, обладающая значительной финансовой мощью и человеческим ресурсом, а также разветвлённой сетью связи, транспортом, оружием и надёжными убежищами в городах и в дикой местности. Проблем с контрабандой через границы государств оружия, агентов и средств связи у советских резидентов больше не будет. По радиозапросу, финансовые кредиты союзным структурам оперативно предоставят филиалы казацкого банка, имеющиеся почти во всех странах.

— Я гляжу, казацкая держава не такая уж и маленькая, — прищурившись, внезапно осознал Сталин. — Невидимые щупальца парагвайского спрута раскинулись по всему миру.

— Мне больше понравилось бы сравнение с айсбергом, — улыбнулся польщённый владыка тайной империи. — Взору наблюдателя видна лишь белоснежная верхушка, а вся основная громада сокрыта тёмными водами мирового океана.

— Какой–то уж не равноценный обмен информацией и услугами получается, — продолжал выискивать подводные камни в русле соглашения осторожный кормчий.

— Услуги с вашей стороны тоже потребуются значительные, — продолжил торг парагвайский делец. — Мы просим выдавать нам всех пойманных в Советском Союзе шпионов, которые согласятся сотрудничать с парагвайской разведкой. Разумеется, процедура депортации будет проводиться уже после завершения всех следственных мероприятий по делу шпионажа. Просто, не надо расстреливать или отсылать разоблачённых агентов в лагеря, они ещё способны послужить на благо Парагвая.

— Эта просьба касается и непосредственно парагвайских шпионов? — усмехнулся Сталин.

— Крутите и давите пойманных шпионов всех мастей, как хотите, — великодушно махнул ладонью Алексей. — Только потом, когда уже не нужны станут, отдайте союзнику. Советских разведчиков мы тоже обязуемся возвращать на родину. Кстати, у нашей контрразведки уже накопился обменный фонд.

— Мы своих, вроде бы, мало засылали в Парагвай? — удивился Сталин.

— Так казаки выменяли ваших разведчиков в других государствах, на их провалившихся агентов у нас.

— «Сгоревшим» агентам веры нет, — недовольно нахмурил брови Сталин.