Чтение онлайн

Джозефу нравились такие моменты. Шеф-повар оказался брызжущим весельем парнем с бурным темпераментом, искренне привязанным к своей команде. Как и все великие мастера, порой он мог быть заносчивым и чересчур требовательным, но при этом вознаграждал преданность своих поваров, обучая их уникальным технологиям и новаторским сочетаниям разных вкусов. Шеф-повар поощрял инициативу и страсть к экспериментам. Он научил поваров, как нюхать, пробовать на вкус, обращать внимание на тончайшие оттенки и ассоциации, которые вкус и аромат еды вызывают в сознании.

Аромат — это память. Еда работает на пару с мозгом, перемещая человека в места, в которых он был или куда хочет попасть, и в те места, которые существуют только в воображении. Вкус — это эмоции. Можно ненавидеть одну еду, любить другую. Определенный вкус или запах могут напомнить о возлюбленных и обо всех переживаниях — хороших и плохих, — которые воспоминания доносят с ними.

Смакование блюда — это чувственный опыт. Если какой-либо аромат возбуждает чувствительность, искрой пробегает в сознании, пока не столкнется с памятью и не воспламенит воображение, то можно сказать, что это блюдо — «просто пальчики оближешь». Если пальчики облизывать достаточно долго, то можно потерять голову от любви.

Когда Джозеф не готовил, он ел в других ресторанах или выпивал допоздна с новыми друзьями с работы. Их оказалось много. Они образовали уникальное содружество, как полицейские или работники «Скорой помощи» — личности, понимающие, насколько трудна объединяющая их работа.

Джозеф снял небольшую квартирку на Лонг-Айленде, в одной остановке на поезде под номером семь от вокзала Гранд-сентрал, который являл собой классическое воплощение Нью-Йорка. Он задумывался о том, как Ханна отнеслась бы к стоящей посреди кухни ванной на ножках в виде лап. Джозеф думал о Ханне, когда подписывал бумаги об аренде. Пусть она и приедет только на лето, он не сомневался, что ей здесь понравится. Ханна порадуется, что он начал новую жизнь в этом большом городе. Возможно, она даже захочет остаться. Он не знал. Надеялся, что так и будет. Джозеф часто вспоминал острова, но ощутил острый укол ностальгии только раз, когда увидел, в каком жалком состоянии пребывают ананасы и плоды папайи, когда попадают в Нью-Йорк. Ничего общего с теми фруктами, которые он срывал с дерева в заднем дворе своего дяди.

В самый разгар час пика, когда Джозеф занимался приготовлением четырех порций окуня, двенадцати порций лосося и трех эскалопов, всей массой шкварчащих на гриле, к нему подбежал главный повар.

— Мне только что позвонил атташе по вопросам культуры в ООН. Президент какой-то страны прибывает, чтобы вступить в члены ООН. Они хотят, чтобы я приготовил козленка. — Он взглянул на Джозефа. — Ты можешь приготовить целого козленка?

Джозеф улыбнулся:

— Я могу приготовить что угодно.

Эта книга не появилась бы на свет без ума, энергичности энтузиазма Мэри Эванс, Моргана Энтрекина, Кевина Джонса и Дэниела Маурера.

Большое mahalo (спасибо) моим помощникам в Гонолулу: детективу Майку Чо из полицейского управления города Гонолулу, из отдела по борьбе с наркотиками и пороками; Валее Константинау из Телецентра Гонолулу; персоналу гостиницы «Кахала мандарин ориенталь»; детективу Майку Черчу и детективу Дэвиду Брауну из полицейского управления города Гонолулу, из отдела уголовных расследований, а также громогласное спасибо Ли А. Тонаучи, автору «Нашенского разговорного языка», чьи книги оказались бесценным подспорьем в моей работе.

Мне также хотелось бы поблагодарить Оливию и Джулию Смит, Тома Бойла, Полу Шастер, Джеральда Б. Розенштайна, Шелдона Макартура, Джанет Бейкер, Кристин Лар-сен, Адама Шредера, Элизабет Байер и Барри Зонненфилда за добрые слова и поддержку.

И спасибо моей команде: Тому Стриклеру, Кристоферу Доннелли, Биллу Вайнштайну и Брайану Липсону.