Чтение онлайн

— Даже если и с ней, тебя это не касается. — высекаю льдом: — А на вопрос почему… Ты никогда не поймешь. Это невозможно для твоей картины мира. Если бы не Мия, тебя бы сейчас не было здесь. Точнее, не так, ты бы никогда здесь не появилась, и ты прекрасно это знаешь.

Вовсю ноет, при этом гордо задрав нос, но вызывает только отвращение.

— Я так просто не сдамся, Артур!

Уходит в комнату, наконец, оставив меня одного. Опускаюсь на банкетку, снова срывая волосы на голове.

Снова слыша слова.

Выкидыш на ранних сроках беременности.

Последний раз разглядываю вид с террасы не родной, но в какой-то степени, значимой квартиры.

Через несколько часов я уже буду пролетать где-нибудь над бескрайними водами, потерявшись в мягкости невесомых облаков.

Ощущения, надо сказать, странные. С одной стороны, будто программа максимум выполнена, а с другой, берет необъяснимая тоска.

Кручу в голове то, что сделала. Ежедневно уделяю этому пару часов своего времени. Его я больше не видела, и в принципе, это ожидаемо.

Вывалить такие новости, не каждый сможет потом снова встать и идти дальше. Вероятнее, даже никто из тех, кто имеет сердце.

И пусть, казалось, что у него его нет. Но я однажды дотянулась и потрогала его. Кому как не мне знать, что оно там есть, где-то под броней тихонечко бьется.

Я не знаю, как он, не представляю, каково ему. Отчасти конечно, могу предположить, но в явь и не вообразить насколько он терзает себя.

Помню только крик. Отчаянно громогласный крик мужчины, которому больно. Кто-то скажет слабость… Нет, это живая боль. Настолько живая, что кажется ты уже не живешь, а она в тебе прорастает.

Глотала слезы, ускоряя шаг и теряясь в сумраке, потому что больно за малыша, которого нет. За себя…и за него. За нас троих, что так и не смогли стать семьей, как в сказках про долго и счастливо.

В последний раз бросаю взгляд на Москву, прежде, чем ее оставить. Безусловно, на премьеру я вернусь, Андрей уже забронировал билет и отель подальше от этого района.

Наверное, так и должно быть. Это правильно.

Несмотря на крохотное желание узнать в порядке ли он, я все равно должна сделать так, как поступила в прошлый раз. Очень надеюсь, что он разберется в паутине той лжи, что крепко зафиксировала его в середине…И тоже когда-нибудь станет счастливым.

Как бы больно мы друг другу ни делали, каждый заслуживает второй шанс. Возможность написать новую историю, без ошибок. Такую, от которой сердце будет радоваться каждую минуту.

Забираю чемодан, и немного нервничая перед перелетом, выхожу, закрывая дверь квартиры пятьсот восемьдесят девять.

Лифт и глупая надежда, что у нас будет последняя минутка. Но нет.

Ключи консьержу и выход к ожидающему такси.

Как только сажусь в машину, от созерцания отдаляющегося дома отвлекает телефон.

«Я бы на твоем месте больше здесь не появлялась!»

Нетрудно догадаться, кто этот аноним. Смахиваю, оставляя непрочитанным и включаю авиарежим.

Спустя несколько часов я уже стою на стойке регистрации, и бросая взгляд в зал, где собралось множество пассажиров, мне кажется, даже вижу его.

Озираюсь по сторонам, как не в себе, но это ведь бред, Вероника…

— Девушка. Паспорт?

— Да, да. Извините.

Протягиваю документы, а сердце буквально готово выпрыгнуть из груди. Сдаю багаж, все еще посматривая в стороны. А когда разворачиваюсь, чтобы пройти к нужному гейту…

Мне не померещилось.

Замираю не в силах справиться с лавиной чувств. Шум аэропорта исчезает и слышны лишь рваные удары собственного сердца. Артур стоит вдалеке, не в привычном костюме, а в повседневной одежде. Руки в карманах джинс, а в глазах…столько всего…

Даже люди, что смазанными пятнами, снуют между нами не затмевают этих ярких эмоций.

Поджимает губы, а мне очень хочется плакать. Неуравновешенно реветь.

Он не двигается и не подходит. И я уверена, не сделает и шага.

Теребя билет, двигаюсь влево, интуитивно рассчитывая, что мой выход там. Он зеркалит, двигаясь также, при этом ни на метр, не сокращая нашу дистанцию.

Это…Господи, как же ноет в груди!

Тоска, печаль, любовь, сожаление, боль, отчаяние. Набор, казалось бы, сложных эмоций в таком простом жесте.

Медленно, шаг за шагом он незримо провожает. Не выпуская из вида, и не меняя выражения лица.

Честно сказать, я даже и не знаю, что сказала бы, подойди он ко мне сейчас.

Когда я, наконец, дохожу к стойке, которая разделит нас, он тоже останавливается. Незабытая полуулыбка одним уголком губ и едва уловимое словосочетание, что мне удается распознать по губам:

«Счастливого пути, Ника»

Слезы бегут без моего ведома и я киваю, сквозь них посылая в него подобие улыбки.

Отворачиваюсь, показывая билет и стремительным шагом вхожу внутрь, буквально крича себе в сознании ни в коем случае не оборачиваться.

А когда, в конце концов, добираюсь до своего места в самолете, отвернувшись в окно, глотаю ком в горле от собственных рыданий.

Не обьяснить, что конкретно повлияло и тронуло до глубины души… То, что он понял меня в наш последний разговор, его молчаливый приезд сюда или эта короткая фраза на расстоянии.

Просто все это: признания; как рыдала у него на груди, в таких родных объятиях; вся эта чертова правда и ее конец.