Чтение онлайн

Вражеские отряды рыскали поблизости, стремясь отыскать убежище Выдр. Люди были в отчаянии. А потом из лесу вышел варяг. Тот самый, щербатый…

Это был передовой дозор. Шесть человек верхами, пробирающихся по зимнему лесу. Из ноздрей обросших по сезону лошадок валил пар. Люди внимательно осматривались по сторонам, держа оружие наготове, ждали подвоха с любой стороны. Они знали, что враги разбиты, что у них осталась лишь горстка воинов, но это не делало род Выдры менее опасным. Нужно было найти его убежище, чтобы положить конец этой долгой, ненужной войне.

«Впрочем, – размышлял Савинов, по обыкновению лично возглавлявший дозор, – не так уж и не нужна эта война. Весские роды сильны и многолюдны. Они не признают единой власти, и каждого приходится убеждать силой оружия или угрозами. Если они развернут в лесах партизанскую войну – от них будет очень много неприятностей… Однако теперь они получили урок. Еще немного – и еще один род отойдет под руку Белозерского княжения. И кто виноват в том, что в роду почти не осталось взрослых мужчин? Вот принял бы Лекша, сын Кукши, виру за отца… Но нет, не хочет. Лучше пусть все Выдры сойдут на нет, а месть священна! Неужели там у них не найдется светлой головы, которая сообразит, кто же является их настоящим врагом? Перетянули бы колом этого кукшеныша да вышибли за ворота, так ведь нет! …Но отваги им не занимать – это правда…»

Мохнатые еловые лапы загораживали дорогу. Тяжелые снеговые шапки на них то и дело грозили ссыпаться прямо на голову. А шуметь нельзя! В лесу звук летит далеко. Весины могут всполошиться и снова испарятся в чаще.

– Олекса! – один из воинов, ехавший по левую руку, шепотом позвал его. – Глянь-ка! Вроде след санный. Дня три как проложен…

Сашка подъехал, вгляделся. Вчера была метель, и колею порядком замело, но, по всей видимости, она была достаточно глубокой, и на поверхности снега четко просматривались параллельные плавные углубления. Ага!

– Вот что сделаем: ты, Лют, отправишься к полусотне и приведешь ее сюда, да известите князя. Вы двое – останетесь здесь с лошадьми, а…

– Олекса, не обидь! Дозволь с тобой идти! – Согуд смотрел умоляюще. Сашка бросил взгляд на Позвизда, которого собирался взять с собой, пожал плечами. Вот чертов попрошайка! С тех пор как Согуд попал к нему в пятидесяток, его словно подменили. Раньше он то и дело кидал в сторону Савинова острое словцо, не мог забыть, что тот помешал ему отомстить, опозорив перед всеми. А теперь стал шелковый. То ли осознал, что не прав, то ли пытался выслужиться. Первое – похвально, второе – противно… Сашка надеялся на первое, но что-то с трудом верилось. Он покачал головой – брать Согуда не хотелось, но ведь он и не собирался забираться далеко. Тем более что след старый – опасности почти никакой. А проверить надо…

– Ладно, – он махнул рукой, – пойдем пешком… Доставай лыжи. Вам же, – он обернулся к Позвизду и второму, кривичу по имени Одинец, – когда подойдут наши, идти верхами – следом за мной. Особенно не спешите… Хотя, может, мы раньше вернемся.

Идти на охотничьих широких лыжах было удобно, хотя Сашка – тот еще лыжник. Согуд старался держаться впереди, торил лыжню. Двигались они медленно, часто останавливаясь. Иногда сворачивали в сторону, осматривались, прислушивались… Ничего.

Снег был испещрен следами лесного зверья. В основном – всякой мелочи: беличьими, заячьими. Птичьих тоже было хоть отбавляй. Пару раз наткнулись на относительно свежий волчий след. Согуд глянул и, буркнув: «Трехлеток», пошел дальше. Савинов понятия не имел, на основании чего тот сделал такой вывод. След как след – похож на крупный собачий, только средние два пальца выступают дальше вперед, так что между ними и боковыми можно положить тонкую веточку…

Они ушли уже достаточно далеко, как вдруг Сашке почудилось, словно за ним кто-то наблюдает. Правда, не так, как будто хочет напасть, а исподволь, вроде как из любопытства. Он остановился и закрутил головой, осматриваясь. Лес хранил молчание. Точнее сказать – привычно шумел. Согуд тоже остановился и вопросительно посмотрел: мол, в чем дело?

– Ты ничего не чувствуешь?

– Нет… А что?

– Да вроде следит кто-то за нами…

– Нет как будто… Зверь или человек?

Савинов хотел было пожать плечами, но вдруг понял: «Человек! Нет никаких сомнений!» Он собирался сказать об этом спутнику, но тот уже повернулся и двинулся дальше, выходя на опушку большой поляны. И тут Сашка почувствовал! И заорал:

– Назад!!! – Но было поздно…

Рысенок заметил врагов сразу, как только они приблизились к месту засады. Сверху, с лесины, их было видно как на ладони. Он наблюдал за варягами краем глаза, готовя лук. Наложил стрелу и стал ждать. Но те почему-то замешкались. Один из них сошел с тропы и стал настороженно осматриваться. Почуял?! Рысенок испытал немалое удивление. Его еще ни разу не обнаруживали в засаде, даже если проходили прямо под ним. Ни враги, ни друзья. Разве что кроме того непонятного варяжского вождя… Но и тогда тот нашел его не сразу. Искал долго, очень долго. И если бы Рысенок не промедлил…

Он заслуженно гордился своим умением сливаться с огромной Душой Леса. А этот варяг его зачуял почти за перестрел! Грешным делом, Рысенок решил было, что это сам синеусый колдун, но быстро сообразил: князь варягов храбр, но он не дурак. Как ни мало осталось Выдр, а все же они еще живы, и вряд ли прославленный мудрец попрется на рожон всего с одним сопровождающим, тем более – с этим. Да и ростом чуткий варяг был куда как пониже, и усы у него – русые… Боги Леса! Так ведь это тот самый вождь! Охотник понял, что времени терять нельзя, и спустил тетиву. Ему понадобились всего две стрелы.

Стрела попала Согуду прямо в лоб. Раздался металлический звон, тот был в шлеме. Сила удара оторвала воина от земли и швырнула назад. Раздался отчетливый хруст – наверное, лопнули шейные позвонки. Предупреждающий крик еще не умер у Савинова на губах, когда он сбросил щит из-за спины на руку… И каким-то чудом увидел вторую стрелу прямо перед глазами. Почему-то она была без наконечника.

Удар был страшен. Лук неведомого стрелка имел просто чудовищную силу. Сознание выключилось мгновенно. Но Сашка все же успел увидеть свои собственные ноги с лыжами, промелькнувшие на фоне неба…

Когда он очнулся, было уже темно. Он лежал на боку, и непокрытую голову холодил ветер. Снег так и мелькал перед глазами, и Савинов не сразу понял, что лежит на санях и его довольно быстро куда-то везут. Страшно болела голова, тошнило. Он попытался пошевелиться и понял, что накрепко связан, да вдобавок прикручен к саням. «Значит, плен. Вот это номер!» Из носа текло. На губах был солоноватый привкус. «Кровь… А нос-то сломан! Этот паршивец с луком, как пить дать, прямо в стрелку-наносье попал!.. И ведь опять в лоб… как тогда, башкой о прицел…» Он снова попробовал путы, но его от этого движения жутко замутило и вырвало в проносящийся мимо снег. «Засранцы! Ведь специально на бок положили, чтоб сани не поганил… Или чтоб не захлебнулся… А ведь у меня сотрясение. Черт…»