Чтение онлайн

– А я думал, что я приведение, а не вентилятор.

– Ты два в одном.

– А Стас?
– вдруг спросил он.

– А что - Стас?

– Я думал, он стал тебе другом, так почему же он не работает кондиционером?

Я тщательно продумал свой ответ - на важные вопросы следует отвечать соответствующе.

– Он мой друг. Но он не тот человек, перед которым я могу позволить себе быть слабым, ныть и депрессировать. Понимаешь, это все равно как, если бы ко мне подошел Захар и начал жаловаться на свою жизнь.

Сашка не то хмыкнул, не то хрюкнул, очевидно, представив такую картину.

– А Стас сможет тебя увидеть?
– поинтересовался я.

– Для того чтобы меня увидеть, магом быть не обязательно, - пояснил он, - но этого не произойдет, пока я не захочу. А я не захочу, мне запретили. Это школьные и университетские правила можно нарушать, те правила, о которых говорю я, нарушать нельзя, за них не наказывают и не устраивают глупых выговоров. За их нарушение ты просто исчезаешь, никакого загробного мира, просто ничто - пустота.

От его слов делалось жутко. Я даже поежился и не слишком весело поинтересовался:

– Полагаю, и рассказывать о твоем появлении никому нельзя?

– Никому, - серьезно кивнул он.
– Даже Лене, Стасу, Кристине и Захару.

Ясно, именно им я и мог бы рассказать, больше-то некому. Все правильно.

Не помню и не пытаюсь вспомнить, на чем мы закончили, ведь всегда, когда ты несколько лет не видел близкого друга, вам есть, о чем поговорить. Мы и говорили, болтали, как ни в чем не бывало, словно не пролетело пять лет, словно мы оба были живы. Это было странное общения. По крайней мере, для меня. Я отвлекался, забывал обо всем, а потом внезапно вспоминал, что я жив, а он - нет, что едва там решат, что он выполнил свою миссию, его немедленно заберут, и я навряд ли его когда-либо увижу снова. А потом я снова забывал об этом… и опять вспоминал.

Интересно, что чувствовал Сашка, вновь оказавшись в мире живых. Я не спросил, этот вопрос показался мне интимным, что ли, и я не стал лезть в то, что мне не принадлежит.

– Спасибо, что иногда заходишь к моим родителям, - поблагодарил меня Бардаков.
– Им до сих пор очень тяжело, и для них очень важно, что мой друг все еще тоже обо мне не забыл. А вот на кладбище ты зря шатаешься, - продолжал он.
– Мертвые слышат всегда, если к ним обращаются, и не важно, смотришь ты на могильный памятник или нет.

– Иногда мне требуется уйти ото всех, - объяснил я, - и это единственное место, где меня не станут теребить.

– Ото всех?
– прицепился Сашка, да уж, он был бы прекрасным представителем "желтой" прессы: вечно-то он извращает слова и выставляет сказанное в совершенно ином свете.
– Даже от жены?

– Ты же знаешь, что нет.

– Ты совсем не уделяешь ей внимания в последнее время, - упрекнул он меня, а я аж дар речи потерял от подобной наглости.

– Эй!
– взвился я, когда голос ко мне вернулся.
– Ты что совсем обнаглел?! Наблюдаешь за чужой личной жизнью!

– Да ни за кем я не наблюдаю, - он был спокойным, как танк: верный признак того, что он говорит правду, врать, как я, Сашка никогда не умел. Так что я немного поутих.
– Но я же не слепой, чтобы не увидеть, какой ты все-таки осел, - я широко распахнул глаза, не видя почвы для обвинения. Ну, осел-то я, осел, но причем здесь это сейчас.

– Почему это я осел?
– запальчиво поинтересовался я.

– Да потому, - выдал он, на этот раз явно насмехаясь.
– Знаешь, твои родители, - он снова ткнул пальцем вверх, - уже начали пари держать, догадаешься ли. Твоя мама выиграла, она ставила на то, что ты сам никогда не догадаешься.

– Да о чем ты?
– разозлился я.

– О Лене. О тебе.

– Ты знаешь, что с ней происходит?

– Ветер, ты балбес, - ну, точь-в-точь Матроскин из "Простоквашино" объясняет Шарику, что в кедах зимой по снегу не ходят.
– Ты ж маг-целитель и врач, ты ж столько книжек по медицине прочел, со столькими докторами и пациентами переобщался. Только не говори, что в Краевой больнице, в которой ты обретаешься, нет отделения гинекологии. Я, конечно, понимаю, что учительство, а потом Кришна отняли у тебя все твое время, но включи мозги!

Мозги включались медленно, словно на них стоял предохранитель от перегрева. Но механизм все-таки не до конца проржавел и, наконец, соизволить соединить осколки мыслей, чтобы появилось то, чего я никак не мог добиться - понимания.

– Ты хочешь сказать, что она… - выдохнул я, голос сорвался.
– Что мы…

Ухо скорчил гримасу вместо ответа, без слов, одним жестом, повторяя то, что уже сказал: "Ты балбес". Хотя для меня такое название было бесконечно ласковым.

Не-е-ет, я не балбес…

Я запустил руку в волосы, словно хотел их выдрать с корнем и взвыл:

– Я идиот!!!

– Точно, - подтвердил друг с явным злорадством.

Господи (или как там тебе на самом деле называют)! Я дурак, осел, слепец, зацикленный на магии и работе, я настолько ушел в свои и не свои магические дела, что не просто стал редко видеть жену, я перестал видеть очевидное! Ребенок! Господи, ребенок! Вот что было с ее желудком! Вот почему она меня избегала! Вот почему так уносилась по утрам в ванную!

Вот только одного я все равно не понимал

– Почему она не сказала?…

– Ну, она такая же ненормальная, как ты, раз так сильно тебя любит. Странно, и что она в тебе нашла? Ладно, внешне ты всегда девчонкам нравился, но внутренне… - он живописно покрутил пальцем у виска. Вот морда! У меня сейчас голова треснет, а он ЕХИДНИЧАЕТ!

– Я серьезно!
– огрызнулся я.

– Ну, а если серьезно, Лена, в отличие от тебя, не слепая, она же видит, что ты забегался, вот и не пытается тебя отвлекать. А ты бы нашел время…