Чтение онлайн

— Док! — позвал я после пары секунд молчания.

— Да?

— Мы пойдем туда? Посмотрим, как они выглядят?

— Это наш долг, как ученых, Джек.

— Знаю, но какой в этом смысл? Не будет ли это бесполезной тратой времени?

— Нет ничего бесполезного, Джек. Пора бы тебе уже это понять.

— Да... наверное, так. Но не застрянем ли мы там? Чем мы тогда сможем помочь нашему миру? Да и как мы туда попадем? Средние клапаны всегда закрыты.

— Не забывай, что у нас есть резонаторы. Если нам станет туго, можем использовать их. Что касается попадания внутрь, ты разве не помнишь свечение, которое мы заметили еще днем. Я думаю, что центральный проход открыт в дневное время. Войдем утром, как только насосы остановятся, и подождем, пока он не откроется.

— Согласен. Когда начнем?

— Ну, через часов двенадцать. Ты же помнишь, что ночи здесь в два раза длиннее, чем на нашей планете. Давай вернемся, немного поедим и подремлем. Нам нужно подкрепиться. И нам придется надеть шлемы, или, по крайней мере, взять их с собой, потому что, вполне возможно, нам предстоит использовать резонаторы.

— Полностью согласен, док. Легкий перекус мне совсем не повредит.

НА ПОЛНОЙ СКОРОСТИ мы вернулись в яму и приготовили все необходимое.

За два часа до рассвета, электрический будильник дока легким толчком разбудил нас. Нацепив шлемы и тщательно осмотрев генератор, мы надели приличного размера рюкзаки и отправились в путь. Сфера потухла, как только мы, сломя голову, пронеслись через врата на верхней террасе. Хрустальный диск с грохотом перегородил за нами проход. В другом конце темного, короткого коридора виднелась развилка, где медленно открывался центральный клапан. Мы осторожно подлетели туда и, попав внутрь, глянули вниз.

Мы вглядывались в глубокую шахту с такими гладкими стенами, что, казалось, они были выжжены в черной горной породе. Под нами были километры пустоты, ведущие прямо к центру планеты. И где-то там, в глубине шахты, виднелся источник розового свечения, заполнявшего темный проход различными оттенками красного, что позволило нам увидеть разветвляющиеся коридоры вентиляционной системы и широкую наклонную плоскость, тянущуюся от плато и зеленых ворот до розоватой дымки внизу.

— Похоже, они ходят на двух ногах, как и мы, — закричал я доку.

— М-м. Возможно. Но не нужно кричать. Используй рацию. Давай ближе!

Он перелетел через низкое ограждение в конце коридора, и его вертолет зажужжал, чтобы замедлить падение, быстро удаляясь от входа. Я нырнул следом, резко притормозив прямо над головой дока, и дальше мы спускались вместе.

На уровне плато мы остановились и зашли в коридор, ведущий к северным воротам. Коридор, пол которого покрывала толстым слоем пыль, вел прямо к большой, темно-зеленой, гладко отполированной плите. Ничего похожего на земных существ здесь никогда не бывало. Странный голубовато-зеленый свет пробивался сквозь полупрозрачный металлический овал на двери и тускло освещал запустелый вестибюль. Необычных механизмов тут было в избытке.

— Автоматика, — проворчал док. — Они покинули внешний мир, вероятно, потому что им там ничего не было нужно, хотя, может, местность вокруг другого «вентилятора» совсем иная. Я согласен, что черная пустыня вокруг нас не слишком-то привлекательна.

— Вы правы, — согласился я, — но мы об этом не узнаем, если останемся наверху. Давайте спустимся вниз.

Ниже уровня плато, шахта, если не считать идущую спиралью плоскость, была такой же гладкой и ровной. Больше чего-либо туннель напоминал отверстие в черном воске, проплавленное газовой горелкой. Дальнейшее изучение плоскости тоже подкрепляло такое впечатление, поскольку между ней и стеной был промежуток, словно винтовая конструкция попала сюда уже после появления шахты. Тем не менее, мы не увидели никаких швов. Очередная загадка, очередной парадокс этого удивительного мира.

Шахта углублялась примерно на восемь километров, и большую часть времени нашего спуска, виднелся через дымку источник розового пламени. Он заполнял всю нижнюю часть туннеля, представляя собой огромный, спокойный огненный бассейн, но мы не ощущали ни малейшего жара. Опускаясь глубже и глубже в красный туман, мы почувствовали знакомое покалывание на коже там, где она не была прикрыта. Последовав примеру дока, я натянул длинные перчатки, висевшие на поясе.

— Что это? — спросил я.

— Точно не знаю, — ответил голос по рации, — но тут есть какое-то излучение. Нам стоит поостеречься.

— Может, это что-то наподобие излучателя?

— Возможно. Должно быть, это какое-то зеркало, но что и как оно отражает, я не знаю. Уверен, это связано с системой вентиляции.

— Ага, это в принципе и так понятно, док, а может, тот шар наверху — это нечто вроде светочувствительного элемента, реагирующего на изменения интенсивности розового света, а заодно управляющего насосами при помощи определенных звуков — то, что мы видели прошлой ночью.

— Неплохая теория, Джек, но как возникает это пламя, и каким образом оно поет? Хотя, возможно, излучение никак не связано со светом. Все это уже за гранью моего понимания.

— Да уж... Давайте, прибавим ходу. Мне не терпится узнать, как все на самом деле тут устроено.

Когда мы спустились еще ниже, то увидели: то, что казалось бассейном, на самом деле являлось огромным параболическим зеркалом. Его поверхность была из необычного металла, которого мы прежде никогда не видели, — по-видимому, светящемуся по своей природе и пригодному к полировке. Кроме своего собственного блеска, он отражал темно-красный свет, исходивший от большого шара из такого же металла и сфокусированный на зеркале. Источник света наполовину закрывался свинцовым ставнем, который регулировал силу излучения и медленно вращался, очевидно, имея тот же период обращения, что и сама планета. Конструкция была сродни нашим прожекторам меньшего размера и параболическим отражателям, но умнее и более эффективна.

ПОГЛОЩЕННЫЕ ИЗУЧЕНИЕМ источника розового света, мы не заметили много другого. Посмотрев вверх, мы увидели, что зеркало лежит в глубокой бронзовой чаше, закрепленной на каменных стенах шахты. Над нами, на полпути к отражателю, узкий балкон, которым заканчивалась винтовая плоскость, тянулся по периметру стены, на уровне гигантского фонаря. Там виднелось несколько небольших приоткрытых дверей и огромные конические металлические ворота с отверстием из голубоватого прозрачного материала, такого же, как можно было найти на многочисленных входах в само здание. Врата стояли полуоткрытыми, через них проглядывал участок неровного каменного потолка, тускло видневшегося в проникавшем туда темно-красном свете. И повсюду лежал толстый слой пыли.