Чтение онлайн

Простившись с полицейскими, которые провожали нас в дом, мы направились к катеру. Как все-таки неудобно пользоваться арендованной машиной! Я прямо-таки соскучился по нашему «Икару»!

Уже в рубке капитана в кармане моего пиджака завибрировал сотовый телефон и заиграла разухабистая жиганская мелодия «Гоп-стоп».

— Даг Туровский к вашим услугам, — сообщил я, нажав кнопку ответа на телефонной трубке.

— Господин Туровский, это Хлоя Епифанова.

Я насторожился: госпожа Епифанова напрямую мне еще ни разу не звонила, предпочитая общаться через сына Карпа. Если Хлоя вышла на связь сама, значит, что-то случилось.

— Внимательно вас слушаю, — произнес я, опускаясь в кресло пилота.

— Вы не могли бы подъехать к нам? Это очень важно! — попросила она.

Я застонал в душе: опять поездка — именно в тот день, когда я намеревался вообще из дома носа не казать! Но голос Хлои и необычность просьбы говорили о чрезвычайной важности случившегося. Просто так Епифанова беспокоить бы меня не стала.

Кубинец сел подле в пассажирское кресло и вопрошающе уставился на меня. Я завел мотор, дал ему прогреться несколько секунд, включил первую скорость и оторвался от причала.

— Хорошо. Буду через полтора часа, — пообещал я.

С устрашающей скоростью мы пролетели через весь город. В сторону шарахались встречные катера, старясь не оказаться на пути у сумасшедшего пилота. Ни одной машины водной полиции по дороге не встретили: фортуна была к нам благосклонна.

Без происшествий добрались до особняка Епифановых, остановились возле ворот, погудели, объявляя о своем прибытии. Ворота медленно распахнулись, и я ввел катер внутрь. Припарковавшись, заглушил мотор. Мы спустились на каменную набережную, и я увидел, что нас встречает торжественное посольство: Карп Троевич под руку с Хлоей возглавляли отряд слуг из десяти человек. Все с каменными выражениями лиц — словно дожидались прибытия тела хозяина, чтобы подготовить его в последний путь.

— Чего такие прокисшие? — осведомился я, пожимая вялую руку Карпа.

Он траурным голосом объявил:

— Нас обокрали!

— Тогда вам сначала не ко мне надо обращаться, а в полицейский участок. А уж потом, если вы захотите провести отдельное расследование, милости прошу в наше агентство.

— Господин Туровский, — тихо заговорила Хлоя, — мы побеспокоили вас, потому что можем доверять только вам и никому более.

— Польщен, — склонил я голову в поклоне. — Может, пройдем в дом и поговорим в спокойной обстановке?

Вообще-то в дом приглашать — обязанность хозяев… Но Епифановы явно были выбиты из привычной колеи. Простое ограбление не может так людей перекорежить. Значит, речь идет о чем-то необычном. Или грабитель был замечен и узнан? Или кто из слуг с испуга убил ночного татя?

— Да, вы конечно же правы, господин Туровский, пройдемте в дом, — устало согласилась Хлоя. По всему было видно, что этой ночью она не спала.

Мы прошли в дом. Хлоя направилась в гостиную, хотя обыкновенно принимала меня в кабинете мужа, где решались все дела, выстраивались дальнейшие стратегические планы, происходили встречи с партнерами и компаньонами. Слуги неотрывно следовали за нами, ожидая дальнейших приказаний. Вся замковая челядь жалась в один гурт, ожидая нового нашествия ворога.

Усевшись в кресла, мы с Кубинцем переглянулись. Во взгляде Гонзы читалась тоска по чашке кофе с каким-нибудь сэндвичем. Хлоя прочитала его мысли и распорядилась:

— Сделайте для гостей кофе и что-нибудь покушать.

Слуги молча удалились.

— Итак, расскажите все по порядку, — сухо произнес я, чтобы вывести Хлою из оцепенения.

— Я не пригласила вас в кабинет Троя, поскольку там царит такая разруха, что мне стыдно принимать в нем гостей.

— Вор разгромил кабинет вашего мужа? — удивился я. — И только?

— Нет. Он обшарил и комнату Самсона. Там все еще хуже выглядит. Точно в кабинете мужа вор знал, что брать, а у Самсона действовал наугад. Даже матрацы вспороты, выпотрошено пуховое одеяло…

Хлоя потупила взгляд и неожиданно всхлипнула. Что ж, ее нервы тоже небеспредельны. Недавно лишилась сына и мужа, а теперь еще и грабеж.

— Что-нибудь пропало? — спросил Гонза.

— Из кабинета отца пропали деловые бумаги. Вскрыт сейф. Большая сумма денег исчезла. И чеки. Сегодня утром нам позвонили из нашего банка и доложили, что несколько счетов нашего семейства за одну ночь похудели вчетверо. Кто-то перевел часть денег на закрытые счета в Европу. Причем действовали профессионально — через несколько арабских стран, так что теперь следы найти не удастся! — разложил ситуацию Карп Епифанов.

— Каким образом со счетов сняли деньги? — насторожился я.

Похоже, моя догадка находила новые подтверждения.

— Мошенники знали все коды авторизации. Проводка осуществлялась через другой банк. Пришел запрос о снятии денег. Пароль доступа совпал. Деньги были переведены, — устало пояснил Карп.

— Много денег-то? — спросил Кубинец.

— Порядочно, — отозвалась Хлоя. — Две трети состояния Епифановых. Вернуть эти деньги не представляется возможным, потому что все законно! Из банка нам позвонили только ради того, чтобы поставить в известность.

В гостиную вплыли слуги с подносами, которые тотчас опустились рядом с нами. Мы с Кубинцем получили по чашке кофе и по жалкой тартинке на блюдечке. Кубинец выглядел обиженным. Но отхлебнул кофе и проглотил предложенное угощение.

— Когда вы обнаружили, что в доме побывал посторонний? — поинтересовался я.

— Утром, — ответил Карп. — Я заглянул в кабинет отца и увидел… это.

— Как грабитель проник в дом?

— Через черный ход, — сказала Хлоя. — у вора был собственный ключ.

— То есть как «собственный ключ»? — удивился Кубинец.

А я не удивился: фактики ложились один к одному.

— Следов взлома нет. Никто в замке не ковырялся. Ночью никакого шума не было, — доложил Карп. — Значит, дверь открыли обычным ключом.

— Кто-то из своих? — не упускал следственную инициативу Кубинец. — Вы кого-нибудь из слуг рассчитали в последние несколько месяцев?

Хлоя задумалась, а Карп среагировал моментально:

— Отец рассчитал четверых. Если нужны их фамилии и адреса, то в записях отца это должно было сохраниться.