Чтение онлайн

И она на миг поддалась этому ощущению.

– Фроди, – сказала она, – я действительно жду Кари. Мне казалось, что это он стоял вот здесь, на том месте, где стоишь ты. Но, как видно, я ошиблась.

– Ошибка явная, – сказал Фроди, – поскольку я налицо, а Кари бог весть где.

– Он где-то здесь. В этом я уверена.

– Возможно. Однако есть на свете петухи ранние, а есть поздние. Вторые всегда остаются в проигрыше. Так вот, скажу я тебе, Гудрид, я из петухов ранних. Из тех, кто не спит, а кукарекает всю ночь напролет.

Гудрид стало смешно. И она дала волю своему смеху. Посмеялся с нею вместе и Фроди. А потом сказал:

– Кроме шуток, Гудрид, я хочу посвататься к тебе.

И скосил на девушку изучающий взгляд.

– Что? – спросила Гудрид. – Мне послышалось…

– Нет, Гудрид, не послышалось. Я хочу посвататься к тебе.

– Ты? – с трудом выговорила Гудрид.

– А что удивительного? Разве ты безобразна? Или мало уважаем твой отец? Постой… – Фроди поднял руку кверху, словно указывал на макушку ближайшей сосны, – Постой! Или, может, я недостоин тебя?

Гудрид молчала.

– Я спрашиваю: может, недостоин тебя?

– Я этого не говорю…

– Так что же ты говоришь?

– Ничего.

– Уф! – громко вздохнул Фроди. – Ты было огорошила меня. Я полагаю, что нет в мире девушки, которая не пошла бы за меня замуж…

– Во всем мире?

– Во всяком случае, от Финланда до Агдира, от Гаутланда до Эстланда. Этого тебе мало?

В голосе Фроди послышались новые нотки – угрожающие или просто раздраженные. Ладонь его левой руки сама собою легла на рукоять меча. Бесцветные глаза вдруг зажглись огнем – холодным, отталкивающим. Недаром же Фроди был берсерком…

Девушку пронял холод – до самого сердца. Она вдруг ощутила страшную опасность. Да, этот берсерк опасен не только в битве. Она попятилась к лодке и попыталась вскочить в нее…

– Куда?! – заревел Фроди. Он кинулся на Гудрид, подобно лесному хищнику, и сгреб ее хрупкое тело в охапку.

Она попыталась высвободиться из страшных объятий, но разве ей это было под силу?

Он поставил ее на ноги. Сказал:

– Я боюсь, что ты утонешь в этом фиорде.

Она молчала.

– Я спрашиваю, Гудрид: могу посвататься к тебе?

– Нет, – сказала Гудрид тихо.

– Почему?

– У меня есть жених.

– Этот Кари?

– Да.

Фроди сказал:

– Не только жених, но и конунги порой исчезают неведомо куда. Я уже не говорю об иных незадачливых берсерках. Я, к счастью, к ним не причисляю себя.

Он попытался улыбнуться во всю ширь своего круглого лица.

– Фроди, – сказала девушка, стараясь не глядеть на берсерка, – я – чужая. Ты это знаешь…

– Откуда мне знать?

Девушка набралась духу и выпалила:

– Я выйду замуж только за Кари.

– Подумай, Гудрид…

– Подумала.

– Тебе известно имя моего отца?

– Да.

– Ты знаешь, где я живу?

– Да, знаю.

– И то, как мы богаты?

– Да, знаю.

– Что конунг нашего края часто гостит у нас?

– Тоже знаю.

Он повертел головой, точно отгонял назойливую комариную стаю:

– Значит, ты все знаешь обо мне?

– Возможно, Фроди… Но об этом поговорим потом. А сейчас мне надо плыть домой.

Фроди нахмурился. Его рыжие брови глухо надвинулись на глаза. Он отшвырнул ударом носка большой булыжник. И камень полетел, точно мяч, свалянный из бычьей шерсти. Это был недобрый знак.

– В последний раз, Гудрид: могу я посвататься к тебе?

– Разве это можно возбранить кому бы то ни было?

– Мне важно твое мнение. Тебе это ясно?

Она чуть схитрила. Это было вполне понятно в ее положении.

– Фроди, – сказала она, – разве так сватают? Это же не битва на мечах?

Он прохрипел:

– Это хуже битвы на мечах.

– До свидания, Фроди.

– Вернись!

– До свидания.

– Я сказал: вернись!

Он взял ее за руку и сильно потянул к себе.

А в следующее мгновение бросил девушку на землю. Как обыкновенное полено. У него просто иссякло терпение.

Фроди снова свистнул, и четверо головорезов выросли перед ним как из-под земли.

– Вот она, – сказал Фроди, кивая в сторону распластанной на земле Гудрид.

Был среди этих головорезов и Эгиль.

– Не подохнет, – сказал он брату. – Эта порода живуча.

– Ей нужен Кари, – прохрипел Фроди. – Видите ли, не может она без него.

Головорезы расхохотались.

– Если это так… – начал один из них.

– Да, так! – гаркнул Фроди.

– В таком случае она получит кое-что получше, чем этот ублюдок Кари. Кари перед нами просто котенок!

– Она упряма. Заладила свое и плюет на меня, – мрачно проговорил Фроди. – Я решаю так: каждый должен получить свое.

Эгиль достал короткий, с широким лезвием нож. Он сказал, что нет надобности в особых церемониях. Пусть все увидят, как это делается…

Головорезы жадно обступили девушку. Только Фроди хмуро смотрел в сторону фиорда.

– Хозяин здесь я, – сказал он, – без меня никто даже пальцем не прикоснется к ней.

Эгиль стоял в нерешительности с обнаженным ножом.

– Кто же разденет ее?

– Ты, – бросил Фроди.

Эгиль нагнулся над Гудрид. Он потянул на себя ее белоснежный воротничок и разрезал платье до самого подола. Под платьем оказалась белоснежная сорочка из тонкого льна. Эгиль мигом разделался и с сорочкой.

Когда Фроди оглянулся, поворотясь спиною к воде, то увидел чудный комок – нежный, подавленный, но живой. И глаза увидел девичьи, полные слез, и услышал тоненький плач, напоминающий писк лесной пичуги. На большее, как видно, у Гудрид не хватало сил.

– Поставьте ее на ноги. Пусть покажется нам, какова она на самом деле. Может, и свататься не стоило.