Викинг
Шрифт:
Рика закричала в отчаянии:
— Нет! Вы не можете сделать это со мной! Я — свободная женщина!
— Ты — моя жена, и я волен делать с тобой все, что мне угодно, — резко возразил Роло. — Ты в сговоре с этой ведьмой. Никто ни в чем не сможет упрекнуть меня.
— Я жду ребенка, — сказала Фиона, обхватив ладонями свой живот.
Бретта равнодушно пожала плечами:
— Не имеет значения. Pop сказал, что подыщет в Византии дом, в который согласятся взять твоего ребенка на воспитание. Лучше, конечно, чтобы это оказался мальчик. Эти восточные мужчины… Многие из них любят спать с мальчиками так же, как наши викинги с женщинами.
Фиона бросилась на Бретту.
«Как может такая молодая и красивая женщина быть настолько бессердечной?» — промелькнуло в голове у Фионы, и она со всего размаха вцепилась Бретте в лицо. На белой коже немедленно проступили и вспухли пять красных полос. Бретта завизжала и оттолкнула Фиону в сторону.
— Ты пожалеешь об этом, ведьма, — свистящим шепотом пообещала Бретта.
— Нет, — ответила Фиона, сверкая своими фиалковыми глазами. — Это вы с братцем крепко пожалеете о сегодняшнем решении.
Она обернулась к Роло и немигающе уставилась в его глаза.
Роло сразу испугался. Он прочитал во взгляде Фионы обещание многих и многих бед для себя.
— Слушай меня, Жирный Роло! — громко и раздельно начала Фиона. — Это тебе говорю я, Фиона Ученая. Я недаром получила свое имя и теперь клянусь, что сделаю так, чтобы твой бессильный отросток вообще ушел навсегда в живот, оставив у тебя между ног гладкое место. Клянусь, я сделаю это, если вы с Бреттой не откажетесь от своего замысла!
Разумеется, на свете не было таких трав, но Фиона твердо решила стоять на своем до конца.
Ведь Роло-то и подавно не может знать, возможно это или нет! Зато он прекрасно знает о том, насколько сведуща Фиона в травах и лекарствах. Да и в том, что она колдунья, он тоже уверен.
Роло поверил. Глаза его округлились от ужаса. Он хватал воздух разинутым ртом, но не мог выдавить из себя ни слова. Губы его побелели и беззвучно шевелились, словно жевали что-то.
Решение за брата приняла Бретта, которую мало трогали проблемы, связанные с мужской гордостью брата.
— Связать их! — крикнула она, обращаясь к воинам Роло. — И сторожите, чтобы не сбежали! А я не медленно посылаю за торговцем.
Один солдат схватил Тиру, остальные окружили Фиону и Рику, связали их и погнали в зал. Там пленниц затолкали в дальний угол. Почувствовав сзади себя скамейку, Фиона обессиленно опустилась на нее. Здесь ее и разыскал вскоре озабоченный Роло.
Он жестом руки отогнал подальше стражников, присел рядом с Фионой и сердито приказал:
— Сними свое заклятие, ведьма!
Несмотря на грозные слова, Роло был заметно испуган. На губах у него дрожали пузырьки пены.
— Сними его! Слышишь? Я же мужчина! Викинг! Я не желаю быть для всех посмешищем!
Фиона прищурила глаза:
— Мы могли бы договориться, Роло. Отправь Рику домой, освободи Тиру, и я, так и быть, сниму свое заклятие.
— Ну уж нет! Не такой я дурак! Если я отпущу Рику, она повсюду разболтает о том, что я ни на что не гожусь в постели! — Роло передернуло. — Нет, для меня будет спокойнее отправить вас всех троих в Византию.
— А ты подумай, Роло, — негромко и вкрадчиво сказала Фиона. — Представь себе женщину, по которой ты сходишь с ума, — красивую, желанную, доступную. Ты готов овладеть ею, и — хлоп! — а овладеть-то тебе и нечем! Ты только подумай, как ты себя будешь чувствовать, когда у тебя между ног останется только гладкая кожа — и больше ничего? Ведь ты еще молод, Роло, тебе с женщинами еще жить бы да жить. Неужели счастье быть мужчиной не стоит жизни какой-то одной женщины?
— Не стоит, если при этом я стану посмешищем для всего королевства, — хмуро ответил Роло.
— Рика поклянется, что ни слова не скажет никому о том, что с тобой случилось, если ты отпустишь ее домой, — торжественно заверила Фиона. — А может быть, ей удастся даже уговорить отца, чтобы он не требовал назад ее приданого.
— Да, — подхватила сидевшая неподалеку Рика, — я обещаю никому ничего не говорить.
Роло задумчиво почесал заросший подбородок. Собственно говоря, он не видел никаких препятствий к тому, чтобы отпустить Рику домой при таких условиях. Их развод тоже легко можно объяснить — не сошлись, мол, характерами. В целом — небольшая цена за возвращение утраченного мужского достоинства. В прошлый раз после заклятия Фионы он не был мужчиной целых две недели, и это было ужасно. А каково потерять эту способность навсегда? Подумать страшно!
— А ты обещаешь снять свое заклятие, если я отпущу Рику домой, к отцу? — спросил Роло.
— Да. Отпусти Рику домой, дай ей сопровождающих, и все станет на свои места. Тиру верни Торну.
— Моя власть распространяется только на Рику. Торну нет больше дела ни до тебя, ни до Тиры, да и мне тоже. Вы обе отправитесь в Византию, на невольничий рынок, как решила Бретта.
— Хорошо, — сказала Фиона. — Я сниму с тебя заклятие в ту минуту, когда Рика покинет твой дом. Если ты отправишь ее немедленно, к ночи твоя мужская сила вернется к тебе.
— Ну, если она не вернется, я тебя убью!
Роло повернулся и пошел отдавать распоряжения относительно отъезда Рики.
Тем временем появилась и Бретта. Она помолчала, пристально глядя на Фиону, а затем сказала:
— Итак, ты сказала тогда правду. Ты действительно лишила Роло мужской силы, и он не мог взять тебя в постели. Значит, твой ребенок от Торна.
— Я никогда не лгала тебе, — устало ответила Фиона. — И не скрывала, что с помощью трав сделала Роло ни на что не способным в постели.