Чтение онлайн

Мы рванули к «Вояджеру» и только расселись по своим местам, как через заборчик перемахнули Сокол и Синица. На мгновение остановились, оторопело разглядывая лежащих субчиков, и с невероятной скоростью помчались к нам.

— Чего ждешь? Поехали! — приказал командир, и расслабленно растекся по креслу.

Бекас не стал оголтело гнать очень приметный автомобиль, опасаясь привлечь внимание жителей погрузившегося в сон района или дорожную полицию. Ехал он спокойно, не нарушая правила. Зоя отдышалась и спросила с любопытством:

— Мы что-то пропустили? Бекас, это ты там злодейством занимался? Что за люди валялись?

— Нашего клиента засекли, — пояснил капитан Вельяминов, выруливая на шоссе 309, как значилось в карте. По ней он и поехал до района Местре, где находился особняк дожа. — Как им удалось, не знаю. Почему только сразу не прицепились?

— Телефон был отключен, — Сокол тут же выдал версию, которую я предлагал чуть раньше. — Петька или Франческа по глупости воспользовались звонком, вот и попались.

— Все-таки Франческа? — хохотнул Бекас, полностью отойдя от шокового удара.

— Она самая, милашка в парике, — подтвердила Зося. — Так ты не сказал, какого черта поубивал людей дожа?

— Да не убивал я никого! — воскликнул водитель. — Очухаются скоро. Иначе бы на вас нарвались, без серьезной драки не обошлось бы. Да и не моя это работа. Танцор рассвирепел с чего-то.

Не знаю, зачем Бекас упомянул меня. Командир особо не настаивал на обстоятельном рассказе, так бы и замяли досадный провал капитана Вельяминова. А теперь ему пришлось свой косяк раскрасить во всех подробностях. Зося хохотала как сумасшедшая, будто ее без конца щекотали, а Сокол шипел, изрыгая ругательства, которые полностью предназначались напарнику.

— Согласен, попался как олух, — признал свою ошибку Бекас, ничуть не смущаясь. — Я же сразу их прощупывать стал. Обычные качки из команды сопровождения, даже не одаренные. Ну и зачем мне светить свой доспех? Лишнюю зацепку давать не хотел. Поговорили спокойно, и тут в шею шокером — раз! Мгновенно вырубило.

— Кадет, ты, хотя бы, не засветился? — озадаченно спросил Сокол, повернувшись ко мне.

— Надеюсь, нет. Я все сделал быстро.

— Ладно, я тоже надеюсь, что Мочениго спишут этот инцидент как досадное недоразумение с местными бандитами, — пробурчал командир и протянул мне мой телефон. — Держи. Сделали три снимка через окно гостиной. Принц с Франческой настолько соскучились по друг другу, что стали обниматься и целоваться, не задернув шторы. Вот и попались, голубчики. Качество фоток хорошее, лица распознаются без проблем. Тебе есть куда скинуть их, чтобы сохранить исходники на случай внезапной проверки?

— А такое может быть? — удивился я.

— Подстраховаться не мешает, — подтвердила опасения Сокола Зося. — Будем исходить из того, что тебя могли узнать. Дож в своем праве назначить расследование, телефон могут изъять на время.

— Его Высочеству можно перекинуть, — предложил я. — Пусть этот компромат сам предъявляет, раз затеяли игру. А со своего телефона снимки удалю.

— Разумно, — кивнул Сокол. — У тебя есть почта цесаревича?

— Узнаю у княжны.

— Кто такая Франческа, расскажет кто-нибудь? — после выброса адреналина и поздно накатившего страха, что мог серьезно пострадать в стычке с сильными и крепкими мужиками, мне не хотелось сидеть в тишине, которая сразу установилась после слов Зоси.

Она же и ответила:

— Франческа — вторая жена Доменико Марани, влиятельного аристократа Венеции, Главы богатейшего рода, равного Мочениго. Первая жена умерла три года назад от непонятной болезни. Ходили слухи о ее отравлении неким магическим зельем из арсенала Медичи. Думаю, семейка душегубов здесь не при чем, просто надо было еще больше замарать эту фамилию грязью. Франческе тогда было семнадцать, но Марани настолько ошалел от ее красоты, что еле дождался, когда она вступит в пору совершеннолетия. Сразу же после восемнадцатого дня рождения потащил ее под венец. Впрочем, девица особо-то и не сопротивлялась. Уже знала, что за человек жаждет ее тела. У Доменико было трое наследников: две дочери и сын, ровесник Франчески. Девушка прекрасно понимала, что шансов у нее на богатства рода Марани очень мало…

— Она, что, беднячка? — не выдержав, перебил я Зосю.

— Как раз наоборот. Франческа из потомственной семьи венецианских купцов, довольно богатых, даже скажу, невероятно богатых. Но кто же откажется от лишних активов? — покосилась на меня Синица. — В общем, официальное право на наследство она получила и активно принялась вникать в дела семьи Марани, что не нравилось некоторым ее представителям, в том числе Гаспару — его старшему сыну. И вот потом начинаются испанские страсти. Франческа влюбляется в Пьетро Мочениго, как и он, впрочем, в нее. Тайная любовь вскоре становится достоянием публики, поэтому именно с того момента наш император перестал доверять дожу Венеции. Пьетро одним своим поведением добавил проблем своему отцу, и так попавшему под пристальное наблюдение русской агентуры. Год назад принц убил на дуэли Гаспара якобы из-за оскорбления, брошенного ему прилюдно в лицо, но все-то знали, отчего парень вел себя так дерзко с сыном дожа. Франческу он не жаловал, но за честь семьи стоял крепко.

— Франческа подстроила? — догадался я. — Убрать наследника и самой возглавить активы?

— Умница, а говоришь, что несведущ в любовных делах и интригах, — улыбнулась Зося.

Сокол с Бекасом одновременно хмыкнули.

— Да ведь дураку понятно, если картина перед глазами стоит, — пожал я плечами. Тоже мне, бином Ньютона.

— А многие не сразу сообразили, с каким изяществом плетется интрига. Франческа устранила одно из препятствий, и стала чуть ли не в открытую встречаться с Пьетро. В недрах нашей разведки ходит версия, что Мочениго руками любовницы сына хочет устранить соперника с политической арены, коим является Доменико Марани. И умело разыгрывает недовольство наследником. Скандалы, постоянная ругань — все семейные склоки умело сливаются журналистам, а на самом деле все гораздо интереснее.

— Тогда я не понимаю, зачем Мочениго дразнит нашего императора и делает вид, что ему крайне важно женить Пьетро на Лидии, — я почесал затылок. Слишком запутанная интрига, которая никоим образом не касалась интересов дома Мстиславских. — Одной рукой гладит, другой — раздает тумаки. И ведь знает, что цесаревич Юрий Иванович следит за каждым шагом принца.

— Мы тоже пока не понимаем, — признался Сокол. — Но это не наше дело. Мы работаем в поле, сбором информации занимаются другие службы. Достали фотографии — все, наша миссия завершена. Присмотрим за тобой до конца соревнований и вернемся домой. Может, ордена получим за секретную операцию.

— Держи карман шире, — хмыкнул Бекас, и в машине воцарилась тишина. Каждый думал о чем-то своем.

Через несколько минут он свернул в сторону моста, идущего через лагуну. Я понял, что меня хотят довезти до Канареджо. Так и случилось. «Вояджер» замер на автостоянке, а Сокол и Зося пешком проводили меня до самого крыльца отеля, где меня ждал… Куан. Удивительно, что на его лице не было и намека на злость; он не сердился, не был мрачным, а как только увидел Зосю, заулыбался.

— Все в порядке, Куан, — сказала девушка, положа свою руку мне на плечо, как будто хотела защитить. — Мы за ним приглядели.