Чтение онлайн

Дальше лестница была длинной и витой, по таким здорово любят скатываться герои детективов и беременные героини дамских романов. Проем, над которым я висел, был пугающе велик. Если он меня бросит туда, это все. Сломанная шея гарантирована.

К счастью, он не дал мне ухнуть вниз, но вместо этого мне пришлось упасть на него. Альтернатива немногим лучше. Он быстро, как кошка, перекатился и замер надо мной.

Было так темно, что я даже лица его не видел, только чувствовал вес его тела. Просто неизвестно, какую тактику избрать - выбираться любыми методами или уже не раздражать его своими жалкими трепыханиями. Я все же попытался его столкнуть, но это оказалось проблематично. Он просто завел мою руку за спину так, что я чуть не задохнулся от боли. Однако вторая рука вдруг оказалась свободна. Недолго думая, я размахнулся, насколько мог, и от души врезал в темноту надо мной.

Удар попал в цель. Он коротко охнул, и на мое лицо и шею полилось что-то теплое. Я знаю, как пахнет кровь. Это она и была. Достаточно много, чтобы я чуть не захлебнулся - она обожгла рот, как высокоградусный спирт. Но кровь из носа даже человека не остановит, а только раздразнит - это была ошибочка.

На минуту мне показалось, что он исчез с меня. Ошибка номер два. Он просто от неожиданности приподнялся на руках, и сделав то же самое, я столкнулся с ним. И как только наши тела соприкоснулись, что-то ударило меня в шею, сильное и оглушающее, как выстрел. Я откинулся назад, уже не чувствуя ничего, кроме горячей боли, заполняющей тело, и вкуса крови на губах. Сколько раз я глотнул? По-моему, в этот момент включили свет, но я этого уже не видел. Тьма пошла яркими пятнами, она брызгалась кровью, которая стекала со стен реальности, как с выкрашенных белой краской шкафчиков в раздевалке на Стадионе. Мне показалось, что я все же падаю с лестницы, и полет этот длиннее, чем самая длинная лестница в мире.

*

Про вампиров можно много разного сказать,

но в непрактичности их не обвинишь.

Нельзя оставаться в живых и прятаться

столетиями, если не будешь

благоразумен и безжалостен.

Л. Гамильтон

– …потише… замолчи.

– …а что я мог…

– …молчи, ради бога.

Я открыл глаза и закрыл. Все равно видно ничего не было, кроме густого розового киселя. Голоса стали четче.

– Чем ты думал?!

– А что, по-твоему, я должен был сделать?

Последнее, что я помнил - бледное лицо не-мертвого, нависшее надо мной, но другого, с темными короткими волосами, в руке - шприц. Еще один, это же надо… Он повернул мою голову, и я почувствовал укол в другую сторону шеи, неповрежденную. Больно не было. Потом - мрак.

– Не спи, - приказал мне голос, такой приятный и спокойный, что сразу захотелось спать. Ну нет так нет.

Я пошевелился, ощущая себя полностью покрытым кровью, но это было не так. Затем сильные руки, вполне способные оторвать якорь от “Титаника”, приподняли и переложили меня, уж не знаю, куда. Фокус постепенно возвращался, и я начал что-то видеть.

В комнате горел свет. Надо мной, скрестив руки, стоял не-мертвый, тот, чье лицо я помнил. Второго, светловолосого, я видел хуже - он был дальше, у окна, и сердито теребил занавеску.

– Может, убьем его?
– предложил второй.
– Никто не узнает.

Тот фыркнул.

– Даже не думай. Не забывай, где мы и кто мы. И в чьем доме живем. Надеюсь, он хоть сам не умрет.

– А если он захочет прогуляться в полицию?

Стоящий рядом со мной резко повернулся, я не видел его лица, но мог угадать его выражение по лицу второго - он отшатнулся к стене, растерянно моргая.

– Джоули, ты соображаешь, что происходит? У него даже оружия нет, значит, он не слэйер. И не мог ничем тебе навредить.

– Он меня ударил, - отпарировал тот, снова сумрачно уставившись в стену.

– Что-что?

Он снова наклонился ко мне, дотронулся до шеи. Когда он отстранился, я тоже коснулся ее и почувствовал повязку или пластырь.

– Это была твоя кровь, - сказал он тихо, но в его голосе чувствовались странные шумы, будто он с трудом сдерживал ярость.
– На нем была твоя кровь, да? Вот это класс. Вот это здорово.

– Да нет!
– услышал я голос второго, почти испуганный.
– Не моя, честно! Сам говоришь, он не вооружен!

Тот сел на край кресла и скованным движением убрал волосы назад, стараясь успокоиться. Второй подошел и опустился на пол рядом с ним.

– Не злись, Ноа, ну пожалуйста… - Его голос опустился до шепота.
– Это было так… неожиданно.

Темноволосый поднял лицо к потолку и утомленно закрыл глаза.

– Я не злюсь, Джоули, - произнес он размеренно.
– Просто хочу надеяться, что ты понимаешь серьезность того, что происходит, так же, как я. Если он умрет, у нас будут неприятности. Но если бы он стал вампиром, у нас были бы неприятности еще большие. Как бы ко мне не относилась Перл, она повесит нас в одной петле. Так что вспомни все молитвы, какие знаешь, и молись за него.

Он небрежно махнул рукой в мою сторону.

Джоули посмотрел на меня так, словно хотел разорвать на части.

– Сколько пальцев видишь?
– спросил Ноа, беря мою руку. Его пальцы легли на мой пульс, и я просто физически стал ощущать, как он замедляется, сердце перестает колотиться и приходит в норму.

– Два…

– Хорошо. Откуда ты?

– Из… из Нью-Йорка.

– Везунчик.

Это уж точно.

Я так обрадовался возвращению сознания и голоса, что добавил:

– Вообще-то… я… из Финикса…

Рано обрадовался. Голос снова скатился до шипения, и я уронил голову назад от приступа головокружения. Ноа аккуратно вернул мою руку на место.

– Побудь с ним, - велел он Джоули и исчез из поля зрения. Это меня не вдохновило, но выбора не было. Я просто закрыл глаза и заставил себя отключиться.

*

Когда я очнулся (или проснулся), Джоули сидел рядом, опираясь о край кровати. Не знаю, как давно.

Я обвел комнату глазами, стараясь не шевелить головой. Не хило. Ремонтик не на зарплату дворника. До середины стен шли шикарные панели из темного дерева, а выше - обои с абстрактным рисунком в песочно-бело-серой гамме, но больше серой. Комната почти пустая, не считая дивана из серой кожи, и второго, из белой (на нем лежал я). Вся остальная начинка комнаты вполне могла прятаться в стенах.

Еще там стояла бутылка красного вина, нарезанный апельсин и кусок черного шоколада. Мне сразу поплохело.