Везуха
Шрифт:
Зато он знал теперь, как по-настоящему, до щенячьего визга обрадовать девушек, и еще вчера днем прямо из конторы заказал три билета на воскресный концерт «Точки с запятой». И теперь, проводив Юлю с Анютой и приложив титанические усилия, чтобы не расколоться раньше времени, медленно рулил в сторону центра. Заказ обещали подготовить к двенадцати, но Андрей, прекрасно сознавая, как это бывает на самом деле, прибавил еще пару часов на случай аварий, пробок, метеоритных дождей и иных форс-мажорных обстоятельств.
Закопавшуюся в хитросплетении сретенских переулков фирму он разыскал с трудом. Пришлось даже бросить машину на Трубной, пешком обходить все эти Пушкаревы, Колокольниковы и Большие Сергиевские переулки, ориентируясь на изложенный по телефону маршрут:
– …пройдете три дома до сгоревшего ларька, свернете направо, во двор, обойдете помойку. Там увидите ржавые железные ворота. За ними – двухэтажный особняк. Тот подъезд, который с фасада, вам не нужен, заходите в боковой. Мы находимся в полуподвале левого крыла, прямо по коридору до конца. Дверь с надписью «заказ билетов».
– А номер дома какой?
– По номеру вы не найдете.
– Ну, все-таки?
– Двенадцать «б», строение шесть, корпус два.
Да уж, действительно, не найдешь! Тем более что строений пять и четыре в окрестной перспективе вообще не оказалось, если не считать какой-то вросшей в землю развалюхи. На месте же первого корпуса красовалась сплошная стена строительной площадки, за которой пыхтели невидимые глазу механизмы. Над воротами красовалась табличка с картинкой закошенного под старинный особняк новодела и гордыми надписями: «Строительство ведет ООО „АНК плюс“, заказчик ОАО „ИБС-2“.
В самой фирме царила атмосфера легкого, но уже выходящего из-под контроля бардака. То и дело вбегали и выбегали какие-то взмокшие люди с папочками, по внешнему виду зачисленные Андреем в курьеры. Следуя по маршруту их хаотичных перемещений, он добрался до искомой двери, иначе бы просто заблудился в завалах стройматериалов, спутанных кабелей и номенклатурной мебели. В доме шел перманентный ремонт.
Замученная девушка, поминутно прерываясь на телефонные звонки, осчастливила Андрея сообщением, что заказ готов и забрать его можно хоть сейчас, оплатив в кассу соответствующие суммы. Опасаясь, как бы касса не оказалась тремя этажами выше, Андрей спросил:
– Э-э… А где у вас касса?
– Вы в первый раз?
– Да.
– Значит, скидок у вас нет. Документы нужны?
– Господи! – испугался Андрей. – Какие документы?
– Вы на фирму берете или на частное лицо?
– Да себе я беру, девушка! Лично. Не надо мне документов.
Девушка сурово кивнула, извлекла откуда-то из-под стола толстую папку-скоросшиватель, и через пару минут Андрей оказался счастливым обладателем трех билетов на концерт. Поблагодарив, он поспешил откланяться – слишком уж все вокруг напоминало знакомую по родной конторе ежедневную картинку «субботник в сумасшедшем доме».
Он не видел, как за его спиной девушка сняла трубки всех трех телефонов, нервно потерла пальчиками виски и, прихватив из верхнего ящика стола пачку «Золотой Явы», нырнула за ширму. В курилке дым стоял коромыслом – сразу трое курьеров травили легкие, готовясь к очередному забегу через полгорода.
– Представляете, парни, мужик сейчас приходил, лет под тридцать, а то и тридцать пять. Угадайте с трех раз, какой у него заказ!
– «Руки вверх», – предположил один из курьеров.
– «Тату»!
– Хуже. Никогда не поверите: «Точку с запятой». Три билета купил, причем явно себе – наличкой заплатил и приходник не взял. Вот странный, да?
– Может, сыну в подарок, откуда ты знаешь.
– Слушай, Элка, а вдруг он проверяющий какой-нибудь? Контрольную закупку делал, а? Ты бы на всякий случай позвонила шефу…
Не подозревая, что его персона явилась причиной таких пересудов, Андрей спокойно вышел обратно на Колокольников, разглядывая цветастые карточки. В верхнем углу располагался символ группы, тот самый знак препинания, как можно догадаться, а поперек всего билета шла кроваво-красная надпись: «Беспредельщики». Снизу – пояснение: «Неорганизованная преступная группировка». Андрей вздрогнул.
– Внимание! Всем группам наблюдения! Первый пошел на контакт. Передвижному-два обеспечить сопровождение и прикрытие, наружке-двенадцать и семь – перекрыть подходы к месту контакта. Как поняли, подтвердите.
– Я передвижной-два. Вас понял.
– Наружка-двенадцать, понял вас, выполняю.
– Я наружка-семь, принял, выполняю.
С интересом изучая надписи на билетах, Андрей не замечал зияющего впереди открытого люка. Телефонные ремонтники расковыряли колодец и с привычной беспечностью, даже не озаботившись огородить барьерами опасное место, ушли на обед. До разверстого зева оставалась пара метров, не больше. Андрей спокойно шел навстречу, не сбавляя шага.
Неожиданно к тротуару подрулила неприметная, немного подержанная «девятка», затормозила практически вровень с Андреем.
– Андрей Игоревич?
Вздрогнув, он сунул билеты в карман и настороженно обернулся.
Открылась правая передняя дверь, и из машины вылез прилично одетый, молодцеватый мужчина лет пятидесяти. Несмотря на сугубо штатский костюм, неискоренимая воинская выправка выдавала в нем офицера.
– Прошу прощения, Андрей Игоревич, разрешите отнять несколько минут вашего времени?
Андрей пожал плечами:
– Раз уж вы начали… продолжайте. А то я умру от любопытства.
Ерническим тоном он постарался замаскировать свою настороженность. Не каждый день случаются такие вот встречи, когда абсолютно незнакомый человек вдруг обращается к тебе по имени-отчеству. Поначалу Андрей посчитал его за сотрудника какой-нибудь частной охранной структуры. Слишком уж явно читалась в незнакомце воинская дисциплина. А по возрасту и странной практике скорее договариваться, чем командовать, незнакомец никак не тянул на обычного армейского офицера.