Чтение онлайн

– К чему ты ведешь?

– Не бывает силы, особых предметов, способностей просто так. Саджи, не бывает! Если ты сделал нечто подобное, значит, за это придется платить.

– Я уже создал два внеуровневых предмета. И как видишь, ничего не случилось. Может, ты зря волнуешься?

Фемида бывает упрямой, когда считает свою точку зрения правильной. Вот и сейчас она абсолютно уверена в своей правоте.

– Саджи...любая сила дамоклов меч. Ты получаешь нечто, выходящее за рамки разумного, но какой ценой? Что ты отдашь за свой щит?

– Ничего. Так было,и так будет. У тебя есть факты, говорящие об обратном?

– Нет. Только теории и домыслы, но ошибаюсь я редко.

– Закрыли тему. У нас мало времени.

Лаборатория была готова, осталось лишь сделать выходы на поверхность. Четыре трубы по одной на каждую сторону света. После этого моя стеклянная лаборатория была закопана вместе с кратером. На поверхности остались лишь четыре крупных лаза.

Выход.

В реальности все идет хорошо. Нервная система постепенно приходит в норму. Если верить Клоду, то через месяц смогу поставить себе нейросеть. Ох, как долго я этого ждал. Но два километра в день никто не отменял.

Вход.

Перед началом ритуала мы взяли отдых на сутки. Нам обоим надо было выспаться, предстоял огромный объем работы. Фемида к моему приходу успела сбегать в сердце пустыни к нашим деревьям, и принести заготовку для копья.

– Не попробую не узнаю.

– Ты хочешь, чтобы я сделал тебе внеуровневое копье?

– Мне нужно метательное оружие большой поражающей мощности. Копье как раз подойдет. Способность я не хочу. Скажи, а как ты "выбираешь" конечный результат?

– Все дело в центральном фрагменте печати. В той части, где производится активация. Когда я был в аду, смог разобраться с тем, как работают печати. Все дело в магических символах. Концентрация, рассеивание, щит, лезвие, прочность и разрешение почти все они парные. Центральный фрагмент печати отвечает за форму предмета и за то, что получится в итоге. К примеру, на луке были вырезаны только символы концентрации и один единственный знак острия. При использовании оружия образуется астральный карман, в который вкладывается энергия, выпускаемая при активации.

– А само оружие как-то связано с тобой?

– Да. Создание астрального кармана это....это... это, как если бы на твоем ментальном теле образовался пузырь с маной. Когда оружие активируется, происходит выброс собранной силы.

– И что? Пузырь может растягиваться до бесконечности?

– Нет. В моем случае он завязан на запас маны. Прочность завязана на выносливость.

Так началась великая жатва душ. Через два дня мы смогли собрать первую партию в две с половиной тысячи душ. В этот раз колышки я не стал делать сам, а заказал у кузнеца в Сурале. Металл купил прямо на месте, а кровавый малахит у меня всегда с собой. Правда, хватает впритык получилось только три тысячи колышков.

Собранные тела сбрасывали в колодцы-проходы. Учитывая запас маны и мои навыки в магии крови, заряда хватит на неделю. Кузнец был мастером, смогшим правильно распределить баланс между прочностью и количеством использований. Благодаря этому паралич держится дольше, но самих колышков хватит только на три использования.

И вот мы приготовили первую партию жертв. Фемиде не нравилась сама идея ритуала, но от заветного копья она не откажется. Вся лаборатория была завалена телами до самого потолка. Пятиметровые своды у края купола подпирали ровно уложенные кучки минотавров. Они обитали группами, и Фемида таскала их по две пачки за раз. Собственно, именно она собрала почти две тысячи тел из необходимых 2500.

Четырехуровневая печать, нарисованная кровью, образовывала сложный узор с тысячей буковок. Одна только подготовка печати по памяти заняла много времени. Последний фрагмент был нарисован у меня на спине поверх тату. И вот мы начали ритуал.

После активации печати, свело челюсть от той мощи, что проходила сквозь мое тело. Как же больно! Словно душу на части разрывают. И каждый крохотный кусочек страдал своей особенной болью.

Меня не просто выбросило на астральный остров, а метнуло так, словно я сам был метеором. Не будь у меня сопротивления к физическому урону, умер бы от падения на камни. Островок быстро разрастался. К нему присоединялись все новые элементы. Эта штука, что сидит астрале наслаждалась тем, что может меня швырять, как захочет. Странно, я ее чую, но не чувствую эмоций. Оно не человек? Или не испытывает эмоций? Или все вместе взятое?

Додумать мне не дало нечто, приближающееся к острову. Оно было таким огромным, злым и невероятно сильным, что я чувствовал его уже на подлете к островку.

Две с половиной тысячи жертв летели единым скопом, образуя подобие шара из плоти.

– Алмазный щит! Максимум! Магический щит! Максимум!

Алмазный щит лопнул на пятой секунде, и меня прижало к земле сплошным потоком из тел. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это не метеор, а скорее змея. Первый удар на себя принял алмазный щит, а уже потом дело дошло до меня.

Магический щит лопнул, и в ту же секунду я активировал ветер смерти. Поток валившихся с неба тел прекратился, но эта штука еще кружила где-то рядом с островом. Тела, что не погибли в первом ударе о щит, начали вставать. В них вселялись злые духи, а с неба начал литься дождь из тел оставшихся жертв. Одержимые! Все жертвы ритуала были одержимы демонами и злыми духами. Погибших поднимали, еще живых усиливали одержимостью. Хм, странно. Та штука, что летела над островком, пропала, но теперь чувствуется на острове... во всех жертвах. Коллективный разум? Или матка и муравьи?

Понятно, значит, есть система автоматической балансировки. Если я слишком силен, жертв делают еще сильнее. Но не настолько же!

К счастью магия света действовала в полтора раза эффективней против демонов и злых духов. Одержимые также попадали под эту категорию.

– Вызываю Солнцеликого! Вызываю Инфернального духа очищения!

В каждый призыв я вкладывал все силы, пусть откат увеличится, сейчас не до мелочей.