Ветер
Шрифт:
– Тяни к себе!
– Крикнул Егор.
Они подтянули рыбу. Егор схватил тяжелый ключ и размозжил им рыбью голову. Рыба затихла. На вид она была около восьми килограмм. Егор убрал ее в сторону.
– Будем ловить, пока ловится.
– Ага, согласен.
В глазах Матвея появился охотничий азарт. Он и думать забыл о сне и усталости. Рыба велась на лягушачьи лапки. Некоторым удавалось схватить еду и скрыться во тьме воды безнаказанно, но каждая вторая рыбина падала добычей на скользкий от чешуи пол плота. За час было поймано двенадцать рыб.
Егор сел на ящик, в котором лежали рыбьи туши.
– Думаю, надо пока остановиться и переработать, чтобы не пропало.
– Пап, а можно я буду ловить, а ты разделывать?
– Адреналин в крови мальчика не давал ему успокоиться.
– Нет, ты сам-то чуть больше рыбы весишь. Утянет она тебя в воду. Помогай лучше.
Матвей с сожалением отложил гарпун в сторону и принялся помогать отцу. Егор разрезал живот рыб, вынимал внутренности и выбрасывал их за борт. Рыбы, попавшие на подкормку, хватали внутренности и рвали их на части между собой.
– Не надо кишки выбрасывать, можно их на подкормку оставить.
– Посоветовал Матвей отцу.
– Точно, соображаешь.
Рыбьи головы и хвосты Егор отделил и сложил отдельно. Разделанные вдоль позвоночника туши он уложил на устланное солью дно ящика, и, пересыпая солью, складывал слой за слоем. Получилось не очень много.
– Ну что, продолжим, или подождем до завтра?
– Спросил он сына.
– Никаких завтра, здесь и сейчас.
– Матвей замер с гарпуном, как заправский метатель копья.
Добычей стали еще пятнадцать крупных рыб. А затем, внезапно, они перестали идти на приманку.
– Спугнул их кто-то? Или время спать у них?
– Егор посветил фонарем вокруг плота. Кто-то огромный и тяжелый прошелся под плотом, заставив плот приподняться над водой и плюхнуться. Егор чуть не свалился за борт. Матвей удержался за ящики.
– Кто это?
– Со страхом спросил он.
– Без понятия.
– Егор выключил фонарь и отошел к середине плота.
– В любом случае, надо быть осторожнее.
Огромное нечто разогнавшее рыб здорово испугало мужчин. Они разделывали рыб молча, все время оглядываясь на воду.
– Я теперь не буду чувствовать себя на воде в безопасности.
– Сказал Матвей.
– Надо убираться отсюда.
Отец с сыном до самого рассвета разделывали туши рыб. Как только туман рассеялся, они отправились в дорогу. Егор сел за управление лодкой, а Матвей свернулся калачиком между сиденьем и ящиками, предварительно опустив ширмы, и уснул. По договоренности, отец должен был разбудить сына через четыре часа и лечь спать самому.
Всю дорогу Егор озирался по сторонам, пытаясь увидеть существо, разогнавшее рыб. Больше всего он думал увидеть акулий плавник. Откуда они могли взяться в северных морях, он не знал, но никакие другие существа, живущие в воде, кроме китов, ему не приходили на ум.
Ночное происшествие заставило Егора иначе смотреть на бескрайние водные просторы. Если раньше они были опасны только по вполне прогнозируемым и вовремя замечаемым случаям, то теперь начинали пугать тайнами. Ноги с плота уже так просто не опустишь. Все время будет казаться, что их кто-нибудь оттяпает. Вода же сохраняла безмолвное спокойствие.
Пришла пора меняться. Егор разбудил Матвея, лег на пригретое место и тут же уснул. Проснулся он оттого, что сын с кем-то разговаривал. Егор открыл глаза и замер. Здоровая белая морда дельфина торчала прямо у борта и, судя по всему, оживленно разговаривала с сыном. Матвей снимал животное на телефон.
– А ты совсем не страшный, немного бледный, как утопленник, но глаза добрые.
– Сказал дельфину Матвей.
Дельфин стрекотнул в ответ, словно понял о чем речь. Егор сел. Дельфин повел глазами в его сторону и снова застрекотал.
– Это мой отец, Егор.
– Матвей представил дельфину отца.
– А это дельфин-белуха, который ночью чуть нас не перевернул.
– Очень приятно.
– Ответил Егор.
– Можно нас так было и не пугать. А чего ему надо?
– Мне кажется, ему любопытно, кто мы такие?
– А может рыбы выпрашивает? Скажет, набили полные ящики, гоните мзду.
– Пап, а можно я его потрогаю?
– Нет, ты чего Матвей, не видишь, какие у него зубы?
– Пап, дельфины никогда не нападают на людей.
– Это тогда не нападали, а сейчас, может, с голодухи и нападают.
Дельфин застрекотал и поднялся еще на пару десятков сантиметров из воды.
– Видишь, он обиделся на твои слова.
Матвей, не дожидаясь согласия отца, подошел к дельфину и положил ладонь на мокрую голову. Осторожно провел ею взад и вперед. Дельфин замер, не реагируя. Мальчик осмелел, подошел ближе и двумя руками потрепал 'щеки' дельфина. Тот снова застрекотал и попытался положить голову на плот. Под его массой, борт погрузился в воду, чуть не замочив ящики с соленой рыбой.
– А ну-ка, бледная скотина, хватит лезть на наш плот. Он для тебя маловат.
Егор аккуратно столкнул голову дельфина в воду. Млекопитающее не посчитало это за оскорбление, оно снова замерло столбиком перед плотом.
– Всё, кажись, рыбалки у нас больше не будет.
– Расстроился Егор.
– Друг, иди поплавай в стороне, а лучше подгони нам косяк рыбешек, таких же крупных, как в прошлый раз. Нам бы еще штук двадцать таких и мы будем обеспечены на всю зиму. Ферштейн?
Белуха смотрела на Егора и молчала.