Чтение онлайн

— Дай-то Бог! — сочувственно заключила Варя. — Хоть и трудно поверить в удачу, когда кругом все только и думают, как набить свои карманы.

Пока Наумов с энтузиазмом готовился к встрече с руководством движения «Отечество», пресса и телевидение сообщали о все новых потрясающих фактах царящего в стране криминального беспредела, связанного с коррупцией высоких должностных лиц и разложением в органах правопорядка. Предательство в милиции и ФСБ приняло такие размеры, что среди пойманных преступников стали попадаться их сотрудники, которые иногда оказывались даже главарями бандитов. Криминалитету уже было тесно у себя в России. Он начал осваивать зарубежье. И вскоре «русская мафия» стала бичом не только в благополучных странах Европы, но даже в США.

Об этом Наумов узнал от своего старого друга Гордона, вернувшегося домой после многих лет работы за границей. Известный ученый-вирусолог, он по конкурсу был назначен главным специалистом международной организации здравоохранения и жил припеваючи по месту ее дислокации, не зная бед, испытываемых соотечественниками на родине. Приехал, отработав с лихвой все сроки и выслужив пенсию, какая даже не снилась гражданам России.

По случаю возвращения он устроил грандиозный прием, собрав всех старых друзей. Гордон, славившийся и раньше умением делать любительские фильмы, когда выпили и закусили, включил «видак» и продемонстрировал редкостные красоты многих уголков мира, где ему удалось побывать по делам службы. Как всегда, его комментарии были содержательны и остроумны.

Однако, делясь с друзьями своими лучшими впечатлениями от пребывания за рубежом, Юрий Львович коснулся и негативных факторов тамошней жизни. К вящему удивлению гостей, он связал их с соотечественниками.

— В последние годы даже в тихой и благочестивой Швейцарии ухудшилась криминогенная обстановка, — с сожалением сказал он. — Участились случаи вымогательств, убийств и других тяжких преступлений. Как ни печально, но следует признать, что большинство из них совершено нашими согражданами.

— Может, это — злостная пропаганда врагов России? — предположил кто-то из гостей. — Отголоски «холодной войны», которая все еще не дает им покоя.

— Нет, «холодной войной» там и не пахнет. Они возмущены тем, что в России не борются, — Гордон осуждающе покачал головой, — ни с коррупцией, ни с отмыванием «грязных» денег, ни с разгулом бандитизма, который вследствие этого уже вышел на международный уровень. Пресса негодует, что наша власть не реагируют на материалы, разоблачающие крупных коррупционеров, которые ей направляет прокуратура Швейцарии. Там не понимают, почему Кремль не хочет вернуть украденные из казны деньги. Возмущаются, что наше правительство дает перекачивать за рубеж укрытые от налогов деньги. У них это тягчайшее преступление, ибо без уплаты налогов невозможно процветание государства. Там сочувствуют нам, а вы говорите, что они — враги России.

— Но почему все же у них так много наших бандитов? — выразил недоумение Артём Сергеевич. — Разве не мешает языковый барьер и то, что там намного труднее укрыться от полиции?

— Незнание языка нашим гангстерам мешает лишь на бытовом уровне. Они ведь рэкетируют и убивают там своих соотечественников, — с усмешкой ответил Юрий Львович. — За рубежом скрывается много «новых русских», наворовавших баснословные капиталы. Некоторые перевезли свои семьи и живут там постоянно. Наши бандиты действуют там еще более нагло, чем дома, так как полицию не очень волнует, что они «мочат» своих и, конечно, действует подкуп. Однако кое-где они стакнулись и с местным криминалитетом. В Польше и Германии «русская мафия» уже стала для властей головной болью. Серьезно озабочены ею даже в США.

Обвинение верховной власти России в том, что она сама не ведет борьбу с преступностью и не оказывает в этом помощи Западу, подтверждали многочисленные факты. Так, дела об отмывании сотен миллионов «грязных» долларов, которые велись по инициативе прокуратуры Швейцарии, по сути, свернули. Пойманный с поличным за неуплату налогов рекламный босс, у которого дома обнаружили огромную сумму наличной валюты, тоже каким-то чудом избежал наказания. Сенсационное дело о краже высшими чиновниками всей валютной выручки от продажи алмазов, непонятно почему, бесконечно затягивалось, и было похоже, что и эти казнокрады уйдут от заслуженной кары.

— Путин и не собирается привлекать их к ответу, — убежденно высказал свое мнение Царев, зайдя к Наумову, чтобы познакомиться с материалами, которые тот готовил для «Отечества». — Он ставленник Семьи, а все эти ворюги тесно с ней связаны. Наверно, и денежки поделили. Так что давай помогай мэру и его команде! Хотя, на них тоже нет надежды.

— Это почему же? — спросил Артём Сергеевич, так как знал, что его друг зря болтать не будет. — У тебя есть какие-то негативные факты?

— Фактов хоть отбавляй, да и тебе они известны, — хмуро ответил Владимир Иванович. — Ты же слушаешь криминальные новости? Заметил, сколько преступников уже до суда освобождают «под залог»? Даже бандитов, захваченных на месте преступления!

— Ну а мэр здесь при чем? — пожал плечами Наумов. — Это дело рук продажных судей и милиции.

— А кто в Москве обязан навести порядок? — покачал головой Царев. — Разве не мэр? Ты меня прости, но я не верю, что он способен побороть преступность в России, если не может с ней справиться в столице.

Спорить с этим было трудно. «Может быть, Володя и прав, — подумал Артём Сергеевич. — Но надеяться ведь больше не на кого. Буду содействовать мэру и дальше, — решил он. — Все-таки наверху возможностей навести порядок у него будет больше».

Супруга Максименко Валентина, как и Артём Сергеевич, дни рождения справляла на даче. Только он весной, а она в конце августа. Раньше поездка на старую дачу, которая находилась аж под Калугой, доставляла им с Варей много хлопот. Но теперь, поскольку до Мамонтовки было рукой подать, это не составляло труда. Как всегда, на семейный праздник съехалось много друзей и родственников. Август — самый жаркий месяц года, и застолье было организовано в саду, где имелось открытое патио, защищенное от дождя навесом.

Для виновницы торжества праздник был знаменательным, но с примесью грусти, ибо Валечка достигла пенсионного возраста. Но так прекрасно выглядела, что ей нельзя было дать больше сорока лет. Синеглазая и по-девичьи стройная, она была по-прежнему изящна и привлекательна. Рядом с ней Николай Павлович, который был не на много старше, но облысел, обрюзг и обзавелся брюшком, казался пожилым.

Вечером после шумного застолья, жарили шашлыки, но неожиданно пошел дождь, и все перебрались в дом. Женщины отправились петь песни в мезонин, где были музыкальный центр и караоке, а мужчины расположились в гостиной около бара с напитками. Говорили обо всем, интересовались делами друг друга, так как были давно знакомы.