Чтение онлайн

– Идет, мастер.

Император вымученно вздохнул и поднялся с кровати, задвинутой в угол его рабочего кабинета. Всё, абсолютно всё требовало осмысления и координации - разгорающаяся война словно подбила колья в шестерни бюрократического механизма и все те проблемы, для решения которых совсем недавно хватало многочисленных чиновников, теперь приходилось разгребать лично императору и его ближайшим советникам. Слишком много самых разных неучтенных факторов выявилось в своде законов империи, в последний раз по-настоящему воевавшей во времена всеобщей смуты. И теперь, когда всё её устройство порядком заплыло жиром, все эти вроде-бы мелкие недостатки превратились в самые настоящие камни, что попали в жернов и вот-вот его расколют.

Только сейчас император осознал, что проснулся он посреди ночи - в кабинете его царила тьма. Свечи давно погасли, а магические лампы Геритар не любил - уж очень не нравился ему их свет. Геритар, каким-то чудом ни на что не наступив, подошел в широкому окну, что смотрело на запад. Туда, где к границе империи уже вплотную подобрались захватчики, использующие страшное в своей эффективности оружие - небесные корабли, что сеяли смерть и ужас на поле боя. Противостоять этим левиафанам армия не могла - уничтожить небесный корабль было под силу лишь тяжелым осадным орудиям, что стояли в крепостях, да одарённым, коих во всех легионах было меньше сотни. К счастью, епископы не стали долго ерепениться и выделили для армии сразу пять тысяч обученных магов, пообещав в ближайшем будущем второе такое же пополнение. Они не были дураками и понимали, во что может вылиться поражение в войне.

С трудом оторвав взгляд от ночного города, император подошел к своему столу, на котором, словно насмехаясь над сброшенными на пол документами, распласталась придавленная тяжелыми серебряными фигурками карта. Воины, кони, катапульты, маги, крепости и башни - эти миниатюрные статуэтки создали еще тогда, во времена по-настоящему великой империи, занимавшей весь континент, и оттого императору они казались особенными. В детстве он так и вовсе играл ими, примеряя на себя роль непобедимого полководца и представляя, как ведет за собою легионы.

Еще несколько минут Геритар смотрел на карту и думал, думал над тем, как можно выйти из сложившейся ситуации без потерь. По всему выходило, что никак, но император не мог просто принять необходимость сдачи примыкающей к границе провинции - империи люто ненавидели друг друга, и один лишь бог знает, что сделают с беззащитными людьми войска Хоршцев. Такое решение непременно обернулось бы успехом в дальнейшем, но Геритар всегда был слишком мягкосердечным, неспособным принимать такие эффективные, но страшные решения.

– Качел, Дэвиана ко мне, живо!
– Разнесся по спящему дворцу крик императора, на лице которого почему-то появилась надежда. Надежда на то, что ему не придется предавать свои идеалы.

– ... продолжишь занятия вместе со всеми. Познакомишь Каэла с другими учениками. А ты, Кофа, это проконтролируешь. Не дело это, когда понабравший учеников наставник бросает все и начинает заниматься только с кем-то одним.
– Глад откинулся на спинку высокого кресла и выжидающе посмотрел на Кофу.

– Сейчас у нас учится одна лишь знать. Думаю, Каэлу будет нелегко с ними сойтись.

– Сойтись? Ха! Я буду удивлен, если он с ними не схватится в первый же день! Мои парни хоть и неплохие, но аристократические замашки из них еще выбивать и выбивать.
– Синха, словно в довершение своей речи, припечатал рукой о колено.

– Плохо, мальчик мой, плохо. На тебе, как на наставнике, лежит ответственность за то в какое русло ученики направят полученные от тебя знания.
– Глад выразительно посмотрел на насупившегося Синху.
– Теперь перейдем к тому, ради чего я вас, собственно, и позвал. До меня дошла информация о том, что, возможно, наше королевство скоро вступит в войну.

– Этой информации можно верить?
– Спросил Кофа напряженно.

– Иначе я не стал бы об этом говорить. Тот, кто мне об этом сообщил, заслужил мое доверие делами.

– Неужто мы присоединимся к конфликту между империями? Король выжил из ума?

– Совсем нет. Просто без поддержки у Зил не так много шансов, а Хорш, лишившись единственного равного противника, без труда сметет и нас. Даже выступи мы единым фронтом, нам все равно не хватит сил победить.

– Но воевать...
– Кофа устало помассировал виски.
– У меня практически все ученики уже достигли стадии высвобождения и, согласно законам дворян, обязаны отправиться служить по первому слову короля. Но мне почему-то кажется, что они и без этого слова уйдут в армию. Аристократы...

Витиеватое ругательства, вылетевшее изо рта обычно спокойного и уравновешенного Кофы, могло бы удивить даже многое повидавшего десятника. Синха, что странно, молчал - лишь поочередно то краснел, то бледнел от распиравших его чувств.

– Это лишь один из возможных исходов - все зависит от того, сможет ли Зил в одиночку противостоять Хоршсцам и баронствам. В любом случае, вам стоит подготовить своих ребят к возможной войне, и дать им те знания, что действительно там помогут. А пока всё обдумайте, завтра мы всё обсудим еще раз. Поспешность пока не приводила меня ни к чему хорошему.

– Да, учитель.

– Поздравляю, парень!
– На плечо Артиса опустилась худощавая рука Ортеда.
– Курсант за месяц во флоте - прогресс! Обмывать будешь?
– Артис покачал головой.

– Завтра вылетает корабль, к которому я приписан, поэтому - нет. Извини, Ортед.

– Какие проблемы! Так ты, стало быть, вернулся всего на один день?

– На три, просто до тебя добрался только сейчас.
– Юноша устало вздохнул.
– Били врага целый месяц, встали на ремонт, а рук не хватает. На два дня припахали.

Ортед понимающе закивал, посмотрел с грустью на проплывающий мимо кабак и, с трудом оторвав взгляд, вновь вернулся к беседе.

– Многих потеряли?

– По сравнению с этими ублюдками - практически никого. Пять кораблей, замену которым прислали на следующий день - в единственном крупном сражении, где мы наголову разбили три легиона. Еще два по своей глупости подставились под орудия пограничных крепостей. Простых войск, говорят, всего пять тысяч полегло.
– Лицо Артиса, когда он рассказывал о достижениях объединенной армии, светилось от удовольствия.
– А что?