Чтение онлайн

– !

— Надо валить.

— Побежим?

Затворы загрохотали.

— Поздно, — парень рывком взялся за ногу Вестницы и локоть бессознательного Вестника.

Отель. Девушка снова чуть не упала.

— Знаешь, я только заметил. Сколько времени ты нервничала, но твои прикосновения больше не приносят боли.

— Это очень плохой флирт.

Нимбри повисла на шее Вестника.

— Тогда уж приму своё поражение.

— Подожди.

Неожиданно, она прикоснулась к его губам. Насильно закрыв глаза, Вестница удерживала поток эмоций.

— Вот, — выдохнула Нимбри:

— Это за внимательность.

Девушка отскочила назад, пожелав не перегнуть палку, но Роджер поймал её на робком уходе. Мальчиковская настойчивость обхватила дрожащую спину. Второй поцелуй был более серьезной точкой в конце их дружбы.

— Грубовато?

— Немного.

— Прости.

— Уже ничего. Мне надо в душ.

Руки быстро, почти стыдливо, отпустили её.

— А я… А я положу нашего друга где-нибудь.

— Точно.

На шезлонг у бассейна тело положили, укутав в несколько полотенец.

— Ну вот, — потирал ладони парень:

— А то не хватало ещё араба раздевать.

В полную воды и покрытой пеной ванну с трепетом погрузилась одна, а затем и другая обнажённая ступня Нимбри. Расслабление волной омыло её, когда она легла в керамическое окружение. Отдых тянул всё ниже и ниже. Вдох, и девушка полностью погрузилась под гладь. Пузыри разбивали отражение на сотни кусочков. Взгляд не отрывался, но вот с чувством удовлетворение подступала тяжесть. На грудь будто положили камень. Пока в это время много больший камень блестящей Луны в отражении почти полностью не наполнился мраком. Вестница вырвалась наружу. Сеанс гигиены окончен. Белый ворсистый прямоугольник ткани завернулся вокруг её груди, свисая вниз. Нимбри посмотрела в зеркало. К удивлению её волосы не ощущались мокрыми. Влага не опускала вьющиеся пепельные локоны. Теперь затяжелела голова. Раковина выступила опорой, пока девушка всё сильнее поддавалась. И вдруг, она увидела металлическую трубу. Движение напугало. Стояк покрывался трещинами, хотя и казался мягким как глина. Голова откачнулась влево. Он резко слетел. Прямо на шею. И на ней стояк стал совсем жидким. Облегая шею, он менял свою форму осознанно. Металл образовал браслет, туго облегавший кожу. По центру свисала обкусанная цепь.

— Нравится? Хотел обозначить границы. Форму служанки на поле же не надеть. Ну, а раз всё так бодро началось, может быть мне подлить немного дерьма в ваши отношения, м? Отправить тебя на улицу, как предательницу. Пареньку не привыкать.

— Тебе это не выгодно.

— Да ну?

— Сам же говорил, что тебе нужны все мы. Всем этим кукловодством раз в месяц ты меня до себя не привезёшь. А без меня всё, что ты продумывал полетит к чертям.

Апостол сделал выдох, который подтвердил домыслы Нимбри.

— Надо будет подержать твою руку на конфорке. Может, от шрамов податливей будешь. Люблю это в девушках.

— Мне тут в голову мысль пришла.

— Аж интересно стало. И?

— Роджер! Иди сюда.

— Дышать надоело?

— Сейчас, чтобы я не выдала ему всю нашу маленькую тайну, тебе надо взять надо мной контроль. Ну же.

Луна в её глазах чернела. Тёмные реки вытекали с неба. Вестник уже заходил. Пальцы дернули полотенце. Надо было следовать роли, но стеснительная улыбка дала непродуманный исход. А может и продуманный. Смертный схватил девушку на руки, облизнув той шею.

— Вот же бл…!
– подумал Апостол.

Смертному постучали по лбу. Бурная ночка. Ожидание алых губы Нимбри стало разочарованием при виде и прикосновении указательного и среднего, потёртых мозолями, которые его и разбудили.

— Жеребец, ты кто? — спросил очнувшийся раньше всех заключённый.

Спросонья Роджер почувствовал тревогу. На шезлонге лежал всё тот же. Из ладони стремительно вылезла верная кость. Коса навострилась у оранжевой робы на плечах.

Как вдруг, с туалета донёсся смыв. Кабинку освободил уже третий.

— Чтобы ты не задумал, числом не возьмешь. Нас не убить, Харахти или как там тебя, мы такие же Вестники, как и ты.

— Харахти?!
– одновременно произнесли те, что в комнате, и возможно пробурчал тот, что в шезлонге.

— Kharvestdjusi! ! Lavendemmia `e succosa!
– купцы забрасывали межязыковые крючки, только бы кто-нибудь подошёл к прилавку.

– ? — подоспевший покупатель тыкал на пахнущие оранжевые плоды.

Продавец успел бы ответить, если бы дырявая тряпка не толкнула деревянный стол с фруктами. Апельсины с пыльной дорожки отправлялись за пазуху недовольного собирателя. Последний как раз остановился у ноги виновника. По первой под покрывалом на всё тело продавец не заметил тонкой детали. Цвет штанин был такой же яркий и оранжевый, как и у сочного товара. Сомнение. Догадка. Напряженный взгляд вверх в поисках глаз. Взгляд нашёл только влетевшее колено.

Из отеля выскочила служебная машина.

— ВСЁ В ПОРЯДКЕ! МЫ ВАМ ЕЁ ВЕРНЁМ! МЫ… Эх, — Роджер досадно глянул в водительское зеркало:

— Нам точно стоило так сильно спешить?

Нимбри сморщила лицо. Сладкий сон разбился об песочную стружку, которая влетела в открытое окно. В номере было пусто.

— Чё?

— Нельзя терять ни минуты, казанова.

— Сколько ещё словечек ты ко мне из головы вспомнишь? Неужели от тюремного срока совсем уже трудно любовь представить?

— Я в тюрьме отсидел больше, чем ты жил в своём доме. Берегись!

Машину качнуло на резком повороте. Голова парня помяла раму брезентовой крыши.

— Видимо так долго сидел, что водить забыл.

— Сам за руль посадил.

— Ты и не спрашивал!

— Вора! Вора лови!
– тюрбан еле поспевал за убегающим, но зато привлекал народ.

На солнце тело ускользало от препятствий, не хуже носимой чёрной ткани по ветру.

Внезапно, тупик. За бегуном урвались люди похуже продавца фруктов. Подручные мясника с крюками и тесаками наперевес стряхивали кровь.