Чтение онлайн

…Старому Гостомыслу ничего не оставалось, как положиться на богов, собственный военный опыт, а также силу и мужество верной дружины. Боги всегда были на стороне князя, чутье Гостомысла никогда не подводило. Войско его было немногочисленным, но хорошо обученным и испытанным в боях. Нужно было только выбрать верную тактику боя. Медлить было нельзя, но и поспешное решение могло погубить королевство. День сменял ночь, Гостомысл ждал знака, но боги медлили с ответом.

Собрав военный совет, Гостомысл не стал ничего утаивать.

– Друзья мои, враг силен и опасен, – сказал Великий князь ободритов, – он ненавидит нас так же, как мы его. Вы сами видели, король Людовик со своим братом Лотарем строят мосты для переправы через Лабу. Он давно желает получить наши земли, каждый год пробует свои силы и проверяет наши.

Гостомысл обвел взглядом родные лица. Сыновья Святогор и Ингор, зять Ингвар, брат Табомысл и племянник Святозар, внуки Синеус, Трувор и Рюрик… Их товарищи по оружию Карл, Фарлаф, Вермуд, близнецы Рулав и Стемид – все понимали, какая угроза висит над Велигардом и разделяли заботу Гостомысла.

Святогор и Ингор с хмурыми лицами сдержанно внимали отцу и вождю, тогда как молодежь проявляла нетерпение.

Старшему из внуков Гостомысла, Рюрику, исполнилось двадцать два года. Это был красивый мужчина, сильный, отчаянно смелый и опытный воин. Викинги произносили с гордостью его имя. За плечами Рюрика было множество стычек с врагами на море и на суше, из которых не всегда он с братьями Синеусом и Трувором выходили победителями, но всегда оставался невредимым.

Все присутствующие были отлично осведомлены, что гарнизоны короля Людовика заняли позицию на левом берегу Лабы, в том месте, где на реку наступали дюны.

– Тридцать лет на мне лежит бремя правления Нордальбингией. За тридцать лет я впервые не знаю, как поступить, – признался князь Гостомысл, – покинуть крепость Велигард, напасть на саксов и остановить наступление войск Людовика, или дожидаться врага в крепости. Мы можем выйти навстречу саксам и навязать им бой, но войско короля многочисленно и превосходит наше в несколько раз. Конечно, у нас есть друзья и союзники, но король Рагнар с сыновьями сейчас в походе. Поэтому я отправил гонца за помощью в Киев. На остальных полагаться не стоит – они ослабели духом. Нам остается только молиться и надеяться. Молиться, чтобы Аскольд с братом пришли к нам на помощь. И надеяться на свои силы, на верность, мужество и опыт наших воинов.

Гостомысл прервал речь и задумался на несколько мгновений.

– Надо встретить войско Людовика у Лабы. Нельзя допустить, чтобы он осадил Велигард, – словно стряхнув с себя мрачные мысли, произнес Гостомысл.

– Но мы не выстоим против Людовика, – возразил Табомысл. – Это самоубийство – выйти и принять бой с таким силами. Нужно здесь, в крепости ждать помощи. Когда Аскольд подойдет, он атакует Людовика с тыла.

– А если Аскольд не придет?

– Придет.

– Мы не можем рассчитывать на это, – вмешался в спор сын Гостомысла Ингор. – Гонец не вернулся. Поэтому предлагаю атаковать войско Людовика. Это можно сделать, только выйдя из крепости.

– В случае осады нам грозит не смерть – это было бы лучшей наградой для воина. Нам грозит плен, – поддержал брата Святогор. – Плен – это позор и бесчестье для любого ререговича. Если франки захватят город, они поступят с нашими женщинами, как обычно поступают с рабынями. Это враги, которые пришли на наши земли ради собственной гордыни и честолюбия. Они не пощадят никого.

– Атаковать! – обрадовались внуки Гостомысла и их боевые друзья.

Гостомысл снова впал в задумчивость. В этот раз никто не посмел нарушить молчание Великого князя.

– Мы нападем первыми. Я готов объявить свое решение народу и войску, – сообщил Гостомысл.

В сосредоточенном молчании ререговичи шли по коридорам крепости.

– Други мои! Боги сказали, что мы остались один на один с врагами. Нам не привыкать к битвам! – выйдя к воинам, объявил Гостомысл. – Псы Людовика и его брата Лотаря разоряют наши святилища, на их месте строят свои, продают наших женщин и детей в рабство, а мужчин истребляют. Мы выросли и возмужали в битвах! И мы примем бой!

Речь верховного вождя зажгла в сердцах ободритов ненависть к врагу и воинственный дух.

*Каспийское море

– Верно! – потрясая оружием, вскричали воины. – Слава Гостомыслу!

Народ верил в своего вождя, и Гостомысл отбросил сомнения.

Ререговичи отправились в святилище и принесли богам богатые жертвы.

…Ненависть переполняла Аскольда, и объектом этой ненависти был сын короля данов Рагнара Лодброка – конунг Хвистерк.

Конунг был отличным воином, бесстрашным, хитрым и проницательным. У Хвистерка была многочисленная и хорошо обученная дружина, что делало Полоцк неприступным. Тягаться с конунгом Хвистерком военной силой Аскольд даже не помышлял. Осаждать город было делом долгим и хлопотным, требующим упорства и времени. Времени у Аскольда тоже не было: Табомысл и хазарский каганат не станут ждать, найдут другого союзника.

Ничего не придумав, Аскольд отправился в шатер своего друга и советника – хазарского хана Ратмира.

Аскольд мечтал убедить Ратмира идти на Полоцк вместе с ним.

По своей излюбленной привычке хан Ратмир возлежал на коврах и наслаждался танцами наложниц. Рядом на возвышении стояли вина в серебряных сосудах и вазы с рахат-лукумом, фруктами и орехами.

Ни лестью, ни посулами Аскольд ничего не добился.

– Глупо лезть на рожон. Силой Хвистерка тебе не одолеть, – бросая в рот орешки, отвечал Ратмир.

– А что мне делать?! – рассердился Аскольд. – Ждать, когда он сам уйдет?

– Думай! Войди в город незаметно, – посмеиваясь, посоветовал Ратмир. – Дождись ночи и перережь этих свиней.

– Незаметно – это как?!

– Придумай что-нибудь. – И Ратмир хлопнул в ладоши, разгоняя наложниц. Музыка смолкла, танцовщицы исчезли, шурша шелками.

Разочарованный Аскольд ушел думать.

Через несколько дней Аскольд придумал и пришел с планом к Ратмиру. Ратмир одобрил выдумку, и Аскольд собрался в поход.