Чтение онлайн

Таким образом, отношение к происходящему у всех участников вылазки было разным. Дрюль считал это сумасшествием и бравадой, для Стреля это был шанс спасти деревню, для Алдруда – встреча с неизвестностью, а для Верлойна – разлука с Лэнардой.

Пещера дракона была огромной. Ее открытая темная пасть чернела в базальтовой скале. Что ждало путников внутри, знало одно лишь Небо. Стрель остался у входа, а Алдруд, Верлойн и Дрюль, приготовив оружие, направились в глубь пещеры, осторожно ступая по сухому каменному полу. Пол полого вел вниз, в темноту. Путники остановились и шепотом посовещались. В полной темноте сражаться с драконом было равносильно самоубийству. Что же делать? Верлойн вызвался пойти и посмотреть, что там, впереди. Алдруд и Дрюль согласились.

Барон шел осторожно, нащупывая носком сапога землю перед собой и только потом делая шаг. Провалиться в какую-нибудь яму или колодец Верлойну очень не хотелось. Но земля была ровной. Медленно пройдя шагов десять, барон увидел впереди слабое сияние. Что это было, он не знал. Верлойн вернулся к спутникам и поведал им о том, что обнаружил.

Путники осторожно пошли вперед. Огромный неровный туннель вывел их в гигантскую пещеру, освещенную колониями светлячков, прилепившихся к каменным стенам. Свет, исходивший от насекомых, отражался от груды сокровищ, возвышавшейся посередине пещеры. Гора эта состояла из золотых и серебряных монет, ограненных и необработанных драгоценных камней, среди которых блестели алмазы, сапфиры и изумруды. Драгоценностей здесь было в два-три раза больше, чем в сокровищнице у Черных скал. И на вершине этой сияющей горы лежал дракон.

Древний зверь спал, и путники смогли хорошенько его рассмотреть. Внимание сразу привлекала чешуйчатая морда. На макушке голова была покрыта костяными пластинами, спускающимися к выпирающим надбровьям, изогнутый широкий и безгубый рот, маленький загнутый вниз нос чуть подергивался, словно дракон принюхивался во сне. Остроконечные длинные уши, как рога, торчали с обеих сторон головы. Из закрытой пасти время от времени вырывались тонкие струйки дыма. Дракон был огнедышащим. Это плохо.

Верлойн поудобнее устроил в левой руке щит – одна надежда на волшебный металл. Длинная шея дракона была защищена твердыми чешуйками и костяными пластинами. Черные перепончатые крылья, сложенные за спиной, и их сочления были покрыты броней. Мощное тело дракона гибко изогнулось, удобно устроившись на сокровищах. Чешуйчатые полосатые лапы с длинными когтистыми пальцами покоились у головы. Толстый хвост, который сужался к стрелке на конце, обвился вокруг горы драгоценностей и иногда вздрагивал.

– Небо, – прошептал Дрюль. – Как же мы убьем эту тушу?

Дримлин сказал это еле слышно, но эхо в огромной пещере было сильным. Чуткие уши дракона вздрогнули, и он медленно открыл желтые глаза с вертикальными зрачками. Путники замерли, глядя на чудовище. Дракон, казалось, опешил, увидев в своей пещере троих наглецов. Никто и никогда не смел заходить сюда, в логово зверя, и поэтому дракон поначалу даже растерялся. Но только поначалу.

Дракон зашипел, его голова поднялась, открыв зубастую пасть, из которой повалил дым. Крылья расправились, когтистые лапы напряглись, приподнимая мощное тело. Хвост пришел в движение, несколько потревоженных драгоценных камней и монет скатились к подножию золотой горы.

– В стороны! – приказал Верлойн, поднимая щит.

Дрюль и Алдруд бросились в разные стороны, обходя гору золота справа и слева. Барон остался в центре и, подняв Лодрейст, пошел прямо на дракона. Чудовище лениво изогнуло шею, наблюдая за маневрами путников. Неожиданно оно метнулось в сторону Верлойна. Пасть дракона широко раскрылась, и из горла ударил упругий столб огня. Верлойн спрятал голову за щитом, моля Небо, чтобы щит выдержал жар. Щит выдержал. Волшебный металл даже не раскалился. Дракон, который не ожидал такого эффекта от своих действий, озадаченно захлопнул пасть и уставился на рыцаря, поднявшего щит.

В этот момент на чудовище напали Алдруд и Дрюль. Меч Странника опустился на сочление крыла, но чешуя упруго оттолкнула клинок. Дрюль же ударил дракона по ноге, вложив в удар всю свою силу, но покрытая пластинами кожа чудовища оказалась слишком прочной для лезвия секиры. Сталь зазубрилась, не причинив дракону никакого вреда, а у дримлина от удара тут же заныли руки. Рептилия резко дернулась, одновременно взмахнув правым крылом. Алдруд, получив удар в грудь, полетел вниз в брызгах сверкающих драгоценностей.

Дракон изогнул шею, немного отступая назад, и повернул голову к Страннику. «Ну вот, – подумал Алдруд. – Вот мне и конец. Сейчас дракон раскроет пасть и превратит Странника в дымящуюся груду мяса».

Зверь действительно раскрыл пасть, показав Алдруду черное нутро своей глотки, но выпустить огонь не успел. Дрюль шарахнул секирой по единственному, казалось, уязвимому месту твари – перепонке крыла. Лезвие секиры разорвало перепонку, обагрившись темно-зеленой кровью. Дракон взревел, оглушив Странника, и повернулся влево. Ошарашенный Дрюль уставился на ряды острых пилообразных зубов и на всякий случай попрощался с жизнью.

Но дракон не схватил дримлина острозубой пастью. Он неожиданно рявкнул, почувствовав обжигающую боль в шее. Это Верлойн изо всех своих сил ударил Лодрейстом по пластинчатой коже дракона. Сила барона и волшебные доспехи сделали свое дело – сталь рассекла кожу и костяные пластины, но защита чудовища была так хороша, что даже Лодрейст всего лишь поцарапал его.

Однако для дракона это было нечто невероятное. Он никогда еще не чувствовал боли сильнее этой. Поэтому он резко повернул голову и стремительно ударил юношу чешуйчатой шеей. Верлойн не устоял на ногах и упал вниз. Чудовище зашипело и ринулось в атаку, скользя по горе сокровищ, словно по ледяной горке. Пасть дракона широко раскрылась, чудовище намеревалось разорвать наглеца в золотых доспехах. Дрюль, оставшийся на вершине, растерянно смотрел на дракона, катящегося вниз с горы сокровищ.

Дримлин посмотрел по сторонам и с проклятием схватился за стрелку на конце уползающего за драконом хвоста. Так и не поняв, что делает, Дрюль завопил от ужаса и покатился вслед за драконом. Верлойн тем временем прикрылся щитом и попытался встать. Чудовище, не рассчитавшее скорости спуска, озадаченно хрюкнуло и проехало над Верлойном. Барон оказался под шеей дракона. Рептилия изогнула шею словно лебедь и попыталась схватить Верлойна, но тот перекатился в сторону, уворачиваясь от зубов твари.

Тут что-то просвистело, и дракон взревел. У входа в пещеру стоял Стрель, выпустивший стрелу из арбала. Она вонзилась дракону в глаз. Чудовище стало мотать головой, словно старалось унять нестерпимую боль. Эта стрела спасла барону жизнь.

Когда Стрель услышал рев дракона и крики путников, хант ощутил отчаянную внутреннюю борьбу – между чувством долга перед деревней и чувством привязанности к путникам, которые в данный момент, скорее всего, нуждались в помощи. Второе победило – Стрель бросился в пещеру и застал битву с драконом в кульминационный момент. Хант тщательно прицелился и выстрелил в глаз чудовища толстой стрелой. И не промахнулся.