Чтение онлайн

Когда «аутсайдер» приблизился к астероиду, тот дышал длинными геологическими циклами, вздымая бока, реагируя на гравитацию Пояса. В масштабе величин они и их корабль были микробами в пробирке, приближающимися к горе.

Иногда масштабу величин можно верить. Он прост и линеен. Например, драка двух скорпионов. Они станут щелкать клешнями, махать хвостами, их морды будут двигаться, словно коробки передач, а все вокруг, все малое, в ужасе разбежится прочь. А потом на них наступит слон, идущий по своим делам.

Но иногда масштабы величин двойственны, и незначительные события оказываются верхушкой чего-то гораздо большего. Например, два животных смотрят друг на друга, но это последний динозавр и первое млекопитающее. Или на берегу океана лежит крохотный бледный труп, но это тело первого существа, выползшего на сушу из воды.

А иногда масштабы величин коварны. И крошечное может победить огромное, пройдя полный круг. Микробы в пробирке, приближающиеся к горе, сами по себе не опасны, но они сделали эту самую пробирку, а та обладает мощью взорвать все вокруг; что и делает.

Она оставалась во внешней зоне Пояса, все еще скрытая экраном, и наблюдала за ними. Она видела, как они выполнили фотонный бросок, как зарылись в астероид, как разнесли его изнутри и теперь пытались обогнать ударную волну. За ней по-прежнему оставались все преимущества; они могли не выйти из взрыва, Ее ракета вырвалась из каменной глыбы вместе с ними, не отставая, и «Вера» знала, что они не смогут ее сбросить. Но тем не менее они уже совершили такое, что Она начала их замечать.

— Эту ракету, — не останавливался Джосер, — Она предназначила специально для нас.

Он хотел что-то сказать, не мог понять, что именно, но каждый раз, когда открывал рот, наружу вырывались эти слова, они не имели значения, никто его не слышал, а сейчас даже не помнил о нем.

Они бежали, опередив взрыв астероида. Мостик было не узнать, на нем царил хаос. Малое ядро, контролировавшее гравитацию в отсеке, получило повреждения, но времени чинить его не осталось. Вещи, которые не имели иного предназначения, кроме как стоять на месте да служить мебелью или частью оборудования, перешли к воздушному существованию, рикошетом отлетая от стен и потолка, словно косяки рыб, перепуганные то одним, то другим. Они мешали и лезли повсюду. Фурд и остальные кричали, но не от страха, а от ярости, что простые внешние события могут настолько вывести их из себя.

Столь неожиданный маневр вполне уместно завершился бы чистым выходом из астероида, после чего команда могла бы понаблюдать за взрывом исполина с безопасного расстояния. Еще более уместна, хотя и не столь приятна, стала бы гибель корабля в эпицентре разрушения. Реальность не походила ни на один из вариантов, к тому же оказалась менее грандиозной и приводила в неистовство всю команду.

Они вырвались из взрыва, но тот не остановился. Позади них мчалась ударная волна, лучами расходившаяся по Поясу, настолько мощная, что ее зарегистрировали даже на Шахре. А приборы на «Чарльзе Мэнсоне» говорили, что, если они будут лететь так, как сейчас — отчаянно, на девяноста пяти процентах ионной тяги, ведь Тахл не мог сравниться с Каанг и воспользоваться фотонным двигателем, — волна нагонит их, прежде чем сойдет на нет.

Случится это примерно через пять минут. Скорее всего, они уцелеют, нагло добавил экран, но предсказать, насколько серьезными окажутся повреждения, он не мог.

И «Чарльз Мэнсон» кинулся в бегство. Как один астероид, какой бы он ни был массивный, мог содержать в себе столько материи? Там, где он взорвался, словно открылась ПМ-червоточина, которую нашел кто-то на другом конце галактики и теперь сбрасывал туда весь накопившийся мусор. Как будто люди в соседней квартире пробили дыру в стене и теперь кидали в нее все подряд: банки, пачки из-под хлопьев, кошачий наполнитель и презервативы.

— Третья ракета?

— Я уже говорил вам, коммандер, — огрызнулся Смитсон. — Мы ее не сбросили. Она по-прежнему идет за нами на расстоянии длины корабля.

— А отчеты о повреждениях? Мне нужны отчеты о повреждениях.

— Нет времени, коммандер, она вышла следом за нами, она по-прежнему там, как будто ничего не случилось.

— Я приказываю, предоставьте мне отчет о повреждениях. Кир, орудия ближнего боя; Тахл, постарайтесь сбросить ракету.

— Я уже стараюсь, коммандер.

— Словно ничего не случилось, — пробормотал Смитсон.

— И я уже давно использую орудия ближнего боя, — сказала Кир. «И они по-прежнему бесполезны», — подумала она, но ничего не сказала.

— Эту ракету Она…

Фурд повернулся к Смитсону:

— Я повторяю, отчет о повреждениях.

— Да, вашу мать. Назад посмотрите.

Ракета по-прежнему была на месте, настолько близко, что наполовину заполнила кормовую часть экрана. Но за ней, сминая все, шла ударная волна, которая, подобно слону из размышления Фурда, грозила затоптать их, даже не заметив. Примерно через три минуты, добавил Смитсон.

Она неуклонно шла вперед и, казалось, могла добраться до самой Шахры. «Чарльз Мэнсон» уже переписал Карту пояса, испарив множество астероидов; теперь же она изменялась прямо на глазах у экипажа, а «аутсайдер» легко мог стать частью общей перестройки.

«Эта невероятная ракета, — задумался Фурд, — и эта ударная волна. Две тикающие бомбы».

— Это вот. Эту Она.

Три, вместе с Джосером. Три — это уже чересчур, поэтому о Джосере он снова забыл.

— Предназначила для нас.

— Тахл, пожалуйста, используйте последние пять процентов ионной тяги.

Шахранин подчинился, и ракета повторила его маневр.

По отношению к ним она не двигалась и по-прежнему заполняла пол-экрана в кормовой части мостика. Не приближалась, но и не отставала. Как и раньше, в ответ на атаку Кир она развернула отражатели, но столь же быстро их отключила. Не было нужды. У «аутсайдера» не осталось времени ни изнурить ее, ни уничтожить. Возможно, снаряд еще мог увеличить скорость на два или три процента, а у корабля все резервы кончились. Через две минуты его нагонит ударная волна, и с этим команда тоже ничего не могла поделать.