Чтение онлайн

– Симпатичный этот Сергей Александрович, – заключила Вера.

А Сергей Александрович, чеканя строевой шаг и с равномерной скоростью в обе стороны преодолевая расстояние вдоль стены со школьной доской, монотонно надиктовывал постулаты о значении бухучёта в успешном планомерном развитии советского народного хозяйства. Вера откровенно скучала, и Полина, так ничего не поняв в предложенных преподавателем примерах бухгалтерских проводок, поддалась её пофигизму и лишь автоматически переписывала всё написанное на доске и услышанное под диктовку.

Наконец наступило время обеденного перерыва, и спешно побросав толстые общие тетради и письменные принадлежности в сумки, девушки по детски оживлённо, обгоняя друг друга, ринулись к выходу. Оказалось, что здесь учились не только женщины, и в коридоре они смешались с потоками молодых мужчин, таких же разных по внешности и национальности.

– Будущие слесари-ремонтники оборудования, которое нам предстоит программировать, – пояснила Вера.

Она повела Полину в ближайшую пельменную, где в тесном помещении толпились страждущие на пути к краснощёкой, необъятных размеров поварихе в белом накрахмаленном колпаке и с засученными по локоть на толстых руках халате. Огромный дуршлаг в её правой руке привычным отлаженным движением зачерпывал стандартную порцию из огромной горячей кастрюли и опрокидывал в очередную тарелку, подхваченную левой рукой из чистой горки с посудой.

– Со сметаной? С уксусом? – громко обращалась она к очередному клиенту, и освободившаяся на время правая рука наклонялась к ложке, утопающей в востребованном содержимом одной из банок.

Полина это излюбленное блюдо всегда считала праздничным, и в огромных количествах они с матерью лепили пельмени зимой перед новым годом, чтобы разложив на подносах, хранить замороженными на балконе. И когда Вера выбрала в качестве приправы уксус, а Полина получила свою порцию со сметаной, она с удовольствием отметила про себя, что за двадцать копеек может теперь позволить себе получать это удовольствие ежедневно.

– Тебе здесь не очень нравится? – подхватывая вилкой очередной пельмень, торопилась закрепить новое знакомство Полина.

– Бухгалтер из меня никакой, – брезгливо сморщившись, – заключила Вера. – Я здесь случайно, в силу сложившихся обстоятельств. Надеюсь, со временем подыщу себе более подходящий вид деятельности.

– Тебе совсем не нравится? – удивилась Полина. – А я уже поработала техником на новых машинах, и мне понравилось. Осталось удостоверение инженера-проектировщика получить и продолжить дальше.

– А почему сразу в институт не поступила?

– Я поступала, да одного балла не добрала, мать меня по большому блату на эту работу устроила, чтобы я до следующего года не бездельничала, а я постепенно втянулась. Закончу эту учёбу, потом продолжу в институте заочно. Чем не вариант?

– Ну ты молодец, всё уже распланировала. А я уже пять лет, как школу закончила, но так и не определилась до сих пор со своим будущим. Матери не до меня, она постоянно болеет, а мне приходится работать, чтобы прокормить нас обеих. Так что, мне пока не до учёбы, – печально вздохнула Вера.

– А что с ней, что-нибудь серьёзное?

– Она меня одна воспитывала. Влюбилась совсем молодой в одного женатого партийного босса, а когда забеременела, он её бросил. Теперь больше пьёт, чем работает.

– А для чего все эти парткомы и партсъезды? Почему она не заявила на него?

– Какие парткомы? – грустно улыбнулась Вера. – Они для рядовых членов.

Новые подруги вышли на улицу, и на обратном пути Полина теперь ещё более внимательно принялась разглядывать Веру, внешность которой никак не вязалась с её историей. С тонкими изящными запястьями и лодыжками, она была на голову выше Полины, прямая и стройная, как будто сошедшая с живописного семейного портрета приближённой титулованной особы. Из-под длинной чёлки прямых до плеч льняных волос светились затенённые длинными ресницами затуманенные многолетней печалью, рано повзрослевшие голубые глаза, а нежные пухлые губы, постоянно нервно покусываемые крепкими молодыми зубами, сочились едва заметными кровяными трещинками. И Полина печально подумала, что ей, как и во многих других подобных случаях, предстоит лишь оттенять красоту своей старшей подруги.

– Расскажи лучше о себе, – опережая все последующие вопросы, обратилась к ней Вера.

Когда Полина впервые открыла свой школьный аттестат, она была так потрясена, что так и не смогла сообщить о его содержимом родителям, пребывающим в спокойном удовлетворении не только от того, что их дочь наконец закончила школу, но и от того, что она осталась такой же благоразумной и не пустилась на всю ночь праздновать это событие со своими одноклассниками. Между многочисленными пятёрками затесались одна четвёрка и тройка по физкультуре. Как не старалась Полина своевременно реабилитироваться на уроках физкультуры после каждой своей неудачи, преподаватель, видимо, не смог простить ей пренебрежения к одному из основных учебных дисциплин. Ни для кого не было секретом, что для более благоприятной картины итоговой успеваемости школьные преподаватели часто договаривались между собой и корректировали оценки некоторых учеников в лучшую сторону. Но в этот раз случай с Полиной или остался попросту незамеченным, или статус её родителей не располагал к подобным хлопотам. Жизнь непредсказуема, и эта злосчастная тройка задала крутой крен намеченному жизненному пути Полины, кардинально изменив её судьбу.

Как ни странно, Полина не очень расстроилась из-за своего очередного поражения столь крупного масштаба, когда после неудачной попытки поступления в педагогический институт ей пришлось вернуться домой. Она успела соскучиться по дому, родителям, и снова очутившись в своей уютной коморке, с ужасом вспоминала своё вынужденное трёхнедельное пребывание в грязном студенческом общежитии среди чужих, малоприветливых людей. Многолетнее коммунистическое воспитание оказалось палкой о двух концах, и закреплённые в сознании, но неподкреплённые реальной действительностью, постулаты о важности для любого гражданина принципов коллективизма и взаимопомощи превратили подвижного, любознательного ребёнка в неизлечимого мизантропа, ни под каким видом не желающего расставаться со своим «футляром».

– Как ты собираешься жить дальше? Пропадёшь ведь без людей! – не уставала наставлять мать Полину на путь истинный.

Родители не собирались сдаваться и предупредили, что весь следующий год она обязана усердно готовиться к новым вступительным экзаменам в ВУЗ, а пока во избежание тотального одичания своего неразумного чада бросились на поиски какой-нибудь несложной для него работы.

Пока где-то далеко, за непреступным «железным занавесом» американские учёные продолжали совершенствовать уже давно успешно применяемые модели своих первых компьютеров, в Советском Союзе технический прогресс тоже бурно развивался, и строители коммунизма, воодушевлённые тезисами очередного, двадцать пятого съезда единственной легальной партии о дальнейшем развитии плановой экономики, своевременно приступили к освоению первых ЭВМ. Для этого в Москве был создан так называемый Всесоюзный проектно-технологический институт механизации учета, призванный координировать и направлять деятельность многочисленных подведомственных ему филиалов во всех региональных столицах. Филиалы в свою очередь заведовали секторами, расположенными во всех крупных населённых пунктах, в том числе в молодом, строящемся городе, где родилась и проживала Полина со своими родителями.

Конец ознакомительного фрагмента.