Вера: не Вера
Шрифт:
Тридцать четыре лайка – вот ее рекорд за всю историю виртуальной жизни! При этом приходилось постоянно следить за лентой и расставлять сердечки всем знакомым.
Первый лайк поставила Алиса. Она почти всегда была первой, как будто всегда была онлайн. И даже она не усомнилась?
«Это мне-то новый ноутбук от родителей? – мысленно удивлялась Вера. – Старый-то кое-как достался от брата, который в свое время перешел к нему от папы. Если бы Кирилл не пошел подрабатывать и не накопил на игровой компьютер, у нас был бы один ноутбук на двоих».
Становилось не по себе. Однако лайки мало-помалу стачивали шипы бдительности. Она и не заметила, как стремительно побежало время: как не полюбопытствовать, кто именно оценил фотографию? Да и не отправить ответный вежливый лайк тоже было совсем неприлично. Она же не какая-то там зазнайка.
Общий взгляд на ситуацию стирался из поля зрения. Здесь и сейчас было слишком много безотлагательных дел. Кто-то из новеньких парней-подписчиков спрашивал в комментариях про видеокарту.
Вера открыла фотоальбом в телефоне. На последнем фото красовалась вспышка на ноутбуке.
Вера хорошенько встряхнула головой. Она давно привыкла к неразберихе, периодически творящейся в мыслях, но это было что-то совсем другое.
«Поэтому двойка исчезла? Из-за того, что засветился экран? А ноутбук появился, потому что на фото отчетливо виднелся металлический корпус и клавиатура? Погодите-ка…»
Страх, удовольствие, любопытство – активировались на полную мощность. Она еще никогда в жизни не ощущала все это одновременно.
Сообщение для Алисы родилось на одном дыхании: «Привет, помнишь сегодня географичка мне двойку влепила?»
Вера надеялась, подруга, как и всегда, почувствует подвох и спросит: «Да, и что?»
Ну или (хотя это казалось невозможным): «Нет, а что случилось»?»
Ответ от Алисы пришел довольно быстро: «Как ты умудрилась? И что, родители собираются забрать новый ноутбук?»
Вера сперва что-то написала, затем взяла паузу и стерла набранный текст.
«Ну конечно, – подумала она. – Это все ее рук дело! Что я тут выдумываю? Другие одноклассники и в самом деле могли не заметить, но не лучшие подруги. И именно Алиса больше всех просила показать паука. Она же знает, что его нет! Я-то подумала, очередной повод столкнуться с моим братом, а она просто издевалась надо мной. Все сходится! Она как-то говорила, что ее двоюродный брат учится на программиста. Они взломали мой аккаунт, электронный дневник… Ах, ты, дрянь».
Вера подозревала, и почему-то, когда сердилась на Алису, это становилось особенно очевидно – та дружила с ней только из-за Кирилла. Когда он учился в их школе, она бегала за ним (как сейчас Вера охотилась за Левой), только она не пряталась и не делала из этого секрет. Это Машка вздыхала по нему тайно.
«Надо же, так правдоподобно подделали фотографии, – искренне восхищалась Вера. – Да у кого-то талант пропадает! Взбредет же в голову тратиться на такую чепуху».
Дверь скрипнула и открылась. Вера, погруженная в детали расследования, не расслышала приближение Кирилла. Она резко свалилась на пол и теперь, щурясь от звона в ушах после удара, смотрела на перевернутый силуэт брата.
– Даже не хочу знать, – сказал Кирилл, потом зевнул и бесцеремонно переступил через распластавшуюся по полу сестру.
– Привет, – с ухмылкой брызнула Светка – его девушка, и с застывшей на лице неловкой гримасой, как коза, перепрыгнула через препятствие.
Цветочный аромат туалетной воды смешался с запахом грязных носков брата. Гадость. Однако это не шло ни в какое сравнение с перенесенным позором. Не выдержала даже икота и, наконец, исчезла.
Глава четвертая
Прежде чем нырнуть под крышу торгового центра, Вера взглянула на часы.
«Всегда бы так», – подумала она и, стряхнув с экрана телефона капли дождя, вошла внутрь.
Прячась за зелеными стеклами солнцезащитных очков, Вера придирчиво оглядывала давно поблекшие рекламные вывески, старомодную отделку внутреннего помещения, и толпу людей с жабьим цветом кожи.
«Какой же это «Престиж? – мысленно негодовала Вера, – «сегодня это торговый центр «Болото», затягивающий в себя не только покупателей, готовых расстаться с деньгами, но и всякого, кто решил укрыться от внезапно хлынувшего ливня».
Вера вальяжно вышагивала вдоль витрин, стараясь соответствовать хорошо знакомой атмосфере, пропитавшей эти стены. Ее создали самые богатые люди города, облюбовавшие этот центр с первого дня его появления.
Веру внезапно осенило. Очки в ярко-фиолетовой круглой оправе, должно быть, производили неоднозначное впечатление. Глупо же носить солнцезащитные очки в помещении…наверное, она напоминала стрекозу.
Все, шоу окончено! Вера распустила волосы и скрыла за ними лицо, как за занавесом.
Ускорила шаг, суетливо теребя в руке телефон.
Под двумя последними фотографиями в социальной сети она собрала кучу лайков. Не хватало, чтоб минута славы закончилась, когда кто-нибудь сфотографирует ее в таком ужасном виде. Однако проходящие мимо люди не обращали на нее никакого внимания.
Вера не могла отделаться от ощущения: все непременно пялились бы и думали, что это за чудовище, не скрой она за очками темные круги под глазами… не будет же она объяснять, что ворочалась всю ночь с боку на бок. Мало того что мысли о предстоящем разговоре с Машей никак не выходили из головы, так еще и левый глаз невыносимо чесался и слезился. Утром веко припухло, поэтому пришлось надеть очки.
Не хотелось бы наткнуться на кого-нибудь из знакомых, разумеется, кроме Маши, на встречу с которой она и спешила. Накануне вечером совестливая подруга пыталась вытянуть все подробности по телефону и долго не соглашалась на тайную встречу (без Алисы).
Вера поднялась на четвертый этаж. Вошла в магазин, в котором обитало платье ее мечты, и убедившись, что нужный размер дожидался на вешалке, поспешила прочь. Это платье она и присмотрела для тетиного дня рождения.
Каждый год, незадолго до праздника, мама, не жалея ни собственных сил, ни средств семейного бюджета, хлопотала с подготовкой. По ее словам, семья должна была не опозорить ее перед людьми и выглядеть прилично. Как будто другие дни в году не имели никакого значения! Мама подбирала вещи на свой вкус и не принимала отказов, если вдруг кто-то из членов семьи кривил носом.