Вепрь
Шрифт:
Ей повезло.
Её утянутая бюстгальтером грудь сбила Фикса, привыкшего иметь дело с мужчинами, с толку: ствол пистолета ткнулся чуть правее сердца.
Глава тринадцатая
Тихонько мурлыкая под нос «Настоящего полковника», Вепрь вышел из лифта и через арку, неслышно ступая по мраморным плиткам, направился к квартире с собственным ключом.
Дверь поддалась сантиметров на десять. Затем последовал металлический шорох и толчок — накинутая цепочка не дала дальше ходу.
Он постучал по косяку.
— Эй, хозяева! Кто дома есть?
Внутри квартиры что-то грохнуло, и кто-то почти бегом кинулся к двери. Вепрь спрятал ключ и, кашлянув, провел ладонью по выбритым щекам.
Двери на секунду прикрылась, звякнув, слетела цепочка, и дверь вновь распахнулась. Не дожидаясь приглашения, Вепрь шагнул в прихожую.
Валерия Анатольевича Курженко словно парализовало.
— Я смотрю, вы и не собираетесь обустраиваться в этой квартирке… — протянул Вепрь. — И правильно делаете. Скоро вас отсюда вышвырнут.
— Ах ты… гад! — Валерий Анатольевич обрёл наконец дар речи, лицо его налилось кровью, и он шагнул к Вепрю. — Мы с Тонькой до последнего считали, что это какое-то недоразумение, не верилось, что ты обычный мошенник… Но когда оказалось, что в компании «Терра Нова» Владимир Русецкий уже не работает и вообще погиб две недели назад, нам всё стало ясно.
Он схватил Вепря за отвороты кашемирового пиджака и встряхнул.
— Зачем ты заявился сюда, скотина? Посмеяться над нами? Думаешь, я не смогу тебя раздавить? Да я тебя, гада, двумя пальцами…
Что именно он сделает, Валерий Анатольевич не договорил. Вепрь ткнул ему в солнечное сплетение, и Курженко, скрючившись, зашелся в кашле.
— Что это? — услышал Вепрь за спиной.
В двух шагах от него в дверях стояла Тонечка. Выглядела она неважно — это была уставшая, измученная женщина в годах, которую чрезвычайно утомили жизненные тяготы. С полным безразличием глядела она на стоящих перед ней мужчин. Потом она остановила уставший взгляд на Вепре. Словно бы узнав его, слабо улыбнулась.
— Володя? Вы всё-таки пришли… Объясните нам, Володя, что здесь происходит? Мы с Валеркой уже Бог знает что начали про вас думать… Решили, что вы мошенник. Оформили нам обмен на чужую квартиру, нашу старую квартиру срочно продали и концы в воду. Вы с деньгами, а мы на улице.
Вепрь рассмеялся:
— Вот же чёрт! Приходят же людям такие мысли в голову!
Он увидел, как выражение ненависти постепенно сходит с перекошенного лица Валерия Анатольевича, и, чтобы этот процесс не зашел слишком далеко, тут же добавил:
— Знаете, а ведь именно так я и поступил.
Ему пришлось отшатнуться, потому что Курженко вдруг бросился на него через всю прихожую, намереваясь угодить ему головой в живот. Уклонившись, Вепрь коротким тычком в шею слегка изменил направление его рывка. Валерий Анатольевич врезался головой в стену и осел на паркет.
— Прекратите немедленно! — воскликнула Тонечка, не сдвинувшись, впрочем, с места. — Только драки еще здесь не хватало! Володя, может вы нам объясните? Это что, шутка?
Вепрь вздохнул. С невинным видом почесал макушку.
— Знаете, Антонина Васильевна, — сказал он, — а ведь Валерий Анатольевич говорил правду: Владимир Русецкий, сотрудник компании «Терра Нова», действительно погиб две недели тому назад. Автомобильная катастрофа. Водка, знаете ли. Столб был бетонный, толстый, но и его сломало, даже арматура полопалась — такой сильный был удар.
Тонечка смотрела на него, открыв рот и округлив глаза. Вепрь пожал плечами.
— Да, Антонина Васильевна, это действительно правда. Я продал вам чужую квартиру по поддельным документам, а вашу успел перепродать в третьи руки на вполне законном основании. Так что на данный момент ваша семья осталась без жилья… И имя моё не Владимир. Меня зовут Сергей. Сережа, если хотите.
Тут Тонечка словно очнулась от летаргии. Она вдруг взвизгнула и, в одну секунду оказавшись возле Вепря, залепила ему по щеке. И замерла с поднятой рукой. Вепрь почувствовал её горячее дыхание. Взял её руку в свою и поцеловал.
Её муж, опираясь на стену, поднялся с пола.
— А ты, я вижу, гордишься собой, сволочь: ах, посмотрите на меня, какой я крутой, как ловко обвел вокруг пальца этих простачков! А мы не такие уж и простачки! Или ты думаешь, что на тебя управы не найдётся?
— Нет, Валерий Анатольевич, — вежливо ответил Вепрь, — думаю, что не найдется. Если хотите, вы можете попробовать вызвать милицию. Не думаю, что после этого у вас убавится проблем.
Валерий Анатольевич тяжело задышал, единственным его желанием в этот момент было прикончить гостя.
— Что тебе от нас надо? — с перекошенным от злости лицом крикнул он. — Что тебе понадобилось от моей семьи? Говори, сука!
— Объяснить? — зло произнёс Вепрь. — Хорошо, я тебе объясню!
Он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы унять вспыхнувшую в нем старую злость, не дать ей выплеснуться наружу после стольких дней, когда ему приходилось держать себя в узде.
— В семьдесят шестом году, — начал он, успокоившись, — в январе четверо молодых парней, недавно вернувшихся из армии, решили выпить. Понимаешь, не смогли еще притормозить после новогодних праздников, их же много — Новый год, Рождество, старый Новый год… Был в их компании один — назовем его Витек, который без памяти влюбился в одну хорошую девушку. Возможно, ему так казалось, а на самом деле это была блажь — он был трусом, а трус не может любить по-настоящему… А что это мы всё в прихожей да в прихожей? Разговор у нас, похоже, получится долгий, так что давайте пройдём в гостиную, Валерий Анатольевич. Тонечка, не стесняйтесь.