Чтение онлайн

— Любой бы на его месте обиделся! Ведь ты не стала опровергать это идиотское утверждение. Это кого хочешь унизит. А уж Стасика!

Лариса спрятала улыбку, но Инна Викторовна успела разглядеть. Чему она улыбается? Всего она ожидала, только не этой беззаботной улыбки. У Ларисы явно не все в порядке с головой. Зря Кузин так расслабился. Психотерапия тебе не гинекология, где все пощупать можно.

— Ларочка, я боюсь, ты не полностью отдаешь себе отчет… Да, он изменил тебе, он виноват. Но нужно простить, дорогая, нужно сойтись. Ты, детка, можешь представить, как растить ребенка на учительскую зарплату? Нет, я, конечно, не отказываюсь тебе помогать, но… Полноценная семья — это другое. Тем более что Стасик неплохо зарабатывает.

— Тетя, перестань.

— А что я такого сказала?

— Ничего. Я тебя очень люблю, тетя. Очень. Но. мы все уже взрослые люди. Да, мы вляпываемся в истории и бежим к тебе. И очень тебе благодарны, но… Я тебя очень прошу: дай мне самой разобраться. Дай мне решить самой и про ребенка, и про все.

Инна Викторовна с жалобным выражением лица смотрела на племянницу. Она почти не слышала слов, ее поражала интонация. Лариса говорила как сильная и уверенная в себе женщина. А ведь она знала Ларису с детства. Никогда племянница такой не была. Ларка всегда нуждалась в опеке, в совете и всегда эти советы получала в изобилии. Что же ее могло так изменить?

— Твой Стае сказал мне такое… — Инна Викторовна решила раскрыть последнюю карту. — Он передал мне свой разговор с этим, Петровым. У тебя что, роман с ним?

Лариса не услышала вопроса. Или сделала вид, что не услышала.

Тогда Инна Викторовна осторожно произнесла:

— Ведь этот Петров объявил, что и ребенок вроде как от него. Ну уж это — сущий бред. И Стасик согласен, что бред. Он только не понимает твою позицию в этом вопросе… — Инна Викторовна не договорила.

Лариса, показывая, что разговор окончен, резко повернулась к компьютеру.

— Извини, тетя, мне нужно работать. Я обещала Прытковой привезти на днях черновик.

Если до этой минуты Инна Викторовна была уверена, что подозрения Стаса беспочвенны, являются пустой ревностью, то сейчас ее уверенность поколебалась. Она словно с разбегу в стену лбом вписалась.

— Значит, ты опять в свой лагерь поедешь? На днях? — уточнила она.

— Поеду, — подтвердила Лариса. — У меня там дела.

— А… ну конечно, — не удержалась от усмешки Инна Викторовна.

Лариса, не поворачиваясь от монитора, пресекла все ее намеки:

— Отец Саши Петрова больше в лагере не работает, тетя. Если ты об этом.

— А почему?

— Потому, что он устроился на работу в охранное предприятие «Триумф». Еще вопросы есть?

Инна Викторовна вернулась домой в полном смятении. За минуту пребывания на кухне умудрилась разбить тарелку и опрокинуть стакан с водой. В конце концов она прошагала в гостиную и плотно прикрыла за собой дверь. Набрала номер Верховцева и после первых приветственных фраз выложила ему свою просьбу:

— Володя, я знаю, что по своим каналам вы можете навести справки о любом человеке.

Верховцев, поощренный, забубнил на том конце провода слова уверения, что она не ошиблась в нем.

— Мне нужны сведения об Александре Петрове, который недавно устроился в охранное предприятие «Триумф». Я хочу знать о нем все.

— Будет сделано! — по-военному четко ответил Верховцев.

Петров оставил машину у опушки и быстро двинулся вдоль палаток, заглядывая под каждый полог. От костра ему махал руками Сашка. Петров сделал знак сыну и стал спускаться.

— Пап! Если ты ищешь Ларису Николаевну, она на раскопках, — доложил отпрыск.

Отец дернул плечом. Возразить нечего. Он действительно искал Ларису и был так зол, что едва владел собой.

— Я тебе там одежду привез чистую, — бросил сыну и пошел в указанном направлении. Кто-то из девчонок хихикнул в спину.

Лариса сидела на корточках и пристально изучала какой-то предмет. Она обернулась лишь тогда, когда несколько студенток хором прокричали:

— Здравствуйте, Александр Андреич!

Она оглянулась, и они встретились взглядами.

— Здравствуй. Нам нужно поговорить.

— Прямо сейчас? Это не может подождать? У меня много работы.

Лариса отвернулась и принялась укладывать глиняный Черепок в коробочку. Она не видела, как у Петрова раздуваются ноздри. Она и охнуть не успела, как он подхватил ее и на глазах у изумленных студентов потащил прочь. Она шипела, размахивала руками, но он поставил ее на землю только тогда, когда дошел до реки.

— Что ты себе позволяешь?! — закричала Лариса, поправляя на себе одежду.

— По-моему, это как раз ты позволяешь себе больше положенного! — подхватил Петров и, не в силах стоять на одном месте, стал ногами месить песок вокруг Ларисы. — Я не знаю, что ты себе возомнила, но думаю, что ты решила испортить мне жизнь!

— Я? — Лариса задохнулась от возмущения. — Да я… да ты… Ну и наглость!

Ей хотелось схватить горсть песка и швырнуть ему в глаза! Она едва сдерживалась.

— Я только что с таким трудом устроился на хорошую работу! Я проработал меньше недели, и узнаю, что твоя тетка через подставных лиц собирает сведения обо мне в моей фирме!

— Что?!

— Только не делай вид, что ты ничего не знаешь! Ну и как тебе моя биография? Подхожу я тебе или недостоин?!

Лариса молча смотрела на него, потом отвернулась к воде:

— Да пошел ты…

Она села у самой кромки воды, чтобы вода доставала пальцы ног.

— Я никогда не додумалась бы что-то узнавать о тебе в фирме. Зачем мне это нужно?

Услышав, из-за чего он злится, Лариса сразу как-то успокоилась и потеряла к Петрову интерес.

Он оказался в дурацком положении. Ходил сзади по песку и молча пыхтел, не зная, как разрулить ситуацию.