Чтение онлайн

* * *

Принц Яхмос искал царя Хамуду и увидел, как царская колесница перевернулась.

— Колесница великого гика!

— Я вижу, господин! Их царь мертв!

— Нет! — ответил принц Египта. — Не спеши его хоронить! Я хочу добить его мечом!

Возница повернул коней. Но дорогу им преградили гиксовские пехотинцы. Они как раз подоспели к месту битвы.

Колесницы с обоих сторон сильно растянулись, и каждая вела свою отдельную битву.

— Вернуть знамя! — кричал Яхмос. — Где наше знамя?

— Гиксы выпустили его из рук, принц!

— Нужно найти штандарт! Или все не имеет никакого смысла!

— Принц! — закричал кто-то из египтян. — В сторону!

В принца полетели стрелы, но ни одна не задела, ни его, и ни возницу.

— Сами боги на нашей стороне! — сказал Яхмос. — Мы едва не погибли. Но нужно вернуть штандарт!

Возница бросил лошадей прямо на пехоту. Это был поступок безумца. Непонятно что заставило его так сделать. Но Яхмос не стал останавливать воина. Ими овладело безумие битвы и отчаяние от потери штандарта.

Лошади принца прошли через ряды гиксовских лучников, которые расступились, пропуская повозку. Телохранители Яхмоса послали своих коней за принцем. А за ними последовали и другие египетские колесничие…

* * *

Между тем князь Хиан соскочил с колесницы и бросился к упавшему древку штандарта. Захватить знамя врага было большой честью, и этого подвига никто при царском дворе в Аваре не забудет.

Он сразил египтянина, попавшегося по пути, и достиг своей цели. Пальцы его сжали древко, он поднял штандарт и издал боевой клич! Царь Хамуду и Янис сражались рядом. Они видели князя, и Хамуду крикнул:

— Победа наша! Мы взяли их штандарт!

Гиксы в этой части поля боя одерживали верх. Уже много египетских «храбрецов фараона» сложили головы, намереваясь сразить великого гика.

Хамуду, покрытый кровью врагов, рубился в первом ряду и к нему присоединялись все спешенные колесничие.

— Князь Хиан!

— Да государь! Я здесь!

— Твой подвиг будет отмечен! И твой, князь Янис! Мы в одном шаге от победы!

Гиксы снова атаковали.

Хиан перебросил древко штандарта из правой руки в левую. Затем схватил египетский дротик и метнул его в колесницу врага. Он свалил возницу. Другой гикс ударом кинжала пронзил грудь стрелку и запрыгнул в повозку. Хиан последовал за ним.

— Увозите знамя! — закричал царь.

Хиан приказал вознице уходить из боя:

— Отходи к нашему лагерю! Мы увезем штандарт в безопасное место и вернемся!

Гикс ловко управлялся с лошадьми. Трофейная колесница помчала обратно.

Подоспели другие колесницы гиксов, и царь Хамуду снова занял место в боевой повозке. Его возница и друг Хадеф помчал повелителя в битву…

* * *

Фараон Камос атаковал пехотные силы гиксов. Так получилось, что перед ним была именно пехота, хотя фараон мечтал о схватке с колесницами. Но сражение привело его к полкам, выступавшим под знаменами бога Сутеха.

Пехотинцы выстроились в боевые порядки в три линии. Первая линия опустилась на одно колено, уперла в землю щиты и выставила гребенку копий. Вторая шеренга подняла щиты над первой.

Самые длинные копья третьей шеренги дополнили картину, и боевой строй стал напоминать гигантского ежа. Позади копейщиков расположились лучники и приготовили стрелы.

Гиксы усовершенствовали одежду для своих воинов. Нубти-Сет принял предложение военачальников, что советовали отказаться от слишком длинных одеяний, ибо они сковывали движения. Кожаные рубахи были укорочены до колен.

А для прикрытия ног у воинов появились штаны из плотной кожи, которые на пояснице стягивались поясом, а внизу шнуровались по ногам каждого воина. Эти штаны могли защитить от стрел и мечей.

Кожаные куртки знатных воинов были обшиты бронзовыми пластинами для лучшей защиты. Головы воинов прикрывали бронзовые шлемы, и каждый имел щит.

— Стоять крепко! — кричали воеводы. — Они не достигнут наших позиций! Их остановят лучники!

Передовые воины за прямоугольными большими щитами приготовились встретить врага. Смелости им было не занимать и в успокоительных словах они не нуждались.

Когда колесницы египтян приблизились на расстояние выстрела, гиксовские стрелки засыпали их стрелами. Смертоносный дождь лишил египтян стремительности, и первые колесницы были опрокинуты. Не пострадал по странному стечению обстоятельств только сам фараон.

Камос правил лошадьми без возницы и продолжал мчаться вперед. Он не обращал внимания на крики боли и ржание лошадей. Он не заботился о том, следовал ли за ним кто-нибудь. Словно сам Камос уверовал в то, что его сопровождает Амон.

Знаменосец фараона торопил своего возницу и требовал догнать его:

— Мы не можем оставить фараона одного!

— Но у него кони много лучше, и он будет среди врагов ранее нас!

Стрелы египетских колесничих мало причинили вреда гиксовским пехотинцам. Те надежно укрылись за щитами.

Новый выстрел лучников противника уничтожил еще несколько десятков египетских колесниц. И если бы не фараон атака захлебнулась бы, и мужество покинуло бы египетских солдат. Но Камос летел вперед, словно сам был неуязвимым бессмертным богом. И его кони ударами копыт опрокинули нескольких пехотинцев.

Колесница фараона прорвала вражеские ряды. За ней последовали колесницы телохранителей и знаменосцев. Но и этого слишком мало, и атака была обречена. Гиксы не дрогнули. Они расступились. Часть воинов бросила ненужные уже копья, и взялась за мечи.

Десяток воинов с секирами изрубил две колесницы, что напали на охрану знамени Сутеха. Они убили и коней, и людей. Причем один солдат громадного роста одним ударом снес голову коню, а затем почти надвое разрубил саму повозку.

Камос сразил врага дротиком и бросил коней к знамени Сутеха, не испугавшись залитого кровью воина с топором. Вокруг него падали стрелы и втыкались в песок.