Чтение онлайн

– Я вижу, что она старается. Даже представить не могу, как в ней могут уживаться части таких разных женщин, хоть за советом к Лазарю иди.

– Я ходил к Юлмарту, он ржал, как сумасшедший.

– Его можно понять. Если бы это не было моей проблемой, я бы тоже посмеялся, но у меня в группе нестабильная барышня, и мне ни хрена не смешно.

В баре было шумно. По громадному телевизору под потолком шел какой-то поединок на выживание. В последнее время стали появляться записи гладиаторских боев, когда с огнестрелом, когда на холодном оружии, проще говоря, в лабиринт запускали двоих, выходил один. Никто этого не запрещал, смысла нет. То, что творилось за пределами стабов, было куда круче любого жесткача. А тут все добровольно: хочешь – иди в лабиринт, хочешь – нет. Появились даже профессиональные наемники, которые за очень хорошие «деньги» выпускали друг другу кишки. Хотят два человека убить друг друга, да ради Бога. Не сказать, что Амперу нравилось на это смотреть, но пока в лабиринт не запихивают силой, черт с ними.

Рина сидела с бокалом шампанского в руках, похоже, подарок, сама она вряд ли бы себе такое купила. Ампер подсел к ней и, обняв, поцеловал, девушка уже успела привести себя в порядок и скинуть дорожную одежду.

– От кого?

Она махнула рукой в сторону столика, за который сидели два поддатых мужика и сверлили Погорелова не очень трезвым взглядом. В нем прямо бурлил котел эмоций: злоба, зависть, похоть, а еще ненависть. Похоже, мужики плотно набрались и их тянуло на подвиги, хотя, может, тут и не только алкоголь, может, они еще под чем-то. Прикид у них стандартный: джинсовые куртки, штаны, которые называют тактическими, кроссовки. Все какое-то помятое и не очень чистое. Хреновое сочетание.

– Понятно. Постарайся этих не уложить на землю. Нам бы надо быть потише, с бандой не все так просто. И не налегай на шампанское. Думаю, сейчас Рыжий объявит общий сбор, пока народ не нализался.

Он угадал, Рыжий призывно махнул рукой и направился к выходу. Пигмей поднялся из-за соседнего столика. Похоже, он негласно опекал девушку.

Рина подтвердила его догадку.

– Оберегают и прикрывают, сдается, они окончательно приняли меня.

– Не совсем, осталась последняя прописка, – поправил Ампер, поднимаясь и протягивая руку.

Девушка улыбнулась.

– Осталось повязать меня кровью.

– Фи, как грубо, мы называем это общее дело или крещение огнем.

Парочка дарителей шампанского преградила им путь, когда до выхода оставалось всего пять шагов.

– Чего надо? – понимая, что конфликта не избежать, грубо спросил Погорелов.

– Твоя мочалка приняла подарок, пусть посидит с нами, – обдав Ампера смесью перегара и чеснока, вывалил тот, что пониже.

Зря он сказал про мочалку, Рина завелась мгновенно. Ампер успокаивающе положил ей руку на плечо.

– Тише, милая, давай без рукоприкладства. Извинись, – потребовал он у собеседника.

– Вот еще, чтобы я, Тихарь, перед какой-то подстилкой извинялся? Пусть отсосет.

Рина вскипела, но скрыла это. Она ласково улыбнулась, сделала шаг вперед и со всей дури впечатала колено в промежность говоруна. Этот говорун не отличался умом и сообразительностью.

– Оу сууукккааааа! – взвыл он и, зажав разбитые шары, сполз на пол и свернулся калачиком, тихо подвывая.

– Тебе тоже что-нибудь отбить? – глядя в глаза второму, спросила блондинка.

Тот сделал еще большую глупость – схватился за нож. Тут уже вмешался Ампер. Он дождался, когда клинок покинет ножны, и люди это увидят, провел быстрый прием. Он сам не осознал, что активировал дар. Все произошло за долю секунды: тяжелый охотничий нож оказался у него в руке, болевой прием, и когда противник оказался лежащим грудью на столе с заломленной рукой, всадил длинное лезвие точно в воротник, пригвоздив куртку к дубовой столешнице. Тот задергался, пытаясь левой рукой дотянуться до рукояти собственного ножа, который пришпилил его словно бабочку.

– Убью, сука! – сквозь слезы и сопли завывал он.

– А говорил – не высовывайся, – хмуро заметила Рина, разглядывая людей, повскакивавших с мест. Пока оружие не появилось, но достаточно было бросить спичку.

– Ша, – крикнул Мушкет, который, как оказалось, так и сидел за барной стойкой. Его дела группы Рыжего не касались и, естественно, его не позвали на совещание. Он – вольный стронг, и в чужие замуты не лез без приглашения. – Все по закону, оружие достал пострадавший. К тому же даже кровь не пустил, хотя Ампер был в своем праве.

– Она второго саданула, – заметил тучный мужик, выделявшийся габаритами.

– Нечего было хамить, – буркнула Рина, ее рука лежала на рукояти «Гюрзы».

Ампер был уверен, что затвор у пистолета передернут и патрон в стволе, если дойдет до месива, трупов будет хоть отбавляй.

– А словами нельзя было? – давил тучный.

Народ одобрительно загудел, но накал спадал, похоже, мясорубки удастся избежать.

– Мы пробовали, но в замен получили новое оскорбление. Так, длинный? – Погорелов качнул рукой до сих пор пребывающей в заломе, и поверженный что-то прошипел. – Не слышу, говори громче.

– Пробовали, – с трудом произнес борзый.

– Еще вопросы?

– Кто впишется за этих недоумков? – поинтересовался Мушкет. – Имейте в виду, парень с девушкой тут с очень крутой компашкой, за своих Рыжий всех под ноль помножит.

– Да ладно, Тихарь сам нарвался, – произнес кто-то из рейдеров. – Вы же его знаете, он резкий, как понос. Сначала делает, потом снова делает, думать некогда.

Народ одобрительно заржал, и инцидент был исчерпан.

Ампер благодарно кивнул Мушкету и, отпустив незадачливого нападавшего, взял девушку под руку и покинул бар.

– А ты стал гораздо быстрее. Ловко ты этого разделал. Я, правда, сама хотела.

– Не только же тебе можно веселиться. Кроме того, ты моя, и защищать тебя – мой долг.

– А чего раньше не вступился?

– Подумал, что тебе будет приятно, если я отдам инициативу в твои нежные руки. Ты бы на меня обиделась, если бы я все решил за тебя.

– Вот за это я тебя и люблю, ты умный и меня понимаешь.

– Кстати, так ли надо было превращать в отбивную рожу того мужика, что спутал тебя с местной девочкой по вызову?