Чтение онлайн

Шпиль был темным разрезом против нижней стороны облаков, красных от отраженного света Низин. Случайный свет уличного фонаря, проходящий через неподвижные деревья, создавал выступы и тени на кладбище. У заднего крыльца не было никакого дружественного свечения. Вообще не было никакого заднего крыльца, и я аккуратно несла мистера Рыбу, медленно шагая через влажную, некошеную траву, и степень повреждения становилась очевидной.

Трент придержал меня, когда я переступила через низкую каменную стену, отделяющую сад от кладбища. Его рука была теплой на моем локте, и я наклонилась к нему, пытаясь сказать ему моим прикосновением, что я не верила в то, что сказал Ал. Он не использует меня, подумала я, но мерзкая часть меня добавила, Этого, возможно, не произошло бы, если бы ты ушла от него шесть месяцев назад. Я притормозила, отделяясь от него, когда боль от того, что стало с моей церковью, сдавила сердце.

Отвратительный, кислый запах шел от вещей, которые не сгорели. Кухня и задняя гостиная были разрушены; только сломанные кусочки, которые не сгорели, остались, показывая, что на их месте когда-то что-то было. Это, вероятно, были плита и холодильник, просматривающиеся через то, что осталось от крыши, их части валялись на изначальном полу и заполняли подвальное помещение. Водосточный желоб был самой распознаваемой вещью, хотя и был искривлен жаром.

Камни оригинальной церкви были черными и блестели от сажи и высокой температуры. Фанера уже была пристроена к открытой прихожей и выглядела странно высоко от земли без крыльца. Вид вживую был хуже, чем просто кадры на холодном телевизоре, темный и печальный с кусками наших жизней неуместных и едва узнаваемых.

– Мне жаль, – сказал Бис, и я коснулась его ног, игнорируя ком в горле, когда двинулась вперед. Мой шаги заколебались, когда земля стала мягкой от воды, используемой, чтобы потушить пожар. Моя кофеварка: ушла. Кружка с радугой: ушла. Мои книги заклинаний: ушли.

– Есть Дженкс, – облегченно сказал Трент, и так или иначе я улыбнулась яркому следу, искрящемуся и спускающемуся вниз с колокольни.

Крылья Биса задвигались у моей головы, и моя улыбка стала реальной, в то время как я продолжала составлять список тех вещей, которых не было: не было похорон, не было песен о крови и маргаритках, не было чувства вины из-за того, что я выжила, но сбежала.

– Дженкс! – прокричала я, когда он опустился вниз, его крылья медленно жужжали от нерешительности, когда он пытался прочитать мое настроение. – Ничего себе, какой беспорядок. С тобой все хорошо?

– Черт возьми, да! – Явно с облегчением, он опустился на плечо Трента, так как Бис сидел на моем. – Вам повезло, что я не человеческого размера, а то я бы вас покусал, – произнес он, и Трент скрыл усмешку. – Где вы были? Фуу, в безвременье, – сказал пикси, сам ответив на свой вопрос. – Там ты бросила мистиков? Твоя аура выглядит отлично. Здесь демоны. В реальности. Почему маленький розовый дилдо Тинки, ты их освободила?

– Я этого не делала, – сказала я, и Дженкс посмотрел на Трента, шок на его угловатых чертах высветился от его же собственной пыльцы.

– Это был Лэндон. – Трент поморщился на свою обувь, теперь утопающую на три дюйма в грязи, которая когда-то была моим задним двором. – Он совершил ошибку. – Он взял меня за руку, и я сжала его руку в ответ. В его глазах читалась нить страдания и потребность поговорить. Это не было ошибкой. Ала топила горечь и ревность, он не мог посмотреть сквозь свою собственную боль, Трент любил меня. Но даже я знала, что не смогу помочь ему достигнуть своей цели. Его целью было превосходства эльфов? Боже, я не собиралась делать это прямо сейчас.

Крылья Дженкса засверкали горячим серебром.

– Лэндон? Фантастика.

Я вздрогнула, когда капля воды с большого дерева приземлилась мне на спину. Кора была подпалена, и я надеялась, что огонь не убил дерево.

– Очевидно, если ты проектируешь лазейку в проклятии, достаточно большую, чтобы дать прошаркать через нее как зомби поверхностным демонам, то настоящие демоны тоже могут через нее пролезть. – Я шла через грязь, и желая и страшась увидеть то, что осталось.

Крылья Дженкса трещали.

– Э, вам нужно обойти вокруг фасада, если вы хотите войти. Я бы не стал этого делать. Там довольно плохо. Они залили все из шланга.

Мило. Сколько раз мою церковь будут громить на этой неделе?

Дженкс вздрогнул, скрестив руки на груди.

– В среду придет команда уборщиков. Я бы пригласил их раньше, но инспектор по строительству должен дать свою оценку.

Снова рука Трента нашла мою, его прикосновение расслабило мои сжатые челюсти, когда мягкое тепло вкралось в меня, искрясь, где наши пальцы переплетались.

– Знаю, что это чувствуется неловко из-за Эласбет, но ты могла бы помочь мне с девочками, – сказал он, его гнев на Эласбет делал уродливыми половину теней, затаившихся в его голосе.

– Тинкины штанишки, да! – воскликнул Дженкс, и Бис переместил крылья, явно стесняясь. – Твой дом. Это прекрасная идея. Джумок и Иззи уже там.

Дженкс хочет, чтобы я ушла? Возможно, внутри было хуже, чем я представляла. Мой живот говорил, что Эласбет ничего не делала, кроме как пыталась справиться с ударами судьбы, но логика подсказывала иначе. Шанс посмотреть ей прямо в глаза мог сказать мне больше.

– Спасибо, – сказала я, когда повернулась к каменной дорожке, которая вела к фасаду. – Я компенсирую тебе за это. – Там были огромные грязные следы от ботинок, где раньше никогда не было грязи. Это заставило меня почувствовать себя оскверненной, что даже не сделало отсутствие кухни. – Айви знает, что я не умерла, верно?

Крылья Дженкса зажужжали, когда он покинул Трента.

– Да. Она с родными и Ниной.

– С ней все хорошо? – усомнилась я.

– Думаешь, что я болтался бы здесь, ожидая тебя, если бы она не была в порядке?

Верно.

– Кормель тоже знает, что ты не мертва, – добавил Дженкс, и я дернулась, останавливаясь. Вода у мистера Рыбы хлюпала, и Трент почти столкнулся со мной, его внимание полностью было сосредоточено на его телефоне. – Не смотри на меня! – прокричал Дженкс. – Я не говорил ему! Он приехал приблизительно час назад. Сказал мне передать тебе, не мешать душам немертвых.

Невысказанное «а иначе» было очевидно. Я нахмурилась сильнее, когда телефон Трента стал темным, и он убрал его.