Чтение онлайн

– Я ухожу, а вы поразмышляйте над тем, что нашла Мардж. Там много интересного. Похоже, вы были правы с самого начала. А я все ищу подтверждение, что Уинчестер поменяла имя. Если что-то раскопаю, дам вам знать. Чувствую, оно почти рядом.

Хочется сказать, что ничего искать уже не надо. Но опять-таки его нужно чем-то занять.

– Очень хорошо, – говорю я.

Он исчезает за дверью. Может, Хэмиш по большому счету не такой уж напыщенный идиот. По крайней мере, ему хватило мужества признать свою неправоту. Вцепившись в бумаги, я жадными глазами поглощаю текст.

Я поднимаю взгляд от черной печати, мысли кружатся вихрем. Значит, я был прав: Софию Эйлинг убили. Некто стукнул ее по голове, вызвав внутреннее кровотечение, которое в конце концов и привело к смерти. Затем этот некто натянул ей на плечи большого размера плащ, заполненный садовыми камнями, и утопил в реке Кэм.

Этим некто был перепуганный литератор. Писатель, вспомнивший в отчаянии Вирджинию Вулф и понадеявшийся таким способом скрыть истинные обстоятельства смерти Софии Эйлинг. Нужно иметь в виду, что, кроме синяков, которые Мардж нашла под волосами покойницы, никаких других следов физического насилия на ее теле нет.

Но убийца – идиот. Сертифицированный дурак. Камней было слишком мало, чтобы утянуть на дно тело Эйлинг. Он – или она – никогда не слышал о законе Архимеда. Иначе сообразил бы, сколько нужно груза, чтобы он мог противостоять выталкивающей силе воды, действующей на труп весом 116 фунтов. Нескольких жалких декоративных камешков из чьего-то сада для этого точно не хватит. Утром у Эвансов я заметил, что на бордюре вдоль садовой дорожки недостает нескольких камней. Вместо них на земле остались темные вмятины без травы. Более того, камни в саду в точности такие же, что и в карманах плаща, обернутого вокруг тела утопленницы.

Полагаю, у меня достаточно материала, чтобы сегодня же посадить убийцу Софии в камеру, расположенную в глубине полицейского участка.

Я двигаю вперед черного ферзя и выкапываю из верхнего ящика стола пару наручников. От этих писателей никогда не знаешь, чего ждать. Особенно от тех, кто зарабатывает на жизнь описанием человеческих смертей.

Я выхожу на улицу и забираюсь в патрульную машину. Но до того как водитель успевает завести мотор, замечаю, что к нам на всех парах несется Хэмиш.

– Ханс! – запыхавшись, окликает он меня и подбегает поближе. – Я не нашел вас на месте. И по мобильному вы тоже не отвечаете. Фиона говорит, видела, как вы быстро выходили из кабинета.

– Я сейчас кое-кого привезу, – отвечаю я. – Второй раз за сегодняшний день. Зря отпустил утром.

– Анна исчезала на девятнадцать дней летом девяносто пятого, – говорит Хэмиш. – И знаете что? Она официально сменила имя на София Алисса Эйлинг, а через несколько месяцев исчезла опять…

– Я все это уже знаю, – отмахиваюсь я.

Хэмиш разевает рот:

– Как?

– У меня свои методы, – отвечаю я. – Кстати, я еду за убийцей Софии. Но сначала придется заскочить в Котон.

– Вы меня запутали.

– Нужно проинформировать ближайших родственников мисс Уинчестер о ее смерти.

– Может, сначала стоит арестовать убийцу?

– Не волнуйтесь. За пару часов убийца никуда из Кембриджа не денется – кишка тонка. Кроме того, этот человек еще не знает, что я все выяснил.

– Я поеду с вами. Тем более что вы собрались его арестовать.

Берегись Хэмиша. Весь сегодняшний день держи его на расстоянии вытянутой руки. Утром мне удалось кое-как от него отвязаться, уехать без сопровождения и сделать пару визитов. Но устав требует, чтобы арест производили два человека. Я морщусь, но тут, слава богу, в голову приходит соломоново решение.

– Все в порядке, – говорю я, указывая на сержанта за рулем машины. – Он меня прикроет.

Под визг колес мы откатываем от Хэмиша, оставляя его в большом облаке выхлопных газов.

Алан Чарльз Уинчестер был при жизни богатым человеком. Подъезд к дому 288 на Брук-лейн впечатляет. Мы проскакиваем мимо величественных столбов, увенчанных статуями золотых львов, и останавливаемся под пышным портиком с золочеными колоннами. Выйдя из патрульной машины, я обнаруживаю зеленого павлина, разгуливающего позади ухоженной клумбы с ноготками. Подхожу к парадной двери и берусь за кольцо. Дверным молотком служит лицо дьявола, золоченое кольцо – его язык.

Я стучу железом один раз, потом другой. Два резких удара звучат как пушечные выстрелы, громкости достаточно, чтобы разбудить мертвого.

Я жду, шаркая башмаками по крыльцу и разглядывая мозаичное изображение грудастой голой женщины у себя под ногами. К дверям так никто и не подходит. Я смотрю на часы в течение ровно шестидесяти секунд, потом стучу железным языком еще два раза.

Ответ на мои усилия – непоколебимая тишина.

Я жду сто двадцать секунд, после чего спускаюсь с крыльца и осматриваю фасад дома. Все на запоре, включая множество эркерных окон верхнего этажа. Жалюзи опущены, дом словно погрузился в спячку. Агнесса Уинчестер, очевидно, в отъезде. Я достаю мобильный телефон и набираю номер, который мне дал Тоби.

– Алё, – отвечает приглушенный женский голос.

– Добрый вечер, – говорю я. – Можно поговорить с миссис Агнессой Уинчестер?

– Я у теле-фона. Кто там?

– Ханс Ричардсон, полиция Кембриджшира, отдел уголовного розыска.

– Вы поли-цейский?

– Да. Я стою перед вашим домом, но вас там нет.

– Я сей-час нахожусь в курорте на юге. Пачиму вы стоите у меня перед дверью?

– К несчастью, у меня плохие новости. Вынужден сообщить, что сегодня утром в реке Кэм нашли тело Анны Мэй.