Вчера
Шрифт:
Когда к нему подошел Август Духов.
Колдун опустился и сказал еле слышно:
– «Ты не думал наверно, что получится так,
Ко мне пришел призрак Гриши, и так уж вышло,
С ним мы сегодня заключили контракт.
Мне он сказал, где деньги спрятал,
Сообщил, что ты мне скоро позвонишь.
И чтоб устроить вам встречу ребята,
Я заманил тебя в эту глушь…».
Из мертвого тела улетела душа с досадой,
Смотрела на Гену и Августа с чувством свободы…
А снег кружил большими хлопьями и падал,
На грязный асфальт, холодного города.
Смерть в отражении
Лидия бежала по узкому коридору,
Задыхаясь, рыдая, с кровью на губах.
Вчера утром, ей бы показалось это вздором,
Кошмаром, приходящим лишь во снах.
Но тут реальность, страшная, давящая,
Вот-вот и схватит Лидию кто-то…
Смерть, самая настоящая,
Должна выполнить свою работу…
…А еще вчера, с подругами, Лида,
Ходила по магазинам, за обновками,
Взрослые девушки, с не серьезным видом
Пред зеркалами, меняли наряды ловко.
Шутили пошло, громко смеялись,
Маша, Инга и Лидия.
Меняли платья, весело кривляясь.
– «Красавицы!», – говорил каждый, кто их видел!
Вдруг, посмотрев в зеркало, замолчала Инга.
В горле появилось жжение,
Мешающее вырваться на волю крику:
– «У меня синяки на шее в отражении!»
Второй спохватилась Маша:
– «Боже! В зеркале у меня нет глаз!»
В пятки, от страха, ушла душа
У Лиды, от сказанных подружками фраз.
Взглянула она на себя и взвизгнула,
Холод по коже, словно сердце остыло,
Будто она с белого света сгинула,
Ее отражения в зеркале не было.
Девушки в шоке – слезы, нервы…
– «Бегом домой, о случившемся – молчать!»
Сказала Лида: – «Показалось наверно!
Надо все взвесить и не кричать сгоряча!»
Девушки решили ночевать у Маши.
Обзвонили родителей. Инга предупредила мужа.
– «Страшно девчонки. Наверно не ляжем»,
Пробубнила Маша, добавив – «Кто хочет ужин?»
Уснули под утро, отойдя от ужаса.
За окнами город удручал своим видом,
Кто-то смс кому-то написал,
От звука мобильника проснулась Лида.
Встала сонная. Одна в комнате.
Надела халат, прошла на кухню неспешно,
Конфеты на столе, чайник на плите,
На люстре, в петле, Инга повешена!
Холодным потом обдало девушку,
Будто вылили ледяной воды чашу.
Прикусила губу до крови. Увидела вторую подружку,
С вырезанными глазами – Машу.
Она лежала на полу в прихожей.
Лида заскулила, вцепившись в нагрудный крест.
– «Боже мой! Что творится, боже!?»
И выбежала, босиком, в халате, в подъезд…
Лидия бежала по узкому коридору,
Задыхаясь, рыдая, с кровью на губах.
Вчера утром, ей бы показалось это вздором,
Кошмаром, приходящим лишь во снах…
…Тела двух подруг – нашли соседи.
Новость облетела ближайшие города,
Каждый, самыми разными сплетнями бредил.
А Лиду, больше никто не видел. Никогда.
Корабль идет ко дну
На борту паника, люди кричат в ужасе,
Капитан хладнокровен. Стоит у руля.
Спасательный круг сейчас нужен всем,
Пока крысы бегут с корабля.
Команда матросов ищет пробоину.
А может поломку? Никак не поймут.
И беспощадно сирена воет там,
Все неминуемой гибели ждут.
Слышен голос по громкоговорителю:
– Скоро утянет нас на глубину!
Это ужасно и отвратительно,
Но корабль идет ко дну!
Толстый банкир плачет и молится,
Его не спасут грязные миллионы,
Что дальше делать – он волен сам,
Прыгает за борт в объятие волн и…
Его порубили стальные лопасти,
Пошел банкир акулам на корм.
С последними словами – Бог прости!
Его сбор к праотцам был скор.
Молодая красавица не стыдясь,
За последнее место в шлюпке
Старому боцману отдалась,
Как последняя грязная шлюха.
И пока на красавице боцман пыхтел
И она с ним нежна была,
Пока шло трение мокрых тел
Последняя шлюпка уже уплыла.
А один офицер, как любой злодей,
Впадая в безумие уже сам,
Расстреливал в упор бегущих людей
С глазами полными ужаса.
На палубе кровь течет рекой,
Тела валяются тут и там,
А офицер не обретает покой,
Ходит за жертвами попятам.
В каюте закрылся врач пожилой,
И долго, слезно богу каялся
О том, что бесцельно он век прожил свой,
Не жил как герой, а просто маялся.
Не спас никого, не излечил,
Не был семье опорой.
Нет, у него попасть в рай причин,