Чтение онлайн

Но это не помогло, и португальцам пришлось заночевать в подворье. Опасаясь внезапного нападения, Васко да Гама поставил караулы у входов в маленький, окруженный галлереями дворик, где расположились португальцы, а остальным спутникам велел спать, не снимая лат. Ночь прошла беспокойно. Несколько раз за оградой слышался звон оружия, португальцы вскакивали и хватались за мечи, но тревога была ложной. За стеной фыркали и переступали с ноги на ногу лошади, где-то на лугах выли шакалы. Около Васко да Гамы сидел присмиревший и позеленевший от страха Монсаид. Он вспоминал все новые и новые пытки и мучения, которые его соотечественники ему, наверное, готовят за ренегатство.

Глубокой ночью сверху раздался прерывистый крик. Кто-то жалобно причитал и отрывисто кашлял. Васко да Гама вздрогнул.

– Гу-кук, гу-кук…

– Что это?

– Это птица гукук, – залепетал окончательно перепуганный Монсаид. – Она черная, летает ночью и кричит: «гукук, гукук». А если она сядет на дом и покричит, то кто-нибудь в доме этом умрет.

– Убить ее надо, – шепнул один из португальцев, поднимая аркебуз.

– Нельзя убивать гукука, – из ее клюва пышет огонь, она может сжечь смельчака. Вся Индия верит в гукука. Надо лежать и ждать судьбы.

– Утро не принесло никаких перемен. Попрежнему в ответ на все требования португальцев переправить их на корабли начальник стражи кланялся в пояс и клялся, что сделает это при первой возможности.

– Видят боги, я давно бы дал вам лодки и гребцов, но по морю все еще гуляют волны. Если вы погибнете, государь прикажет казнить меня.

– Тогда дай нам пройти к берегу и самим вызвать с кораблей португальские лодки, – сказал Васко да Гама.

– Нет, нет, этого делать никак нельзя. Вокруг бродят отряды моплахов. Они вооружены и полны злобы. Они ищут случая начать ссору с вами, чтобы в свалке перебить всех вас.

– Зачем же ты караулишь нас, зачем превратил в пленников, хотя Заморин позволил нам вернуться на корабли? Разве так поступают христиане?

– Вы не пленники, вы не под стражей, а под охраной. Уведи я караулы – и вы не проживете сегодняшнего дня, – убеждал начальник стражи.

– Если так, то пропустите меня назад к Заморину. Я пожалуюсь ему, и он накажет вас за ослушание, – гневно сказал Васко да Гама.

– Нельзя! Сейчас государь отдыхает, и еще два дня его нельзя будет тревожить заботами и делами.

Васко да Гама начал горячиться. Индусы пошептались между собой, и начальник стражи вновь согнулся перед командиром португальцев в почтительном поклоне.

– Прикажи кораблям подойти ближе к берегу, и мы дадим тебе лодок.

– Этого не будет, – вспылил Васко да Гама. – Вы замышляете измену, вы хотите заманить корабли в ловушку и захватить их. Знайте, что я приказал своему брату: если он заподозрит, что я попал в плен, не слушаться никаких моих приказов, ибо они могут быть вырваны у меня силой. Он должен тогда поднять паруса и плыть в Португалию.

Индус еще раз поклонился и ушел. Послышался стук засова и звон замков. Португальцев заперли. Подворье превратилось в тюрьму.

Припасы, купленные по дороге, кончились, и португальцы начали голодать. Они ждали худшего. Почта все были уверены, что вечером или ночью стража нападет на них.

Настала вторая ночь. Снова расставили караулы. Снаружи двери были заперты. Слышалось позвякиванье оружия. И снова кричала птица гукук… Португальцы лежали тихо, никто не спал. Васко да Гама ходил по дворику из угла в угол. Луна освещала белую стену дома. Тень большого дерева, росшего в середине дворика, четким силуэтом пересекала освещенное луной белое пятно. Все молчали. Вдруг очертания тени изменились. Одна из ветвей дерева закачалась, согнулась и, мягко шелестя по листьям, переметнулась на кровлю дома. Зашуршала солома на крыше. Васко да Гама схватился за кинжал, но Монсаид спокойно коснулся его плеча.

– Успокойся, – сказал он, – это удав, он живет на деревьях и под домами ворует кур, маленьких обезьян и крыс. Он пополз в чей-нибудь курятник. Людям он не опасен, и люди его не трогают. Остерегайся маленьких пестрых змеек величиной не больше твоего кинжала. Их укус – смерть.

Утром португальцам принесли воды. В приоткрытую дверь моряки увидели большой двор, полный воинов. Они сидели кругом, спали по углам, чинили упряжь, играли в кости, бродили из угла в угол, вооруженные мечами, боевыми секирами, луками и стрелами. У коновязей стояли лошади.

Ясно было, что к кораблям пробиться невозможно. Стража пропустила Монсаида в большой двор, и тот, пробыв там часа два, вернулся еще более встревоженным. Он нашел среди воинов старых знакомых и от них узнал печальные вести.

С африканского берега прибыл корабль, и приехавшие оттуда купцы рассказали Заморину о грабежах португальцев в Момбасе и Мозамбике. Воспользовавшись этим, мавры распустили слух, будто бы мореплаватели, изгнанные из Португалии за тяжкие преступления, занимались шпионажем, грабежами на африканском берегу, что письмо от короля Португалии подделано ими. Они советовали Заморину напасть врасплох на португальцев и перебить их. Более того, мавры угрожали, что если Заморин не уничтожит португальцев, все мусульманские купцы покинут Каликут и станут торговать со старинными соперниками Каликута – Кананором и Коилуном. Наконец, по словам Монсаида, мавры дали Вали крупную взятку, чтобы он уничтожил Васко да Гаму и других пленных португальцев. Боясь гнева Заморина, Вали не решается напасть на португальцев сам, но обещал, что если они сами затеют ссору со стражей, не останавливать сеоих воинов и даже впустить в подворье для расправы с португальцами спрятанный неподалеку отряд моплахов.

Но среди советников Заморина были индусские купцы. Они надеялись найти в португальцах союзников против захвативших всю торговлю моплахов. Индусы доказывали Заморину, что в Каликуте португальцы не позволяли себе никаких преступлений, что, быть может, слухи о грабежах на африканском берегу – клевета мавров, что, наконец, если Заморин прикажет умертвить португальцев, повсюду про Каликут разнесется плохая слава, послы и торговцы из дальних стран будут избегать Каликутскую гавань и сам он, Заморин, будет и впредь целиком зависеть от милости мусульманских купцов – монопольных хозяев торговли Каликута.

Их доводы оказали свое действие. Днем во двор, где помещались португальцы, пришли Вали и начальник стражи. Они передали приказ Заморина. «Чужеземцы просили разрешения торговать в Каликуте. Пусть они выгрузят сьои товары и тогда можно будет отпустить задержанных на берегу людей. Пусть Васко напишет об этом своему брату на корабль».

Но Васко да Гама все еще опасался коварства. Он написал брату: «Мне кажется, что если даже ты пошлешь лодки, переполненные товарами, эти собаки не отпустят меня. Поэтому я умоляю тебя как брат и приказываю как командир, как только ты убедишься, что меня не хотят отпускать, – поднимай паруса и плыви в Португалию сообщить королю о нашем великом открытии. Если я останусь здесь и меня убьют, – ничего не будет потеряно. Если же ты промедлишь, они соберут корабли со всего побережья, нападут на вас и уничтожат, и известие о славном нашем открытии не дойдет до Португалии».