Чтение онлайн

В огромном общем зале нас тут же перехватили два кадета Академии. Один должен был проводить сестру до выделенного ей места жительства, второй показать мне расположение учебного центра Академии. Мы попрощались с Илей, обещав созвониться, и разошлись в разные стороны, следуя за нашими проводниками.

База была очень красива. В большинстве переходов над головой проецировалось настоящее небо. И не звёздная метель, а обычное, голубое, по которому двигались белые барашки облаков. То тут, то там стены были скрыты голоэкранами, демонстрировавшими самые живописные уголки природы различных планет. Представьте, идёте по коридору, вокруг каменная стена, тут заходите за поворот и вас окружает безграничное поле пшеницы. Имитируется даже шелест колосьев, ветер и запах свежей травы, хотелось забежать в золотистое поле, лечь и уснуть под убаюкивающее покачивание тяжёлых стеблей.

Мой проводник, представившийся Михаилом, давал мне освоиться и на высокой скорости перемещения не настаивал. Лет семнадцати на вид, одетый в форму Академии кадет сразу же расположил меня к себе уравновешенностью и какой-то обстоятельностью, как в поступках, так и в манере разговора. Он имел удивительный талант оставаться спокойным, какие бы вопросы я не задавал, отвечая на каждый подробно и очень живописно. По пути объяснял, что где расположено, как ориентироваться на базе, каким транспортом воспользоваться, чтобы достигнуть нужного места назначения.

Пройдя через довольно длинный ряд коридоров (наверное, мне специально устроили экскурсию для приведения в чувство), мы добрались до станции скоростного поезда, который не заставил себя долго ждать, обдал перрон прохладным воздухом и остановился у синей линии разметки.

– Пойдём, это наш, - сказал мой провожатый.

Как только мы устроились, электронный голос объявил следующую остановку и время в пути. Двери замерцали включившимся барьером, отсекающим внешние шумы, и состав тронулся, стремительно набирая ход. Вот он вылетел из тоннеля, промчался мимо стоящих за небольшим заборчиком грузов и вновь нырнул в темноту.

Михаил только перешёл на второй курс. Родом он оказался с Эдо, с японского континента. Семья его была недостаточно богатой, чтобы оплатить обучение в Академии, но мальчик при тестировании показал пси-индекс больше ста, что случалось окрайне редко. Получив сразу несколько великолепных предложений от разных учебных заведений (не только флоту нужны подобные кадры), он выбрал Звёздную, кто бы сомневался.

Я рассказал про себя и свой дом на Сангории, про пустыню и кладбище кораблей. Описал наш пограничный мир, стараясь в красках нарисовать как можно более полную картину. Постепенно разговор сблизил нас, и мы перешли на тему недавних событий.

– Вась, получается, это вы вместе с Быстрой Смертью всю базу на уши подняли?

– С кем, - не понял я.

– Это ваш 'Беркут' чуть не сбили по ошибке за нарушение периметра? Майор Девор с тобой прилетел?

– Ну да, вместе прибыли, только это что-то вроде учений было.

– Ага, ясненько. Так вот он и есть Быстрая Смерть, майор то есть - до сих пор один из лучших боевых пилотов. Правда, как преподаватель он довольно мерзкий тип, но только на первый взгляд. На деле он настоящий человек. Позже сам поймёшь.

– В таком случае, получается это действительно мы накуралесили.

Оказывается, на нашу попытку прорыва посмотрела, считай, вся Академия. Я дополнил незначительные детали, вместе посмеялись над неуклюжими действиями обороны. Потом Мишка стал серьёзнее.

– Слушай, Вась, ты когда прорывался, звено Гвидо сбил.

– Ну и что?

– Дослушай. Они на последнем курсе учатся и не последние пилоты. Дурни, конечно, что сунулись без подготовки, не проверив сенсорами куда лезут, спасатели несчастные. Вот и получилось, что ты их первым залпом уделал. Но дело не в этом. Понимаешь, их же сейчас до пересдачи практики космической безопасности месяц, наверное, не выпустят в реальные полёты, а это сильно отдалит получение направления на преддипломную практику. К моменту, когда им дадут добро, все лучшие места разберут, а останется...

– ... одня фигня.

Влип. А что мне делать оставалось, с другой стороны? Приказ сидящего в соседнем кресле начальника исполнять как-то требовалось. А парням не свезло, бывает.

– Их проблемы, чего пёрли, как на параде?

Мишка помолчал, глядя на проносящиеся за окном желтые огоньки тоннельного освещения.

– Гвидо, он сын шишки какой-то, да и компания вокруг него подобралась та ещё. Он сам тщеславный, любит покрасоваться, а друзья ему и рады потакать. Конечно, с ним и гулянки и корабль свой у него есть.

– Да ну? Неужто тоже истребитель, как моя Тень?

– Куда там. Яхта раздолбанная, помнишь, класса 'Росинка'.

Помню, конечно. Мишка не прав. Эта модель не самая новая, но десяток лет для космического корабля не срок, а оборудование и модернизировать можно. Кажется, он этого Гвидо сильно недолюбливает, но виду не кажет.

Ну вот, не успел приехать, как сразу на ровном месте нажил врагов. Я-то думал, что уж в Звёздной проходят обучение лучшие из лучших, а получается, как везде... Мысленно махнул рукой, всего бояться невозможно, посмотрим по обстоятельствам.

Разговор сам собой увял, да и не до беседы стало вскоре.

Поезд снизил скорость, мельтешение служебного освещения подземных коммуникаций начало замедляться и вскоре сменилось ярким солнечным светом. Я повернул голову, да так и замер с открытым ртом.

Полное ощущение, что попал в сказку. Поезд летел по воздуху, а вокруг плыли облака, настоящие белые облака, отбрасывающие тени на землю, видневшуюся далеко внизу.

Отсутствовали пушистые шапки только пути нашего состава и группировались таким образом, чтобы не мешать любоваться открывшимся внизу видом. А смотреть было на что.

В нескольких сотнях метров, среди океана деревьев стояли изящные шпили Академии. Купола зданий, тренировочные площадки, ряд ангаров с выстроившимися неподалёку штурмовиками - всё это заставляло сердце сжиматься от восторга.

Поезд плавно опускался вниз, по широкой дуге объезжая гигантский кратер. Скорее всего, это было сделано специально, чтобы прибывающие могли насладиться человеческим гением, превратившим пустой булыжник в цветущий сад.

Серпантин по мере снижения открывал всё больше и больше.