Чтение онлайн

Я успел закончить до того, как мы приблизились к берегу. Там лежали, уходя концами в воду, расщеплённые пополам брёвна, так называемые салазки, по которым лодки затаскивали на сушу, крупные лодки наверняка быками буксировали, и с которых их потом сталкивали.

Осмотрев небольшую коллекцию лодок на берегу, я только вздохнул. Весело. Как и мой трофей, а также уже изученная мной лодка рыбаков, все судёнышки были сооружены из цельных брёвен. Причём ни одного однотипного, каждый – неповторимый «шедевр». Похоже, из досок тут ничего не делают. Хм, если вспомнить, какой сейчас год, ничего удивительного: для местных корабелов выжечь в стволе дерева лодку, обстругав её снаружи, куда проще и дешевле, чем делать нормальные лёгкие мореходные лодки.

Думаю, доски идут как раз на более крупные суда. Я увидел дальше, у посёлка, два одномачтовых судна, и назвал бы их баркасами, а одна явно китайская джонка, уж больно обводы и вид такелажа знакомы. Пока я участвовал в войнах с японцами, то стал спецом по ним. Правда, насколько я вижу, джонка, по сравнению с собратьями из будущего, сделана довольно топорно. Напомню снова о том времени, в котором я оказался. Больше удивляет, что джонка была двухмачтовой, тонн на двести водоизмещением. Для индусов, наверное, гигант.

Рыбаки, которые заметно оторвались от меня, подошли к берегу и позволили своей лодке на приличной скорости если не вылететь, то хорошо затормозить о песок, пропахав борозду. Выскочив, они ухватили лодку за нос и вытащили её дальше на берег. Я тоже не стал медлить, дёрнул за канат, и парус опал, так что мой трофей по инерции дошёл до берега и ткнулся в него. Подскочившие рыбаки поднатужились и затащили лодку ещё на полметра, на большее их сил не хватило. Потом парнишка ухватил две самые крупные рыбины, побежал в поселение, оттуда уже шло несколько человек, кажется, среди них был мытарь. Внук рыбака остановился на миг около них и рванул дальше, а мытарь, надеюсь, я не ошибся, поспешил ко мне. Кстати, двое из его спутников были явно стражниками. Остальные же – непонятно кто, наверное, зеваки.

Повесив мешок на одно плечо, я выбрался на берег, опираясь о посох, чтобы не упасть, и спрыгнул на влажный песок. Быстро сделал пару шагов дальше, чтобы очередная волна не захлестнула мне сапожки. Мешок на правом плече, в левой руке посох, в правой – штуцер. Сундучок в лодке я решил прибрать себе, там много ценного было, и по моему приказу старик достал его и, покряхтывая от натуги, спустил на берег и отнёс подальше от кромки воды.

Тут как раз мытарь с помощниками приблизился, так что, положив аккуратно свой мешок рядом с сундучком, закинул на плечо штуцер, для него целей пока не было. Не стоит вблизи использовать дальнобойное оружие, для этого револьверы есть.

Как я и думал, старик сразу объявил, что я вор и убийца и украл лодку у их торговца. Судя по намёкам, он рассчитывал на премию и на часть моего имущества, видимо, по местным законам-правилам имел на них права. Пока рыбак под мою презрительную усмешку сдавал меня, я рассматривал мытаря и его охрану. Мытарь был одет в обычную тогу, на голове тюрбан с большим зелёным камнем в центре, похоже, изумрудом. Воины имели вполне неплохую защиту, стёганую одежду, на которой ремнями была закреплена лёгкая металлическая броня. Остроконечные металлические шлемы на голове, тоже на уровне. Вот щитов не было, видимо, оставили в казарме, или где они там были. Из оружия были на поясе в ножнах прямые длинные мечи со слегка изогнутыми на конце клинками. У меня в коллекции такие были. Работать ими умел. На поясе простенькие кинжалы-кутары. У мытаря на поясе висел явно дорогой украшенный кутар с защитой кисти руки.

У меня даже спрашивать не стали, правду ли им сообщил старик, доказательство – вот оно, рядом, о корму которой плещутся волны. Мытарь повелительно взмахнул рукой, и оба воина двинулись ко мне. Верёвка, заменяющая ремень у штуцера, скользнула с плеча, остановившись на локте, и я аккуратно прислонил карабин к мешку, после чего разогнулся с посохом, держа его горизонтально в руках. Оба стражника усмехнулись. Остановившись, они достали мечи и, играя ими, стали обходить меня с боков. Опытные, заразы, за ногами следили.

– Нет, я всё же недостаточно подготовлен, – сказал я сам себе вслух по-русски.

Ударом воткнув посох рядом в песок, я выхватил револьвер из правой кобуры, взвёл курок и выстрелил в того воина, что обходил слева, и моментально развернулся. Второй стражник уже был в броске с вытянутым в руке клинком. Сделав шаг в сторону, я ловко подставил ногу, и тот налетел на неё, с грохотом амуниции рухнув на песок. Сгруппироваться он не успел, разве что песок мог смягчить падение. Я же почти сразу выстрелил в мытаря. Его кинжал я уже считал своим трофеем, не хочу, чтобы тот, сбежав, унёс его. Сунув револьвер обратно кобуру и ухватив посох, я замахнулся им в голову стражника, который после падения закрутился, откатываясь в сторону и теряя шлем, давая мне отличную возможность нанести удар. Я, подпрыгнув и пропуская под собой блестевший серебром клинок меча, не промахнулся – конец посоха ударил ему в незащищённый висок, проломив тонкую кость.

Мытарь и оба стражника были готовы, дым после выстрела почти сразу снесло в сторону бризом с моря, позволяя мне контролировать место схватки и отслеживать действия остальных аборигенов. Что-что, а старик явно имел голову на плечах – его спина мелькала вдали у крайних домов, остальные зеваки, дети и взрослые, следовали за рыбаком. Шустрые, поняли, что со мной связываться опасно. Кстати, а выстрелы местных не испугали. Ну да, Китай рядом, а там подобные пороховые шутихи, я имею в виду фейерверки, вполне обыденное дело.

Прислоняя посох к мешку, я подхватил штуцер и, вскинув его к плечу, выстрелил. Стукачей я не любил, особо таких хитрожопых. Если договорились, нужно выполнять свою сторону обязательств. Старик, успевший убежать метров на двести, взмахнув руками, полетел кубарем. Тут и целиться не надо, камнем докинуть можно было, так что в своём выстреле я был уверен. Наповал.

Дальше медлить я не стал, развязал горловину мешка и занялся перезарядкой, зорко поглядывая в сторону окраины поселения, тут до неё метров двести пятьдесят было. Сначала штуцер зарядил, потом две стрелянных каморы револьвера. Потом мешок, посох и карабин отнёс обратно в свою лодку, сложив на корме. Высокий нос лодки был отличным местом для укрытия, больше вокруг таких укрытий не было. После этого, закинув штуцер за спину, отнёс сундучок – тяжёл, перегрузил я его, – и стал собирать трофеи. Это святое. Отстегнул пояс с кутаром у мытаря и, ворочая тело, вытащил его из-под туши. Кроме кинжала на поясе был мешочек, проверил – местные монеты. Тоже неплохо. К сожалению, это всё. Да и понятно, дом рядом, чего лишнюю тяжесть таскать. Кинжал – это статус, кошелёк – для дела. Хотя нет, была одна неожиданность: сняв тюрбан – белоснежный головной убор с украшением мне понравился, – я с удивлением обнаружил сверху него дополнительное метательное оружие. Это была чакра, индийское метательное кольцо, заточенное по наружной кромке и затупленное изнутри. У этого ещё и орнамент был. Я умел использовать подобное оружие, но не считал его чем-то особенным, однако всё равно прибрал вместе с тюрбаном. Трофей есть трофей.

Потом я занялся стражниками. Снял с них всю защиту и шлемы, мечи, вложенные в ножны, также прибрал, два простеньких кутара вместе с поясами. Фактически на песке эти два тела остались в одном исподнем.

Когда я уже сносил последние трофеи, то, заметив движение у крайнего строения, резко присел, закидывая трофеи в лодку, и укрылся за носом. Не зря – дрожа от злости, в борт воткнулись две стрелы. Третья, пролетев выше, зарылась в песок у кромки воды, её тут же захлестнуло очередной волной. Осторожно выглянув, я рассмотрел четырёх лучников, за спиной которых явно собирались воины. Странно, в таком не сказать чтобы большом селении – и столько воинов. Вроде Тамерлан тут косой смерти прошёлся, откуда их столько?