Варвар
Шрифт:
Заглянув для очистки совести под кровать и за тумбочку, Пул вернулся в коридор.
– Пусто, – проговорил он. – Предлагаю так: ты иди вдоль правой стены, я пойду вдоль левой – будем осматривать комнаты.
– Хорошо, – кивнула Ольга. Она, похоже, уже немного пришла в себя.
Дверь во вторую комнату Пулу открыть не удалось, третья оказалась почти точной копией первой, в четвертой в шкафу оказалась забытая кем-то пара сапог на широкой толстой подошве, в пятой гростианин подобрал с пола нож с длинным граненым клинком. В шестой под кроватью нашелся кислородный баллон – но, как быстро выяснилось, пустой, Пул даже не успел толком обрадоваться. У Ольги дела шли не лучше. Ей попалась лишь металлическая кружка с варварской надписью и старинная бумажная книга с обожженными страницами. Брать их девушка не стала.
Коридор уперся в пустой холл, из которого лучами расходились четыре новых тоннеля.
– Сколько у тебя осталось воздуха? – спросила Ольга.
– На полтора часа.
– Плохо.
– Чего уж тут хорошего…
– Нам надо торопиться. Предлагаю на постороннее не отвлекаться. Ищем только кислород. Давай, твои два коридора справа, мои – слева.
– То есть разделяемся? – уточнил гростианин.
– Выхода нет.
Поиски продолжились – с тем же результатом. Открытые комнаты были пусты, в те, где двери были закрыты, попасть не удавалось. Постепенно Пула охватывало отчаяние. Все бесполезно. С чего они вообще решили, что в жилом секторе найдется кислород? В то время, когда здесь жили пираты, на базе был нормальный воздух, скафандры требовались только для выхода на поверхность. Откуда здесь взяться заправленным баллонам?
Внезапно тишину эфира разорвал пронзительный крик. Гростианин вскинул голову.
– Ольга?
Эфир молчал.
– Ольга?! – почти прокричал Пул.
– Да, это я… – донесся из наушников голос девушки. В ее голосе сквозила паника. – Я… Тут…
– Иду к тебе! – крикнул гростианин. – Где ты?
– В первом тоннеле, в самом конце.
Пул бегом бросился по коридору.
Девушка ждала его в тупике.
– Что случилось?! – на ходу выдохнул гростианин.
– Там… там… – Смит протянула руку в сторону прикрытой двери.
– Да скажи ты толком, что там такое? – воскликнул Пул. – Физически с девушкой явно было все в порядке, и это его несколько успокоило.
– Там… Он!
– Кто – он?
– Не знаю…
Достав из сумки найденный нож, единственное имеющееся в его распоряжении оружие, Пул осторожно приблизился к двери и рывком распахнул ее.
В следующее мгновение навстречу ему шагнул высокий человек в ярко-синем боевом скафандре. Не успев даже толком понять, что произошло, гростианин почти рефлекторно выбросил вперед руку с ножом. Лезвие ударилось о броню незнакомца и, не причинив ей никакого вреда, соскользнуло в сторону. Одновременно тот резко нагнулся и уперся стеклом шлема в шлем Пула. Из-за забрала на гростианина смотрели сумасшедшие выпученные глаза, рот неизвестного скривился в хищном оскале. Рука в металлической перчатке опустилась Пулу на плечо, вторая, описав широкую дугу, потянулась к горлу.
Ольга завизжала.
Истошно завопив, Пул отпрянул назад. Незнакомец сделал еще один шаг и вдруг замер, распластавшись в воздухе в неестественной позе. Только сейчас гростианин увидел в его груди рваное черное отверстие.
Незнакомец был мертв. И мертв уже давно. Очевидно, его тело привалилось изнутри к двери и, когда та открылась, выплыло в коридор, перепугав наших друзей до полусмерти.
– Эт-то… Это пират? – дрожащим голосом спросила Смит.
– Не думаю, – Пул тоже с трудом переводил дыхание. – Такие скафандры носят бойцы Имперского Патруля.
Превозмогая смешанный с отвращением страх, гростианин тронул фигуру в скафандре за руку и слегка ее развернул.
– Так и есть. Вот эмблема Патруля. Надо же, а еще говорят, их броню не пробить из полевого оружия…
– У него может быть кислород, – заметила Ольга.
Пул заставил себя развернуть труп сильнее.
– Черт, не повезло! – произнес наконец он. – Шланг перебит, вентель срезан. Баллон пустой, – он оттолкнул безжизненное тело в сторону, и то медленно поплыло по коридору, неторопливо снижаясь.
– Сколько у тебя осталось? – спросила девушка. Она, похоже, уже немного оправилась от пережитого потрясения.
– Совсем немного. Максимум минут двадцать.
– Подключайся к моему баллону через запасной вентиль.
Пул покорно повернулся к девушке спиной, и та ловко переключила шланг от его шлема на свой скафандр.
– Как же мы будем идти? – спросил гростианин, когда она закончила. Он теперь мог обернуться к Ольге лишь в полоборота.
– Так и будем. Как сиамские близнецы.
– Сиамские двойняшки.
– Зануда!
Следующие несколько часов Пул провел как в тумане. Они с Ольгой обыскали оставшиеся комнаты, затем по обнаруженной в дальнем конце одного из коридоров винтовой лестнице поднялись на следующий уровень (тяжелый люк никак не хотел поддаваться, но все же уступил человеческой настойчивости), осмотрели, что смогли, и здесь – столь же безрезультатно. От нехватки кислорода – Смит перевела баллон на самый экономичный режим – перед глазами у гростианина плыли синие круги, ноги подгибались, руки дрожали. Больше всего на свете ему хотелось лечь – вот прямо здесь, на ковре, у очередной запертой двери – лечь и уснуть. Уснуть. И видеть сны. «Какие сны приснятся в смертном сне…» Какие странные слова… Откуда они? Кажется, это Крим читал как-то вечером. Варварские стихи… Варварский мир…
Что он здесь делает? Что ищет? Сокровища? Странно, не правда ли? А что ищет Шторр? Ведь видно же – плевать ему на сокровища. А впрочем – какая разница? «Уснуть – и только… И сказать, что сном кончаешь тоску и тысячу природных мук…» Уснуть. И видеть сны…
– Пул, ты меня слышишь? – голос Ольги шел откуда-то издалека, из другого мира, где воздуха вдоволь и нет этого бесконечного лабиринта темных коридоров. – Пул, очнись!
Усилием воли гростианин заставил себя вернуться к реальности.
– Да, я в порядке. Что случилось?
– Смотри сам.
Смит отступила на полшага, освобождая ему обзор. Посреди коридора, перегораживая проход, лежал огромный сломанный бур. Пул перевел взгляд чуть в сторону: из стены торчал металлический бок бурильной установки. Два толстых силовых кабеля выходили из ее матового корпуса и шли куда-то наверх. Откуда она здесь взялась? Бурильные установки не ездят по подземным коридорам. Они приходят сверху, с поверхности, и уходят вниз. Приложив усилие, гростианин поднял голову. Над ними начинался прямой круглый тоннель. В его глубине блестела одинокая серебристая звездочка.