Чтение онлайн

— Я не хочу говорить на эту тему — особенно в таком месте, — ответил Маршдел.

— Не надо цепляться за мораль, — возразил мистер Чиллингворт. — Мы зрелые люди и можем выражать свое мнение независимо от условий и местонахождения.

— Даже не знаю, что и думать, — сказал Генри. — Я совершенно смущен. Давайте уйдем отсюда.

Мистер Маршдел закрыл крышку гроба, и четверо мужчин направились к лестнице. Прежде чем подняться, Генри обернулся и еще раз осмотрел помещение склепа.

— Ах, если бы я мог думать, что здесь какая-то ошибка, какое-то недоразумение, — печально промолвил он. — Возможно, это дало бы покой моей душе.

— Я глубоко сожалею, что так настойчиво советовал вам совершить эту экспедицию, — сказал Маршдел. — Я надеялся, что ее результат будет более отрадным.

— И у вас имелась хорошая причина для этого, — произнес мистер Чиллингворт. — Я бы посоветовал ему то же самое. Хотя результат удивил меня. Тем не менее, я не собираюсь принимать на веру те выводы, которые вы под давлением ситуации предлагаете мне как стопроцентные доказательства.

— Я благодарен вам, друзья, — ответил Генри, — и знаю, что вы оба действовали из лучших побуждений. Но, очевидно, на меня и мою семью пало проклятие небес.

— Какая чепуха! — возмутился доктор. — За что же оно пало?

— Увы, не знаю!

— Поверьте мне, небеса не ведут себя так странно. Во-первых, они никогда никого не проклинают, а во-вторых, было бы несправедливо причинять боль тем, кто этой боли абсолютно не заслуживает.

Они поднимались по темной лестнице. Судя по опечаленным лицам Генри и Джорджа, юноши были слишком поглощены своими мыслями, чтобы поддерживать беседу. Иногда казалось, что они вообще не слышат обращенных к ним слов, особенно Джордж, — так велико было их ошеломление после ужасного и невероятного открытия. И все же, пусть пока еще неосознанно, братья чувствовали потребность найти останки Мармадюка Баннерворта, их предка, ставшего вампиром — то есть, тем загадочным созданием, которое считается многими людьми абсолютно и физически несуществующим.

Однако дело теперь принимало другой оборот. Ситуация стала более запутанной. Тела в гробу не было, и, следовательно, оно после смерти не покоилось в вечном сне, обычном для всех людей. Но где же оно находилось? Во что превратилось? Куда, при каких обстоятельствах и как оно было удалено из гроба? Неужели труп сам освободился от пут и вновь прокрался в мир, чтобы стать одним из его обитателей? Неужели живой мертвец сотню лет продлевал свое существование, питаясь кровью людей, а теперь решил навестить особняк, в котором он жил во время обычной человеческой жизни? Вот какие вопросы одолевали Генри и его брата. Ужасные и злые вопросы.

Впрочем, давайте возьмем любого трезвомыслящего и образованного человека, покажем ему все, что увидели эти юноши, дадим ту информацию, которой они обладали, и посмотрим, сможет ли его разум устоять под натиском этих доказательств и заявить: "Я не верю вашим аргументам".

Конечно, мистер Чиллингворт хитрил и попросту обманывал себя. Он ничего не оспаривал и только твердил: "Я не верю в вампиров и не желаю брать в расчет никаких доказательств". Это был единственный способ обойти такой вопрос. Но не многие могли последовать его примеру — и особенно братья Баннерворты, непосредственно вовлеченные в эту ситуацию.

Оставалось закрыть люк и завернуть винты, но Генри был настолько ошеломлен, что не смог справиться с подобной задачей, и поэтому мистер Маршдел, понимая состояние юноши, сделал все сам. Задув свечи, огорченные мужчины подошли к угловому окну и покинули церковь тем же способом, которым пробрались в нее.

— Мне вставить стекло обратно? — спросил Маршдел.

— А зачем? — апатично ответил Генри. — Теперь это уже не важно. Меня больше не интересует будущее и все то, что случится со мной. К чему мне жизнь, которая отныне кажется такой ужасной и жалкой?

— Мой друг, не надо поддаваться унынию, — сказал доктор. — Иначе скоро вы станете моим пациентом.

— Я не могу ему не поддаваться!

— Генри, будьте мужчиной. Если вы считаете, что вас одолевает какое-то зло, то сражайтесь с ним и делайте все возможное для защиты вашего семейства.

— Я тут бессилен.

— Перестаньте потакать безволию! Мистер Маршдел, послушайте. Нам действительно незачем возиться с этим стеклом. Давайте уйдем отсюда.

Доктор взял Генри под руку и пошел с ним к дороге, на десяток шагов опережая Маршдела и Джорджа.

— Генри, чтобы встретить зло лицом к лицу, будь оно большим или малым, надо противопоставить ему чувство вызова — сплав воли, помноженный на упрямство. К примеру, когда со мной случается нечто неприятное и неприемлемое, я убеждаю себя, что без особого труда справлюсь с этой ситуацией, и становлюсь неуязвим для зла.

— Неужели это помогает?

— Да. В таких случаях я сержусь, и злость пробуждает во мне упрямство, которое тут же превращает в ничто все мои переживания и печали. Если бы я поддался злу и начал хныкать, как это делают многие люди под предлогом смирения, мои чувства стали бы ядом. А так они остаются на периферии души.

— Но опасность, нависшая над моим семейством, превосходит все, что приходилось терпеть другим людям.

— Я сомневаюсь в этом. И даже если это так, то я на вашем месте стал бы втрое упрямее и злее.

— И что бы вы сделали?

— Прежде всего, я сказал бы себе: "Да, на свете могут быть сверхъестественные существа, возникшие из-за каких-то сбоев повседневной природы. Возможно, они опасны и несносны для живых людей. Но если они есть, я отрицаю их существование. Взять к примеру вампиров. Если они существуют, то я отрицаю этот факт". Позвольте своему воображению нарисовать вам худший из ужасов. Позвольте страху напугать вас и заполнить ваш ум самыми страшными предчувствиями. А потом превратите их в ничто и с тех пор отрицайте даже саму их возможность.

— А вы не находите, что это похоже на отрицание небес и Бога?

— Конечно, нет. Все наши слова и поступки производятся импульсами мозга, который дан нам небесами и Богом. Если Господь создал интеллект и определенный механизм рассудка, значит Он был не против той работы, для которой предназначен ум.

— Я знаю ваше мнение об этом. Вы уже говорили мне о нем — и не раз.

— Мой друг, это рассуждения разумного человека, построенные на основе логических предпосылок. И я вновь советую вам, не поддавайтесь горю — даже если ваш дом действительно посетил вампир. Отрицайте его! Вернее, сражайтесь с ним! Самосохранение — это величайший закон природы, внедренный в наши сердца, так что смело берите его себе в помощники.