Чтение онлайн

И – никакого отклика в ответ. Только свист ветра.

– Диии-моооон! Дииии-мооон!

Черное небо, черные тучи, черные скалы вокруг.

– Так, вскочили! – приказал Лишнев. – Двинули в три стороны: я – вправо, Доценко – влево, Фокин – вперед. Искать, но далеко не отходить. Прощупываем сопки вокруг, метров на сто-двести. Аккуратно, ноги не сломайте!

Люди двинулись в разные стороны, вытянув перед собой руки, не видя дороги.

– Ди-мооон! Дииии-моооон!

Все оказалось напрасным. На зов никто не откликнулся. Клоков исчез. Беглецы, затратив полчаса или час на поиски, встретились на прежнем месте.

– Ничего! – подвел итоги Лишнев.

– Если б то были люди Смердина, они б и нас скрутили, – добавил Марат.

– Выходит, сам ушел, – Фокин посмотрел на спутников. – Думаю, обиделся.

– Пропадет малец, – вздохнул Доценко.

– Сам виноват! – ожесточенно сказал Лишнев. – Тащишь его, тащишь, а он такие фортеля выкидывает! Еще в руки Смердина попадется – всех подставит.

– Может, попробуем догнать? – предложил Марат.

– Ага. Еще б мы знали, куда он ушел! – со злостью выпалил Константин. – Он же умный. С высшим образованием. Попробуй догадайся, куда он полез…

Доценко повертелся на месте. Показалось, обнюхивает место, будто собака.

– Туда! – уверенно сказал Марат.

– Откуда знаешь? – недоверчиво спросил Лишнев.

– Туда! – повторил Доценко и первым начал спуск по склону в распадок.

– Ну ладно, – глянув на Фокина и пожав плечами, отозвался Константин. – Идем туда!

Клоков почти не дышал, когда Доценко нашел его на пологой вершине сопки. Что заставило Марата заколебаться, остановиться у подножия именно этого холма? Он никогда бы не смог объяснить… Группа из трех человек двигалась по ложбине между скалами, до рези в глазах вглядываясь в черноту ночи, вслушиваясь в звуки. А потом Доценко вдруг остановился. Взмахнул рукой, призывая всех замереть.

Его спутники ничего не услышали и не смогли понять, что именно привлекло внимание Марата. Но бывший контрактник, почти семь лет «оттянувший» на Кавказе, вдруг полез на склон, словно бы знал: надо сюда.

На плоской вершине, возле небольшого круглого озерца – совсем неглубокого – неподвижно лежал Дмитрий Клоков.

– Ко мне! Ко мне! – громким шепотом позвал Марат.

Лишнев и Фокин, не мешкая, поднялись следом за ним.

– Глянь, Слава, – попросил Доценко, выпуская из рук холодную ладонь парня.

А сам отошел в сторону, безнадежно махнул рукой. Фокин рванул куртку на груди окоченевшего Дмитрия, припал ухом. Замер.

– Есть! – наконец сказал он. – Сердце бьется. Слава Богу! Так, быстро раздеваем его!

Никто в эту минуту не сомневался в том, что Фокин имеет право командовать всеми. Он уже раз показал свое искусство, спасая от смерти Константина Лишнева. И теперь спутники беспрекословно выполняли его распоряжения.

– Теплую одежду под спину! – махнул рукой Святослав, и Марат в ту же секунду сорвал с плеч куртку.

Фокин уселся возле ледяного тела. Его пальцы быстро скользили по каким-то, только ему ведомым точкам.

– Начинайте растирать ноги, – распорядился священник. – Сразу обе. Пальцы – в первую очередь. Надо усилить кровоток.

Сам он принялся массировать левую руку Клокова, потом чуть увеличил амплитуду движений, стараясь захватить и грудь.

– Вот, блин! – ругнулся Лишнев. – Только этой подставы нам не хватало!

– Растирай-растирай, – ответил Доценко, яростно массируя правую ногу пострадавшего. – Успеем еще, потом пинков ему навешаем.

Константин замолчал, вцепился в левую ногу Дмитрия. Прошло много времени, прежде чем Фокин попросил Лишнева и Доценко отойти чуть назад. Схватил обе ладони Клокова. Принялся поднимать их вверх, резко разводить в стороны.

– Что он делает? – полюбопытствовал Константин.

– Так утопленников откачивают, – ответил Доценко, вытирая пот со лба.

– А что, студент утонул? Разве от переохлаждения так лечат?

– Да почем я знаю, как надо! – нервно ответил Марат. – Пусть Слава делает, что хочет… Может, легкие не работают, застыли. Воздух не тянут. Я, что, врач?

Отпустив кисти Дмитрия, Фокин схватился за правую руку, принялся быстро-быстро растирать ее. Потом, вновь пробежав пальцами по каким-то точкам, вернулся к массажу левой руки. Сделав паузу, вытерев пот со лба, стал массировать область шейного отдела позвоночника.

И Клоков пошевелился, застонал!

– Живой! – улыбнулся Марат.

– Живой труп, – добавил Лишнев.

Руки Святослава Фокина скользили все быстрее и быстрее. Теперь он растирал грудь и живот лежавшего на земле парня.

– Больно! – простонал Клоков. – Очень больно…

– Надеюсь, до ампутации дело не дойдет, – пробормотал Святослав.

– А что, такое возможно? – насторожился Лишнев.

– Если серьезное обморожение – запросто, – подтвердил Фокин.

– И чем, еханый бабай, мы будем делать ампутацию? – воскликнул спецназовец. – Ножом Марата Доценко?

– Больно! – вновь простонал Дмитрий. – Больно. Добейте…

– А вот уж хрен! – разозлился Марат Доценко. – Мы на тебя немеряно сил потратили. Искали, откачивали. Так что терпи! И вставай!

– Добейте…

Небо чуть-чуть посветлело. До начала дня оставалось еще несколько часов, но темнота ночи медленно отступала. Лишнев, тихо бормоча под нос ругательства, отошел в сторону. Уселся возле самой воды, глядя в черное зеркало. Вскоре рядом с ним на камни опустился Доценко.

– Так что? – едва слышно спросил Марат. – Придется ждать, пока он на ноги встанет, да?

Лишнев повернулся к собеседнику.

– А когда он встанет на ноги?

– Слава говорит, как повезет. Может, к утру.