Шрифт:
Москва
Ванька вздохнул и еще раз поглядел на свой старый кнопочный телефон. Крошка с полладошки выглядел настолько несерьезно, что он даже усмехнулся: «Прикольный, конечно!». Ни у кого в классе такого не было, но «яблоко» хотелось больше.
Неожиданно телефон завибрировал и выдал парочку резких «З-з-з!». Улыбка испарилась с лица Ивана, и он серьезно произнес:
– Алло, капитан Иванов слушает!
– Вань, это ты? – робко запищала трубка голосом друга Славки.
– Капитан у телефона! – снова пробасил Ванька, мысленно представив себе худощавого и долговязого Славку с округлившимися глазами на вытянутом лице.
– Ты это, не помнишь, чё по английскому задали? – опомнился Славка.
Ванька еще и не открывал ненавистный английский, оттягивая неприятный момент. К тому же, он на него действовал настолько усыпляюще, что открывать его сейчас было равносильно отказу от прогулки.
– Слав, пойдешь в футбол играть? – весело прокричал в трубку Ванька.
– Да мне английский надо делать…
– Всем надо! Жду тебя на стадионе!
Земля под ногами хлюпала. От серых куч кое-где уцелевшего снега шел холодок. Невообразимо бодряще пахло грязью и свежестью. В этом году весна выдалась поздняя. На майские праздники у Ваньки уже были планы. Если только родители не помешают. А еще тренировки… Родители считают, что из него должен получится настоящий гонщик, олимпийский чемпион, при этом щелкающий в секунду математические задачки и свободно говорящий по-английски. Фиг вам!
Чего «фиг вам!» Ванька не додумал, потому что мяч, который он наподдал, залетел в лужу, окатив проходящую женщину с таксой веером блестящих брызг. Ее лицо с усиками показалось ему смутно знакомым. От грязи как будто пахнуло болотом. Прошептав «Простите!», Ванька мотнул головой и поспешил на стадион.
Аккуратная коробка, спрятанная в парке, служила любимым местом встречи всех районных футболистов. По субботам здесь устраивали матчи взрослые, обставив подступы к парку блестящими машинами. В среду днем никого не было. Редкие лужи и забытая кем-то шапочка Ваньке ничем не мешали. Ворота были. Активно пасуя, он стал дожидаться Славку.
Летом он неожиданно сдружился со Славкой, разглядев в его худом теле верную душу. На уроках он давал списывать другу геометрию и физику, а сам подглядывал к нему в английский. Ванька тоже вытянулся и к тринадцати годам почти догнал папу. Небольшая щербинка между зубами придавала ему задорный вид. Учителя и тренеры его любили, родители обожали. Но больше всего его баловала мамина мама – баба Катя. Она жила в соседнем доме и частенько зазывала его на блины. Таких блинов, как у бабушки, он нигде не пробовал!
Славки все не было. Или копается, или в телефон уселся играть. Бала у него такая особенность – посмотрит время, да и зависнет на полчаса.
Только Ванька потянулся к телефону – увидел входящего в коробку Славика.
– Привет, чемпион! Опаздываешь!
– Привет! Предки неожиданно заявились и стали про оценки пытать. Как будто больше поговорить некогда.
– А чё они не на работе?
– Я им полгода про айфон ныл, вот они собрались мне на день рождения сюрприз сделать, – улыбнулся Славик, вешая рюкзак на ворота. – Воды взял. Вечно пить хочется. А ты-то свой телефон не собираешься менять?
– Собираюсь, – неожиданно для себя сказал Ванька.
– Да ну! У тебя ж предки против айфонов!
– Родители да, а бабушка нет. Ладно, я первый на ворота. Пасуй!
Смахнув рукавом куртки капельки пота, Ванька отпил у Славика полбутылки воды. Они уже пару раз менялись, и счет был 5-2 в пользу спортсмена-гонщика. Отдавая бутылку, он услышал противный звонок телефона.
– Привет, бабуль. Блины? Хорошо, зайдем. Да, я со Славкой в футбол играю. – И выключив телефон, бросил другу. – Пойдешь со мной к бабушке? Ну не сейчас… Доиграем.
Сладковатый и такой вкусный запах блинов, жареной капусты и масла сшибал на пороге. Ванька со Славиком, толкаясь и суетясь, раздевались в тесной прихожей.
– Идите мыть руки! – приветствовала их баба Катя. – Да и умойтесь заодно, вон какие красные стали! Набегались. Как сыграли то?
– 10-3 в мою пользу! – донесся из ванной радостный крик Ваньки.
– С тобой играть не интересно, – пробубнил Славик, осторожно входя на кухню.
От вида золотистых, дырчатых блинов в животе заныло.
Зная, что промедление смерти подобно, низенькая, круглолицая бабушка быстро поставила две тарелочки и упаковку сметаны. Мальчишки расселись на табуретках и начали уминать блины. Когда золотистая горка уменьшилась наполовину, Ванька подумал, что настоящие блины могут быть только такие. Видимо, Славик его поддерживал, потому что, протягивая руку к очередному блину, сдавленно шептал: «Очень вкусно!».
От чая мальчики отказались, но, зная внука, бабушка поставила на стол чашки и конфеты. На маленькой кухоньке было тепло и уютно. Вставать не хотелось. К кормушке, висящей с наружной стороны окна, подлетела синичка. Клюнув пару раз обмотанное проволокой сало, она растворилась в сумерках. От вида быстрой птички стало радостно. Бабушка добрая, всех кормит, никому не отказывает.
– Баба Кать, давай я помою!
– Пейте чай, я быстро, – слегка удивившись, бабушка улыбнулась. – Похоже неспроста, ты сегодня такой заботливый.
Конец ознакомительного фрагмента.