Ванька
Шрифт:
Бродил, бродил я туда-сюда и всё же к избушке вышел. Совсем, кстати, не с той стороны, откуда думал. Такое впечатление у меня было, что у неё курьи ножки выросли и она в пространстве переместилась.
Вот такой я лесовик…
На адреналине я про голод временно забыл, а потом мне есть захотелось ещё сильнее. Пока избушку искал, всё по сторонам поглядывал — не попадутся ли мне хоть какие-то ягодки. Не попались. Какие ягоды поздней осенью. Так голодный как волк в своё пристанище и вернулся.
Я решил всё же лесной домик обследовать. Не святым духом ведь умерший в нём мужик питался. Может что-то после него и осталось? Хотя, надежда, как я сам понимал, была весьма призрачной. Его самого почти до чистого костяка обглодали мыши или ещё кто. Явно, крупу, или что-то другое они в целости и сохранности не оставили. Да и не один год прошёл с момента смерти искателя древних ценностей. Что было не съедено — давно испортилось.
На виду в избушке ничего съестного не находилось. Это если не считать медный котелок и ржавый топор. У меня тут не сказка — суп из топора я варить не буду.
Посмотрел под лежанкой. Ночью я туда не заглядывал — не до того как-то было. Ага — что-то есть.
Встал на колени, руку туда засунул. Вытащил вещевой мешок. Грязный, весь в дырах, но тяжёленький. Распорол его своим перочинным ножиком. Всё равно его больше по назначению использовать нельзя.
Опапа! Консервы! Не знал, что они в это время уже были…
Банки большие, увесистые.
Немного заржавели, но что-то прочитать на них ещё можно.
Тут явно что-то рыбное. На банке море нарисовано. В нём — лодка. Там три мужика. Сеть вытягивают. Для совсем глупых, типа меня, ещё и написано — настоящая ревельская килька. Даже производитель обозначен. Малахов. Опять же из Ревеля.
Так, а это что? Щи с мясом и кашею. Это как? Два в одном? Ого! Армейская вещь! Чёрными буковками обозначено, что сии консервы для войска. Порция на обед. Не маленькая такая — 1 фунт 70 золотников. Это сколько же будет? Про фунт я знаю, но вот про золотники… Только поговорку, что мал золотник, да дорог…
Интересно, интересно… Даже технология подготовки к употреблению на банке есть. Надо разбавить водой содержимое банки, довести до кипения и кипятить не долее 10 минут. Вот и ешьте потом эти самые щи с мясом и кашей…
Так, а уже чего-то, чтобы без кипячения, сразу есть, тут нет?
Я перебрал банки. Снова непонятные щи с кашей. Опять они. А, вот — мясо тушеное. Всего-то и надо вскрыть жестянку у соединения бока с донышком. Так на банке значится.
Поискал дату изготовления и срок хранения. Не нашёл. Засада…
Что не надо — пишут, а самого главного нет…
Может эти консервы уже просрочены и их есть нельзя?
Неизвестно, сколько лет они тут под лежанкой уже хранятся…
Явно, не год. Вон как банки заржавели. Но, хоть не вздутые. Вздутые, точно есть нельзя. Нажрёшься какого-нибудь ботулизма и сыграешь в ящик. Впрочем, тут в лесу даже ящика у тебя не будет…
Я решил рискнуть. Вскрою мясо тушеное. Посмотрю, нет ли плесени какой, чем там пахнет. Если органолептически всё нормально — чуть-чуть попробую. Самую капельку. Устрою эксперимент с собой в главной роли. Подожду результата. Потом ещё немного съем и так далее.
Уж больно есть хочется. Даже не есть — жрать! Наверное, вампирам вот точно так кровушки человеческой желается…
Советский нож без проблем победил старорежимную банку. Пахло вкусно. Колоний плесневых грибков не наблюдалось. Мясо и мясо. Говядина. Жира не много.
Там, на банке, ещё рекомендовали добавить соль по вкусу, но я так попробовал. Без всякой соли.
Объедение! Вот тебе и царский режим! Зачётная пайка…
Ел я как брутальный мужчина — прямо с ножа. Ложки и вилки у меня не было. Кусочек из банки подцепил, в рот его положил, туда-сюда языком покатал. Горечи и прочей гадости не чувствуется.
Ну, глотаем…
Долго сидеть и ждать результата у меня не получилось. Голод победил. Сожрал я как из пулемёта всю банку. Без хлеба. Не досаливая по вкусу.
Затем на лежанку завалился. А, будь что будет…
Как-то я читал, что люди замороженного мамонта попробовали, и ничего. Живы остались. Вот и мне должно повезти. Вся надежда на это.
После дегустации консервов меня в сон потянуло.
Сопротивляться я не стал.
Глава 30
Глава 30 Второй сон Ваньки Жукова
— Сходил, куда я сказал?
— Сходил.
— Нашёл?
— Нашёл.
— Забрал?
— Само-собой.
Я в медном котелке над огнём палочкой варево помешал. Щи с мясом и кашей я готовлю. Всё делаю, как на жестяной банке написано.
— Вот, а я немного поторопился…
— Кто же знал…
— Да, знал я, знал. На авось понадеялся. Дубинноголовый…
Мужик, что прошлой ночью мне снился, пришел опять. Причем, я помню его появление в моем сне.
Сидим мы с ним у костерка. Из его консервов я ужин себе делаю. Теперь получается, что и на него. Ничего, банка большая — на двоих хватит.
Он вопросы задает, я отвечаю. Вот как-то так получается.
Мужик себя поругал, даже по колену ладонью раздосадованно хлопнул.
— Ну…
Начал я, но не закончил. Не знал просто, что ему и сказать.
— Покажи. Я их мельком и видел. Выкопал, на краю ямы сложил, а тут мне плохо и стало.
Мне не жалко. Сходил в избушку, древнее золото разложил прямо на земле. Что-то мне подсказало, что в руки мужику его не надо давать.
— Вот смотри.
Мой гость посмотрел на принесённое, губами пошевелил. Про себя считает, всё ли тут.