Чтение онлайн

Определенно нет.

Эта попытка оказалась хуже предыдущих, намного хуже. На этот раз Айви полагала, что установила контакт с другой женщиной. Возможно, ведьмой, или по крайней мере обладающей определенной магией, созвучной камню. И той женщине тоже было больно. У Айви возникло неприятное чувство, что она тому виной. Ведьма слегка вздрогнула, когда на смену одной тревожной мысли пришла другая: ей все еще не сказали, что случилось с Аретой. Айви не купилась на сказку, будто ученица внезапно решила провести отпуск в Мексике. Конечно, девушка была достаточно взбалмошной, чтобы устроить подобное, но что-то в этой истории и человеке, ее рассказавшем, отдавало фальшью.

Тот же самый человек сейчас направлял оружие на кровоточащую голову ведьмы.

Яростно перерыв содержимое рюкзака, Йен выудил оттуда чистую бандану и протянул матери.

— Мам, возьми, вытри ею нос. Ты должна прекратить, это слишком вредно для тебя, — попросил он.

Айви отдала бы все и сделала что угодно, лишь бы уберечь сына от боли и страха, так явно отразившихся на его загорелом лице. Ярко-синие глаза мальчика, в точности напоминавшие отцовские, слегка поблескивали, но ее гордый сын сдерживал слезы. Он старался быть сильным для нее.

Мать беспокоилась, что Смитсон может застрелить Йена с той же быстротой и бессердечием, с какими прихлопнул бы комара. Банкир обладал маслянистой огненно-оранжевой аурой, которая извивалась и качалась вокруг него, подобно одуревшей от солнца гремучей змее. И опасность представлял не меньшую.

Что возвращало ведьму к мысли об оружии.

Странно, но, несмотря на наступление ночи с ее характерной пустынной внезапностью, вампир, которого Айви считала главным, не появился. Смитсон притащил ее в это новое место днем после едва ли пятичасового сна. По пути из другой пещеры банкир заставил их поесть отвратительной вяленой говядины и дал немного воды. Айви почувствовала усиливавшуюся от обезвоживания головную боль еще до того, как он привел ее в это сооружение и заставил использовать аметист. Вампира с ними не было. Это заставило ведьму задуматься, не развалился ли их преступный союз, а если так, то как можно использовать это знание себе на пользу.

Айви обняла Йена и вытерла нос протянутой им тряпкой, а затем взглянула на Смитсона, пытаясь скрыть свой страх перед оружием, направленным ей в голову.

— Где вампир?

Смитсон немного отвел взгляд — классический признак человека, собравшегося солгать, — и Айви удивилась, почему так называемый гений преступности оказался столь плохим лжецом. Особенно, если учесть, что он еще и банкир. Подонок.

— Он больше не нужен. Теперь я главный. У тебя есть пять минут на отдых, а затем я хочу, чтобы ты попыталась снова.

Смитсон знаком велел одному из своих громил дать ей еще бутылку.

Айви отвернула крышку и протянула воду Йену, который сделал глоток и вернул бутылку матери. Та допила содержимое одним большим глотком, яростно обдумывая происходящее. Если банкир убил Николаса, она вряд ли выберется из передряги живой. Вампир, по крайней мере, возражал против причинения вреда Йену.

Если этот червяк обидит ее мальчика, то умрет в мучительной агонии. Ведьма была уверена, что сберегла достаточно магии, несмотря на боль, приносимую камнем, и этого волшебства хватит, чтобы попытаться сбежать, пусть и без шансов на успех.

Не «попытаться», а сбежать. И все получится.

— Все. Хватит бездельничать, — сказал Смитсон, опуская оружие. — Ты ведь и без демонстрации прекрасно понимаешь, что я пущу в ход ружье. Но не стану трогать тебя, потому что ты слишком ценна для меня, по крайней мере сейчас.

Он улыбнулся и взглянул на Йена.

— Я слышал, что выстрел в коленную чашечку вызывает сильную боль. И может навсегда остановить рост мальчика. Что ты об этом думаешь, мисс Ведьма?

Красная пелена гнева затмила сознание Айви. Ей пришлось прикусить губу, чтобы не выпалить заклинание, которое изуродует ублюдка. Вокруг было слишком много головорезов, которым приказано уничтожить ее, если она попытается что-то предпринять. Айви не успеет убрать всех, прежде чем они причинят вред Йену, и Смитсон это знает.

— Думаю, ни в этом мире, ни в следующем нет места, где ты сможешь спрятаться, если обидишь моего сына, — произнесла она медленно и осторожно, стараясь не закричать, не заплакать или не впасть в бешенство. Иначе их обоих пристрелят. — Даже если ты убьешь меня, мое предсмертное проклятие будет преследовать и тебя, и твоих сыновей, и сыновей твоих сыновей тысячелетиями мучений и боли.

Смитсон побледнел и стиснул зубы, но затем вновь поднял ружье, на этот раз целясь в голову Йена.

— Ладно. У нас обоих одна цель, не так ли? Закончить это дело поскорее. Тогда ты и твой сын сможете спокойно покинуть это место, и мы больше никогда не увидим друг друга.

Один из бандитов, стоявших за спиной Смитсона у выхода, закатил глаза и улыбнулся другому охраннику. Айви поняла значение этой ухмылки. Им приказано убить ее вместе с сыном, как только Смитсон сбежит. Вероятно, он заплатил этим людям достаточно, чтобы они рискнули навлечь на себя гнев ведьмы.

Но никто не знал, что она не просто ведьма. Айви владела черной магией и умерла бы не одна.

Йен крепко обнял мать, и ее внутреннюю браваду как ветром сдуло. Черт с ними, с бандитами, ей просто нужно сбежать вместе с сыном. Она снова попробует приручить камень.

— Объясни мне еще раз, — устало сказала ведьма. — Что именно, по-твоему, мы должны здесь найти?

— Рубины.

Голос Смитсона звенел жадностью.

— Посмотри на эту картину. Вождь, или знахарь — ну или кто там еще — склоняется перед фигурой с жезлом. Между ними на полу груда блестящих красных камней. Наш ручной археолог думал, что здесь должно быть тайник с рубинами.

Айви ухватилась за последние слова.

— Думал?

Смитсон скривился.

— Он чересчур заботился о сохранении нашего наследия, и все такое. Он не пережил разговора.

— Вы имеете в виду, пыток, — горячо сказал Йен, поднимаясь с земли. — Вы чудовище. Вампир был лучше, чем вы, он пьет кровь, чтобы жить!

Айви ухватила сына и потянула обратно, закрывая от ружья Смитсона своим телом.

— Йен, хватит. Он не знает, что говорит. Он всего лишь мальчик. Не причиняй ему вреда.

Но Смитсон рассмеялся.

— Пьет кровь, чтобы жить. Неплохо. Послушай, у меня нет времени на всю эту ерунду. И я не собираюсь причинять вред тебе или ребенку, если ты просто сделаешь свою работу. Подними задницу и найди эти рубины. Потом ты свободна. Все просто.