Чтение онлайн

Насколько тяжело побороть искушение убедился, поселившись в отеле. Мерли выбрала четырехзвездную "Элладу" и решительно отказалась занять отдельную комнату и постель. Из-за этого мне на ресепшене пришлось немного "поколдовать".

Не меньшим искушением стал и шопинг. Ведь мог бесплатно взять не только, что приглянулось, но и выручку. Я стойко выдержал испытание. Приобрели все необходимое: белье, одежду, обувь. Лишь раз немного "сорвался" в ювелирном магазине, "выторговав" за треть цены серьги да перстень с небольшими бриллиантами для Мерлин и массивную золотую цепочку с православным крестом для себя. Брал его в руки с опаской. Но ничего не случилось, на груди тоже не жег. Может быть, все не так уж плохо?

Когда дарил бриллианты рыжей, поймал ее удивленный взгляд. Именно – удивленный, а не радостный или благодарный.

Поужинали в ресторанчике отеля, вышли прогуляться по вечерним улицам Афин.

Мерли была на удивление вежлива – привычных колкостей не отпускала, где нужно помалкивала, где нужно улыбалась. В коротеньком летнем платьице, в туфлях на высоких каблуках, с аккуратно уложенными волосами и бриллиантами в ушах – она выглядела потрясающе. Мужчины провожали ее восхищенными, а меня завистливыми взглядами.

А может, мне так только казалось. Но использовать на пустяки "данайские" дары нуклеаризаций не хотел.

На город незаметно низошли синие сумерки. Небо затянули облака. Дневной зной уступил место вечерней прохладе, при-ятно освежавшей горящие щеки. Огни неоновых реклам, ресторанчиков и магазинов отражаются в зеркально чистых витринах, в глазах прохожих. Воздух пронизан ароматом южных цветов и зелени. Стрекочут цикады, звучит мелодия "Сиртаки", все это создавало неповторимый колорит вечерних Афин.

И вдруг с небес брызнул дождь. Мы укрылись под крышей первого подвернувшегося казино. Провожаемые тяжелым взглядом плечистого охранника в униформе, вошли в небольшой зал.

Бармен, одетый в кремовый костюм, с красной бабочкой на шее, белозубо улыбаясь, предложил богатый ассортимент напитков. В небольшом зале не без труда разместились два стола, обтянутых зеленым сукном, для игры в покер, рулетка и мягкие кресла вокруг них. Один стол пустовал, за другим играли четверо.

– Купи фишки по пятьдесят, – протянул Мерли четыреста евразов.

– Я невезучая. В жизни не выигрывала…

– Ничего, со мной повезет, – заговорщицки ей подмигнул.

Подошли к рулетке, присели в кресла. Крупье, ведущий игру, посмотрел на нас плотоядным взглядом, словно волк на заблудших козлят, и постарался повесить на лицо радушную улыбку, чем еще больше меня раззадорил.

– Добрый вечер, господа! Рад приветствовать вас в нашем казино. Хотите принять участие в игре?

– Хотим.

– Желаю удачи.

– Спасибо, любезный.

Кроме нас, за столом играли трое: пожилой грузный господин, то и дело вытиравший потеющую лысину разовой ароматизированной салфеткой; сопровождавшая его молоденькая стройная брюнетка в легком открытом платье, с зовущим взглядом голубых глаз; и худая, с выступающими носом и челюстью, плохо окрашенными волосами, неуместной косметикой, пестро наряженная старушка.

"Ей еще бы шляпку – и настоящая Шапокляк".

Все играли "по-маленькой", но глаза горели нешуточным азартом. "Шапокляк" в одной руке зажала полупустой бокал с шампанским, а другой время от времени "ныряла" в висевшую на шее сумочку, доставала фишки номиналом в один евраз. Вот и сейчас она собиралась дрожащей рукой сделать ставку.

– Делайте ваши ставки, господа!

Я положил фишку на красную пятерку, а Мерли на черный ноль.

– Ставок больше нет!

Шарик весело побежал по кругу. Попытался его заставить пасть на черный ноль. Вроде вначале поддался, но в последний момент, почуяв мою расслабленность, самовольно скользнул на единицу.

– Вот видишь, я же говорила – невезучая. А ведь был совсем рядом!

– Ничего, мы еще повоюем.

Только с третьего раза удалось остановить стремительно бегущий по кругу шарик на нашем двойном нуле. Даже вспотел. Впору просить салфетку у лысого толстяка.

Мерли радостно вскрикнула, глаза заблестели.

Дальше пошло легче. Но все равно – телекинез [15] явно не мой коронный номер.

– Все, хватит! – шепнул я Мерли, потирая пальцами виски. – Хорошего понемногу, кончай игру.

– Ты что! Мне так никогда не везло! – недовольно фыркнула рыжая – Не мешай, сейчас сорву банк!

– Ну да! Конечно, сорвешь! Проиграй тысячу и уходим… Я в баре.

Неспешно, рассматривая игроков, пропустил "под лимончик" тройной "Наполеон". Раскрасневшаяся брюнетка ненавидящим взглядом буравила Мерлин, лысый же смотрел на нее с восторгом. Проигравшаяся "Шапокляк", так и не допив шампанское, уныло двинулась прочь от стола.

Повернулся к бармену, заказал стакан минеральной воды. Головная боль понемногу стихала.

– Это ты виноват! – обиженно сказала незаметно подошедшая рыжая. – Сглазил!

– Конечно! – соглашаясь, кивнул головой. – Только я, но в том, что выигрывала. Сама говорила, что невезучая. А я – везунчик. Иди, забирай деньги.

Мерлин перевела выигрыш в двенадцать с половиной тысяч евразов на свою пластиковую карточку "Евразбанка". Перед уходом выпила коктейль, и это заметно улучшило ее настроение.

На обратном пути я в основном помалкивал, она же непрерывно щебетала о том, какая ей привалила удача.

Вернулись в отель далеко за полночь. В постели Мерли была страстной, нежной и при том безо всякого "колдовства" с моей стороны.

– Спасибо, милый, за чудесный вечер и подарки, – шепнула мне на ухо и ласково погладила по щеке, засыпая. – Не вы-ключай светильник – страшно…

Я еще долго не мог уснуть, ворочался с боку на бок. И вдруг сделал неприятнейшее открытие: "Похоже, я, дуралей, влюбился. Нашел в кого! Зла не хватает… Рыжей верить нельзя! Нельзя! Но ведь, блин, сердцу-то не прикажешь!"