Чтение онлайн

За завтраком мы не разговаривали. Лекс игнорировал меня, видимо, хотел, чтобы я чувствовала себя виноватой. А я вот не чувствую. Отказалась ублажать его высочество, голову с плеч. Не хочу больше думать об этом… но думаю. Лекс мне больше не то, что не враг, больше не чужой. Странно и непривычно, но, когда я сморю на него, что-то внутри меня сжимается, то загорается, то холодеет. От его прикосновений я вздрагиваю, по кожи пробегают мурашки, а дыхание замирает. Я словно впадаю в ступор, в невесомость и не могу совладать с этими эмоциями. Вчера я едва не позволила себе лишнего. Хотя, я и так позволила достаточно… Будь моя воля, я бы поцеловала его еще сотню, тысячу раз, но не могу. Не нужно начинать то, чего не сможешь закончить. А наши отношения невозможны. Нет перспективы. Даже не говоря о том, что секс ради секса для меня неприемлем, я просто не хочу влюбиться в него, а потом, когда мы вернемся на базу, и он уйдет в свои катакомбы, рыдать ночами в подушку. Как же больно думать об этом… а не должно. Впереди чуть больше месяца, затем нашей миссии конец, и мы вернемся в Юрмалу. И все будет, как раньше. Я надеюсь…

Я сидела в кресле и пила коктейль, когда Лекс нечаянно задел локтем мой сухой паек, лежавший на подлокотнике. Он сухо извинился, а я нагнулась, чтобы поднять его. Внезапно бок пронзила такая боль, что я застонала. Разогнуться не было сил. Лекс мгновенно оказался рядом.

— Тихо, тихо, — прошептал он, поглаживая меня по руке, — Подыши, сейчас пройдет…

— Я не беременная! Чего мне дышать?! — прорычала я сквозь зубы.

Лекс в отчаянии взмахнул руками.

— Твою мать… Что мне делать с тобой? Ты же врач! Скажи!

— Я не врач, я только студентка… — прошептала я и, обхватив себя руками, откинулась в кресло.

Лекс молча обнял меня, присев на подлокотник. Я чувствовала его теплое дыхание над моим ухом. Боже мой, как хорошо сейчас. Я почти не чувствовала боли, я ощущала лишь его сильные, мягкие руки. Руки, готовые защищать меня от всего. Я обняла его руку и взглянула ему в глаза. Лекс смотрел на меня с такой нежностью, что я невольно заулыбалась. Он склонился к моему лицу и, ласково проведя пальцем по моей щеке, бережно поцеловал. Я улыбалась, а он продолжал целовать меня. Мир вокруг словно замер. Мы одни в этом городе, и кажется, что в целой Вселенной. Я снова таю. Вампир, мой заклятый враг, сумел сделать то, что не удалось ни Игорю, ни другим мужчинам. Он сумел отогреть мое сердце. Банально, но это так. Больше я не буду обманывать себя, это бесполезно.

— Ну и чего ты улыбаешься? — не выдержал Лекс и чмокнул меня в кончик носа.

— Можешь заставить меня плакать, — еще шире улыбнулась я.

— Ни за что, — он снова поцеловал меня, — тебе полегче?

— Ты подействовал на меня как морфий, — я отодвинулась и продолжила завтракать.

Лекс опустился на колени перед мои креслом.

— И все-таки мне не нравятся эти твои припадки.

— Говоришь, как про эпилепсию, — усмехнулась я.

— Оль, это не смешно, — нахмурился он, — Тебе надо к врачу.

— Я знаю, тоже мне новость. Давай дойдем до местной больницы. Только чего-то я сомневаюсь, что там даже тараканы еще остались. Врачи есть только в полевых госпиталях. А по карте до ближайшего из них километров четыреста. Сомневаюсь, что ты меня донесешь, — я отвернулась и тише добавила, — Да и если донесешь, я могу не дожить.

Лекс закипел и, бросив на меня, убийственный взгляд, рявкнул так, что я вздрогнула.

— Еще раз такое услышу…!

— Ну что? — хитро улыбнулась я, — Ничего ты мне не сделаешь. Можешь не рычать. Я тебя не боюсь.

Лекс вынужден был улыбнуться в ответ.

— Я беспокоюсь за тебя.

— Я знаю. Нам пора уходить отсюда. Конечная точка нашего пути в ста двадцати километрах отсюда, Магнитогорск.

— Какие тебе боты? Нам надо к врачу и срочно. Мы идем в твой госпиталь.

— Никуда мы не идем, — как можно строже сказала я, — У нас есть задание, значит, надо выполнять.

— Оль, ты не в штабе, и генералов тут нет…

Его слова задели меня. Я отвернулась.

— Лекс, я делаю то, что делаю не ради показухи и медалей.

— Да знаю, — он снова улыбнулся, — Знаешь, как я тебя называл раньше?

Я покачала головой и в ожидании уставилась на него. Явно ничего хорошего.

— Отмороженная, — произнес Лекс, поглаживая мою руку, — Но это было раньше.

Я усмехнулась. Подлизывается, хитрый лис. Я осторожно встала, опасаясь нового приступа боли. Ничего. Я облегченно вздохнула.

— Пойдем, хватит сидеть. За нас никто ничего не сделает.

— В госпиталь, — между дел сказал он.

— В Магнитогорск, — невозмутимо добавила я.

— Я сказал, в госпиталь.

— Мне плевать, что ты сказал.

— Ольга!

— Лекс!

Мы злобно смотрели друг на друга.

— В нашей группе я командую, — сквозь зубы процедила я.

— Я женщинам не подчиняюсь.

Я засмеялась, глядя на его обиженное лицо и властно добавила.

— Поцелуй меня. Ну?

Повторять не пришлось. Лекс тут же поцеловал меня.

— А говоришь, не подчиняешься женщинам, — довольно улыбнулась я.

— Лиса, — обнял меня он, — И все-таки, госпиталь.

— Магнитогорск, — я взяла сумки и вышла из комнаты.

— Госпиталь! — донеслось вслед.

— Магнитогорск!

— Ольга!

— Лекс!

Мы прошли два квартала. Лекс нагло отобрал у меня сумки, но оружие я ему так и не отдала. Нас учили не расставаться с ним, твое оружие должно быть у тебя. Город был точь-в-точь похож на все остальные. Выбитые стекла, распахнутые двери, перепаханный ботами, асфальт местами порос травой. Разбитые машины, опрокинутые урны, поваленные столбы с оборванными проводами, — все, как везде. И ни души. Я шла и думала о возможности предотвратить эту войну, когда Лекс спросил, о чем я думаю.

— О том, можно ли было избежать войны, — ответила я, — Как они проследили начало наступления ботов? Знаешь, что вначале, когда машин было еще мало, и они только начали появляться на Севере Канады и на Скандинавском полуострове, их можно было остановить. Но кто-то промедлил. А через два дня они повылазили, как грибы после дождя, и все.

— И кто промедлил?

— Да еще бы мне кто сказал! Мне это-то разболтал один придурок из штаба.

— Пытала? — усмехнулся он.

— Девушке необязательно пытать мужчину, чтобы узнать что-то.