Чтение онлайн

— Что у вас есть?

— Прекрасная кобыла, по-настоящему ходкая. — Глаза торговца вспыхнули энтузиазмом. — Немного норовистая, но, я полагаю, леди с ней справится.

— Покажите.

Аласдэр осмотрел лошадь — прекрасную кобылу с живыми глазами и красивыми линиями тела.

— Я ее беру, — решительно заявил он. Если Эмме не понравится его выбор, это ее вина. А он найдет лучшее применение своему времени, чем ждать, пока она вернется и займется делом. — Подержите лошадей у себя, пока я не организую стойло. Завтра я пришлю записку, куда их направить.

Через десять минут, совершив сделку, Аласдэр вышел из конторы и направился к стойлам, где скрылись Эмма и Поль Дени. Он уже наполовину пересек двор, когда они рука об руку появились на противоположной стороне. Эмма смотрела на спутника и весело смеялась. И Аласдэр с горечью заметил, что они были одного роста и представляли собой красивую пару.

— Мы нашли господину Дени превосходного жеребца, — сообщила девушка, когда они подошли к Аласдэру. — Но я ничего не присмотрела для себя.

— Я уже купил тебе кобылу, — спокойно ответил Аласдэр. — Тебе понравится.

Эмма чуть не вспылила, но вовремя прикусила язык. Несмотря на горячий характер, она знала, когда стоило промолчать. Все возражения казались весьма сомнительными. Она прекрасно понимала, что могла доверять суждению своего опекуна. Когда она ушла с Полем, оставив Аласдэра одного, она, можно сказать, потеряла право участия в выборе.

Аласдэр смотрел на нее с неодобрительным удивлением, понимая, в чем причина ее раздражения.

— Не хочу вас торопить, мэм, но, если вы готовы ехать… меня тоже ждут дела. — И он указал рукой на экипаж.

Эмма думала, что они поедут в Лонгакр покупать коляску. Но Аласдэр явно уделил ей времени больше, чем мог за один день. И в атмосфере враждебности, которая снова вспыхнула между ними, ей совсем не улыбалось оставаться дольше в его обществе. В Лонгакр она сумеет съездить сама. Эмма повернулась и попрощалась с Дени.

Поля озадачило напряжение, заметное в отношениях лорда Аласдэра и его подопечной. Но он быстро сообразил, какую можно извлечь из этого выгоду.

— Если леди Эмма пожелает, чтобы я ее сопровождал… — улыбнулся он.

Девушка тут же одарила его лучезарной улыбкой.

— Спасибо, господин Дени. Буду рада. — И повернулась к Аласдэру: голова непокорно откинута, золотистые глаза смотрят в упор. — Ну вот, Аласдэр, вы можете отправляться по своим делам. Извините, что задержала вас. Не думала, что вы так сильно заняты.

Молодой человек поклонился. Он не собирался потворствовать тщеславию Эммы и соревноваться с каким-то французом.

— Уверен, что передаю вас в хорошие руки.

Эмма снова повернулась к Дени. Его черные сияющие глаза были прикованы к ее лицу, и от этого создавалось волнующее ощущение близости, которое девушка испытала еще при первой встрече. Казалось, все его тело напряглось, как у зверя, готового броситься навстречу надвигающейся опасности. И еще она с тревогой поняла, что считает его привлекательным.

По телу пробежала волна возбуждения. Щеки Эммы порозовели, и она поспешно опустила глаза. Она нашла мужчину, которого искала. Возможный муж, и видны все признаки, что он способен стать очень хорошим любовником.

Вдобавок Дени — человек, который порвет цепи ее зависимости от Аласдэра.

— Уверена, что господин Дени прекрасно обо мне позаботится, — сказала она Аласдэру со спокойным напором.

Потом, оглянувшись через плечо, смотрела, как Аласдэр пожимал французу руку. И с удовольствием заметила, что его взгляд застыл — он уловил смысл сказанного.

Поль Дени ей вполне подойдет.

С потемневшим лицом и унылым взглядом Аласдэр возвращался из Таттерсоллза. Он убеждал себя, что Эмма в запальчивости бросила ему вызов. Это было абсолютно ясно. Их обоих отличала склонность к опрометчивым поступкам, а в этот злополучный день он поддразнивал ее, не зная меры.

Но она имела в виду именно то, что сказала. И, почувствовав связь между Эммой и Дени, Аласдэр ощутил укол в сердце. Он всегда замечал, когда у Эммы возникало к кому-нибудь влечение. Эта женщина была самой чувственной и сладострастной на свете. Она наслаждалась своей сексуальностью, своей страстностью, привносила чувственность во все свои действия — игру на фортепьяно, пение, верховую езду или танцы. И чувственное очарование добавляло живости и блеска ее облику: прекрасным глазам, сияющей улыбке, манере стоять, сидеть, ходить.

Мужчин притягивало к ней словно магнитом вожделения. Аласдэр наблюдал это с тех самых пор, как Эмма впервые сделала прическу. Никто не мог остаться равнодушным: от сыновей сельских эсквайров и мелкопоместной знати до молодых повес, увивавшихся вокруг нее во время первого сезона. Даже после помолвки Эмма постоянно находилась в окружении страстных ухажеров. И теперь все повторится опять. Только теперь к ее прелестям прибавились двести тысяч фунтов!

Аласдэр знал, что живые манеры Эммы, ее кокетливая речь были естественными чертами ее характера. Она не скрывала свой острый ум и независимость суждений. Это смущало одних и восхищало других. Ее незаурядный ум сквозил во всех подшучиваниях, которыми они обменивались. Это придавало задора и озорства их свиданиям. И сделалось неотъемлемой частью их страстных отношений, которые были так важны дня обоих.

Были важны? Или по-прежнему оставались? Вопрос озадачил Аласдэра. Может быть, они ссорились так часто только потому, что размолвки помогали снять по-прежнему существовавшее между ними сексуальное напряжение?

Черт побери! Теперь Аласдэр был уверен, что с ним происходило именно это. Понимал разумом возмужавшего человека. Дело не в том, что он вел себя как собака на сене. Он по-прежнему желал ее для себя. Не излечился от страсти… от любви к этой невероятной женщине. Запуталась ли Эмма так же, как он? Нападала ли на него просто от смущения? И как заставить ее в этом признаться?

Не могла она серьезно решить разделить постель с Полем Дени. Пустая угроза… или обещание… или как ни назови ее намерение.

Сладкоголосый француз охотился за богатой невестой. Он умел внушить доверие, происходил из хорошего рода, был недурен собой, с обходительными манерами и собирался проявить недюжинную напористость. Если Эмма намеревалась быстро обзавестись мужем, Поль Дени пришелся очень кстати — свалился прямо под ноги, словно перезревший персик.

А как насчет любовника? Аласдэр ощутил, что скрежещет зубами. Дурацкая реакция разозлила его еще больше, чем рычащий зеленоглазый дракон ревности, стиснувший его в своих когтях.