Валентин
Шрифт:
Ты знаешь, о ком эта песня…
Она о тебе…
Глава 3
Полин
Я ДУМАЛА, ЧТО САМЫЙ большой кошмар – это жить с Полем. Делить с ним общую ванную комнату. Стирать его носки и собирать все шмотье, воняющее пoтом на всю ванную! Слава богу, что его подростковый период быстро подошел к концу. А еще – что он узнал, как пользоваться антиперспирантом. Иначе я стала бы убийцей родного брата.
Я думала, что самое ужасное – это сидеть на карантине со всей семьей и не иметь возможности сбежать из дому. Потом я думала, что самое страшное – это остаться на двухнедельном карантине совсем одной и выть в потолок от одиночества. Затем в моей жизни была студия возле Гар-дю-Нор. Не спрашивайте, как я там оказалась. Но это были худшие месяцы в моей жизни. Пришлось возвращаться обратно к родителям, иначе я бы стала жертвой какого-нибудь криминального дела. Но даже весь этот ужас не идет ни в какое сравнение с происходящим сейчас. Самое страшное – это вновь съехать от родителей. Найти шикарную, просторную квартиру с, как мне казалось, наимилейшей соседкой по имени Софи и идеальным расположением. Я была так счастлива!
Территориально квартира находится в прекрасном шестом округе, как раз в пятнадцати минутах ходьбы от моего университета. Я переехала от родителей в двадцать один год, думая, что сейчас начнется новый этап моей жизни, полный веселья, вечеринок и творческого прорыва. И все указывало именно на это, но… меня ждало огромнейшее разочарование. Моей соседкой оказалась чертова нимфоманка! Иначе и не скажешь! Нет, поймите меня правильно. Секс – это круто. Крутой секс – еще лучше. Наслаждаемся молодостью, коллекционируем оргазмы и просто тащимся от своей жизни. Но когда за неделю я увидела такое количество членов, какого не видела за всю свою жизнь… (ДА! ОКАЗЫВАЕТСЯ, СПАЛЬНИ ДЛЯ СЕКСА НЕДОСТАТОЧНО!) Я имею право жаловаться!
И вот сейчас я трясущимися руками открываю входную дверь в надежде, что не напорюсь взглядом на очередные сексуальные приключения Софи. Я громко кашляю и стучу ногами, давая знать, что я тут и через секунду зайду в квартиру. Захожу через пять. Даю ей… им… побольше времени, чтобы скрыться. Закрываю глаза и переступаю через порог. Выдыхаю, когда не обнаруживаю у стенки в прихожей голой мужской задницы, как вчера, и прохожу дальше.
– Господи, неужели сегодня мне повезло?.. – бормочу я себе под нос.
А в следующую секунду уже готова закричать на весь дом. Из кухни выходит голый, абсолютно голый парень и, опустив глаза, наигранно мило улыбается.
– Мы уже закончили, – учтиво сообщает он и ладошкой прикрывает свое достоинство. Которое, к слову, полностью умещается в его крошечной, похожей на женскую кисть руке.
– Кстати, на твоем месте я бы не ел на том столе, – бросает на ходу парень. После чего с наглой ухмылкой и походкой хозяина жизни проходит в комнату моей соседки.
Софи выскакивает из кухни вслед за ним. Она прикрывается кухонным полотенцем и виновато улыбается.
– Прости, – шепчет она одними губами. – Знаешь, в следующий раз предупреждай, во сколько придешь. И такого точно не повторится.
Я уничтожу ее.
– Да? Как насчет того, чтобы трахаться в своей спальне и не устраивать для меня представлений? – ору я не своим голосом.
Кухня! Я сегодня завтракала там. Именно на этом злосчастном столе. Фу, гадость!
– Не все такие скучные, как ты, – презрительно произносит Софи. – Как я и сказала, предупреждай о возвращении заранее.
Какая наглость! Мне надо предупреждать о возвращении в мой же дом?!
Ее парень присвистывает:
– Что ты так кипятишься? Кажется, тебе не хватает участия в представлениях… – Последнее слово он произносит пискляво, будто пародирует меня. Придурок! – Но мы можем с этим помочь, – бросает он, и на его до ужаса раздражающем лице вновь появляется наглая ухмылка.
– Она монашка, – бросает Софи. – Угораздило же меня напороться на соседку-моралистку!
С этими словами она хлопает дверью своей спальни. А я остаюсь стоять с открытым ртом посреди коридора, не зная, что мне делать. Монашка? Кто?! Я?! Моралистка?! Уму непостижимо! Надо срочно что-то придумать. Количество пенисов, увиденных мной за последнее время, пугает. Такими темпами они начнут сниться мне в кошмарах. Зло чеканя каждый шаг, я топаю в свою комнату. Телефон пикает, оповещая о сообщении. Смотрю на экран. Оно от Эммы:
«Придешь ко мне, поснимаем еще „тик-токов“? Прошлый набрал больше 5 МИЛЛИОНОВ ПРОСМОТРОВ!!!»
Я падаю на кровать и прикрываю веки. 5 миллионов – это очень много. Очередной звук сообщения. Открываю глаза и читаю: «Надо повторить еще какой-нибудь тренд!»
Интересно, знает ли подруга, что песня, под которую мы танцевали в прошлый раз, принадлежит мистеру V? Валентин. Чертов Валентин! Не хочу думать ни о словах песни, ни о том, почему он ее написал. НЕТ, НЕТ И НЕТ! Непрошеные мысли – прочь!
Кто бы мог подумать! Прошло три года со дня нашего знакомства, а он повсюду. Просто невыносимо! В сети часто попадаются упоминания о нем. Его музыка гремит из каждого утюга. Журналы пестрят обложками с ним. И с рекламных плакатов топовых мужских брендов на меня тоже смотрит он! Его более мужественная, зрелая версия. Отчего хочется каждому его снимку пририсовать рожки и тупую бородку. Можно еще член на лбу. Коротенький такой и тоненький. Единственный парень, которого я хотела забыть, по всеобщему закону подлости красуется на каждом уголке этого чертова города! Телефон пикает вновь, и я даже дергаюсь на постели.
«АУ! ПРИДЕШЬ? НЕ ИГНОРИРУЙ МЕНЯ! Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ВСЕ ПРОЧИТАЛА!»
Делаю глубокий вдох. Ведь именно это люди делают для успокоения?
«Приду с ночевкой. У моей соседки очередная свиданка и плюс один пенис, который я увидела!» – строчу я в ответ, и в то же мгновение мне прилетает:
«ФУУУУУ! Тебе срочно надо искать что-то другое. Она ненормальная!»
«Я заплатила за два месяца вперед. Эти два месяца я ей не отдам».
«Что ж, ты всегда можешь пожить у меня».
Эмма. Моя добрая, светлая и слишком прекрасная для этого отвратительного, циничного мира. Я не заслуживаю ее. Но мне безумно повезло, что она у меня есть. Эмма живет все в той же студии в Латинском квартале. И когда я остаюсь у нее на ночь, мы вместе делим односпальную кровать.